Закон Уоффлинга (СИ) - "Saitan" - Страница 109

— Не трать силы, — Гарри с тревогой следил за разворачивающимся боем. — Твои заклинания для него как чесотка! Нужно придумать что-то другое!

Том прекратил попытки ударить в спину, осознавая, что Гарри прав. Он скорее случайно навредит Дамблдору, чем Экриздису.

— Нам бы сейчас не помешал обскур, — прошептал он, с вожделением глядя на дыру в полу. Если бы только добраться до неё… Но Дамблдор и Экриздис преграждали путь к свободе.

— Нам бы сейчас не помешал отряд авроров, который будет тут с минуты на минуту, я уверен, что мама вызвала отца, — Гарри потряс кулаком в сторону своей матери, которая высунулась из прохода и, очевидно, собиралась вступить в бой, но, увидев сына, передумала и начала обходить сражающихся вдоль стены, пробираясь к алтарю. — Ну куда ты лезешь! — громким шёпотом возмутился Гарри и активнее замахал руками. — Иди, иди обратно!

Однако остановить обеспокоенную мать было не под силу даже некроманту. Прикрывшись щитом, она упорно приближалась к ним.

Том впился взглядом в Дамблдора. Тот, очевидно, начинал сдавать. Уже не так резво прыгал по залу, экономил силы и всячески тянул время. Он потерял свою остроконечную шляпу, длинная белая борода обзавелась подпалинами и он заметно прихрамывал.

Насколько бы ни был он силен раньше, сейчас это всего-лишь старик далеко за сотню лет.

Экриздис, казалось, тоже это понял. На его лице появилась издевательская усмешка.

— Как ты постарел, Альбус, стал дряхлым, — крикнул он. — Сдавайся! Мне нужен только Том, тебя я милостиво оставлю жить. Всё равно ты скоро сам умрёшь.

— Зачем тебе мальчик? — Дамблдор поднял в воздух куски камня, и они кружили вокруг него, принимая удары Экриздиса.

— Том будет служить нашей тёмной госпоже, это его судьба! — некромант, казалось, забавлялся. Он ловко уворачивался от заклинаний, изгибаясь под немыслимыми для живого человека углами.

Дамблдор вдруг посмотрел прямо на Тома, выглядывающего из-за алтаря и тепло улыбнулся, словно не находился в разгаре битвы.

— Том больше не тот, кем был. Я верю, что он вырастет в достойного волшебника, который однажды заменит меня. Ну а мне пора в новое путешествие, — беззаботно сказал он.

У Тома от удивления приоткрылся рот.

Старик не мог знать, что он собирался натворить. Не мог знать, что Том выбрал совершенно иную дорогу, когда отказался от убийства Малфоя.

Или мог?!

Том природный легилимент, но на стороне старика столетие опыта. Неужели он догадывался, что всё так случится? И, если он не остановил Тома, значит, верил в него?

Заменить Дамблдора? Что это вообще должно означать?

— Он — мой! — Экриздис внезапно с новой злобой ринулся в атаку, словно почувствовал, что старик знает что-то, чего он не понимает.

— Гарри! — Лили добралась до них и ловко перекатилась за алтарь. Её руки тут же обвили сына, вырывая его из объятий Тома. — Как ты?

— Жив, — коротко ответил тот, обнимая мать. — Зачем ты сюда полезла? Нужно было бежать наверх и звать помощь!

— Уже позвала, — Лили высунулась из-за алтаря, оценивая обстановку, и Гарри тут же вернулся в руки Тома. — Скоро тут будет твой отец с целым боевым отрядом. Дамблдор справится, он же величайший…

Раздался громкий смех, и Дамблдор рухнул на пол. Вот так просто, без пафосных речей и чуда, которое обычно все от него ждали.

— Нет! — Том с ужасом понял, что это конец. Старик явно был без сознания, если не мёртв. Он не выдержал напора некроманта.

— Бегите, — торопливо прошептал он, толкая Гарри к матери трясущимися руками. — Левитируйте его к той дыре в полу, а я отвлеку Экриздиса. Прыгайте туда и идите по трубам. Вы выйдете в тайную комнату, а там есть дверь за статуей Слизерина, ведущая ко ходу в лес.

— Нет, Том! — всхлипнул Гарри, — я тебя не оставлю!

Том посмотрел прямо в зелёные глаза ведьмы, так похожие на глаза Гарри, и та кивнула.

— Гарри! — из прохода внезапно выскочил Забини, как боггарт из шкафа. — Профессор? — он озадаченно остановился, рассматривая лежащего на полу Дамблдора. — Риддл убил Дамблдора, сэр? — тупо спросил он у Экриздиса.

Рядом выругалась Лили и зажала Гарри рот рукой. Тот вырывался и явно собирался предупредить своего дружка, но Том кивнул Лили на дыру, и та с удивительной для такой хрупкой женщины силой поволокла Гарри к ней. Он упирался, цеплялся руками за каменную кладку, но она обвила его свободной рукой за торс и потащила без всяких церемоний.

— Куда собрались! — рявкнул Экриздис. Манёвр явно не удался — он заметил побег.

— Блейз!

Том успел лишь выйти из-за алтаря, а Забини уже упал на пол сломанной куклой.

Палочка Снейпа упёрлась в Лили.

— Стой! — воскликнул Том, пытаясь перетянуть внимание на себя. — Дай им уйти, и я отправлюсь с тобой!

От отчаяния он плохо соображал. Бежать было некуда, и их жизни повисли на тонком-тонком волоске.

Тянуть время. Он должен был тянуть время.

Шея Забини неестественно выгнулась, изо рта стекала струйка крови. Он лежал на черном грязном полу, раскинув руки, словно ребенок, собирающийся сделать снежного ангела. Его белоснежная рубашка и фирменный зелёный галстук были идеально чистыми и выглаженными, круглые мыски ботинок блестели.

Стук крови в висках заглушал все звуки, дыхание с хрипами вырывалось из легких. Предполагаемая смерть Драко не тронула Тома, но очевидная смерть Забини словно разбила стеклянный купол, в котором он находился последние полчаса.

Они умрут.

Он никогда больше не поцелует Гарри, никогда больше не прикоснётся к его гладкой щеке, никогда не услышит его смеха. Экриздис займёт его тело и разрушит весь мир.

— Я клянусь, я уйду с тобой. Только не трогай Гарри, — Том рухнул на колени, не чувствуя ни унижения, ни гнева. Только отчаяние. Он бы сделал что угодно, лишь бы Гарри не пострадал.

Экриздис запрокинул голову и рассмеялся.

— Как это весело! — воскликнул он, опуская палочку. — Я давно так не веселился! А вот и наша роковая женщина, — он плавно приблизился к застывшей Лили, которая быстро оттолкнула Гарри к стене и закрыла собой, крепко сжав палочку. Её рыжие волосы пламенели в тусклом свете оставшихся на стенах факелов, глаза горели решимостью растерзать любого, кто посмеет прикоснуться к её сыну. По сравнению с Экриздисом она казалась особенно маленькой и хрупкой, вся измазанная жирным чёрным пеплом, но её рука не дрожала, а дуэльная стойка была идеальной.

— Не тронь моего сына! — процедила она, проворачивая запястье.

— Дорогая, — Экриздис раскинул руки, словно собирался обнять старую знакомую. — Ни одному твоему сыну не суждено выжить. Первого убил Снейп, второго убью я, что иронично, ведь я в теле Снейпа.

— Что? — прошептала Лили. — Что ты несёшь?!

— Не трогай его! — одновременно с ней выкрикнул Том, подскочив на ноги.

Его обуяла паника.

Экриздис был так близко к Гарри… Кажется, ему надоело, и он решил убить его сам. Он говорил, что не сможет занять тело Гарри, пока он связан с Томом. Значит, это работало и в обратную сторону. Гарри должен был умереть.

Том перестал соображать.

Он кинулся к ним, совершенно не понимая, что собирается сделать. В нём поднималась животная ярость, слепая и беспощадная. Его загнали в угол, и он собирался драться до смерти, лишь бы защитить, лишь бы уберечь…

— Авада кедавра! — зелёный луч сорвался с черной палочки и ударил в грудь Лили.

— Нет!

Зеленая вспышка врезалась в неё и внезапно отразилась, как от зеркала, ударив в самого Экриздиса. Лили упала, но он устоял на ногах, лишь проехался назад.

— Это что за фокусы? — с недоумением посмотрел он на свою палочку. — Девчонка! Что ты сделала?

Лили лихорадочно шарила руками по груди, но кроме неровного пореза на светлом свитере, подмокшем от крови, Том ничего не заметил.

— Мама? — позвал Гарри.

Том кинулся к ним и помог Лили подняться. Вдвоём они полностью закрыли Гарри от недоброго взгляда некроманта.

— Я в порядке, малыш, — прохрипела женщина, тяжело дыша.