Вакагасира. Том 1 (СИ) - Борисов Олег Николаевич - Страница 27

Но больше всего Хаяси-сан боялся не директора, а мальчишку, о котором еще недавно кричали все газеты. Щенок, чье имя мелькало в списке подозреваемых. И этот сосунок оказался очень нужен всем и сразу: и микадо, и кланам одаренных. Иначе бы после стрельбы в центре Токио парня показательно судили, влепив с десяток пожизненных. Вместо этого – благодарность имперской канцелярии, полное прощение всех грехов и самое главное! Самое главное – он на свободе. И, значит, может зайти вечером к нему домой, взять за горло и спросить: “А кто это меня заказал? Кто отдал приказ?”. И ничего не сможешь сделать в ответ. Потому что проклятые колдуны живут по своим собственным законам. Да, потом убитого работника банка с почетом похоронят. Потом спятившего абэноши посадят под замок. Но ему, Масаши Хаяси, будет от этого не легче.

Именно поэтому он и гнал машину по скользкой дороге, с трудом вписываясь в повороты. И молился про себя, чтобы успеть на Хоккайдо. Там родня, там получится отбиться. Наверное.

Мелькнувшую позади черную машину Хаяси уже видел. Она зацепилась еще в городе. Теперь то исчезала, то снова появлялась. И в наступивших сумерках подобралась поближе. Одаренные? Преследователи? Нога непроизвольно вдавила педаль газа в пол. А все жена, никак не могла собраться быстро!

Подъехав к раскуроченному ограждению, черная “Тойота” остановилась. Из нее выбрались двое мужчин, подошли к обрыву и с полным смятением уставились вниз, на объятые пламенем обломки. Даже отсюда, сверху, было видно – выживших нет.

Поправив бейджик с логотипом “Аючи Банк”, пожилой японец спросил коллегу:

– И что в отчете напишем? Нам приказали охранять идиота, а он решил жизнь самоубийством закончить.

– Думаешь, с испугу? Мне показалось, что с управлением не справился.

– Ты что, дурак?! Если с управлением, то мы виноваты в его смерти. Мы его угробили. А если сам протаранил, не выдержав трудностей, то нас разве что оштрафуют… Мне до пенсии еще пять лет, не хочу на улицу. Поэтому – давай думать, что писать станем. Ошибемся – и с волчьим билетом на улицу.

Второй поднял камушек, покрутил в пальцах и со злостью швырнул вниз, в яркие сполохи:

– Мне показалось, что он когда в машину садился, то кричал на жену. Уже тогда был неадекватным. И следовали мы за ним далеко, не мог нас заметить. Так что – да, переработал. Слишком много разного навалилось на мужика. Вот и сиганул… Ты прав. Самоубийство.

Понедельник-хренодельник, а я маленький такой. Дежавю, однако. Еще обед не наступил, а уже запарился.

Как только в девять утра всплыл в клубе, так и понеслось. Бодро.

Сначала бухгалтер отловил и мы поехали в банк. Там кучу бумаг прочел, завизировал, копии в папочки собрали. Плюс – открыли счета на работников фирмы. Это для тех, кто уже выразил согласие и договора подписал. Я задним числом просмотрел и покивал – все хорошо. Зарплаты себе занизили, редиски, но терпимо. Это чуть позже разрулим. Плюс на самого бухгалтера доверенности проклепали, чтобы львиную часть операций мог удаленно делать, а не мотался туда-обратно с каждой бумажкой.

Пока ехали обратно, Мурата-сан на вопросы ответил накопившиеся. И про то, сколько оптимально в месяц тратить на безвозвратные расходы. И сколько разного барахла на баланс можно вписать. Фотоаппарат прекрасно в это влез, кстати. Там львиные траты на первые месяцы – сам ремонт и микроавтобус. Ну и про то, как лучше всякие хитрые пожертвования на баланс принимать. Чтобы и нас, и других людей налоговая за мягкое место не прихватила. Потому что у меня еще и валюта припрятана, не считая остального кэша. Кстати, по нему я уже придумал, куда закладку сделаю. И сейф – точнее, целых два. Один уже внизу в крохотной выгородке, для нужд клуба. Второй у меня в пустой пока еще комнате.

Затем проверил, что систему видеонаблюдения привезли в полном объеме, как заказывал. Это завтра утром буду монтировать. Там большая часть кабелей разведена, это в плане сразу было. Осталось камеры воткнуть, комп подцепить и картинку вывести.

Как вернулись, напряг Шиджо Ватанабэ. Мальчишке понравилось, в мастерской вместе с телохранителем помог большую часть барахла собрать. Теперь там уже заказанные станки вызванные специалисты до ума доводят. Поэтому – руки в ноги, парень, тебя ждет спортзал. Стойки в коробках лежат, как и запчасти для наборных гантелей и прочие радости. Давай, осваивай. Хочется до вечера уже что-то увидеть.

К обеду вся банда подтянулась, с ними уже Горо-сан бодался. Парочка самых ленивых оформилась чернорабочими не на полный день. Будут больше “подай-принеси”, их вполне устраивает. Остальные так или иначе в процесс впряглись и вроде даже какие-то идеи у них появились. Отлично. Всем конверты выдал с премиальными за прекрасную работу, попросил за оставшиеся дни концы зачистить. Девятого мы будем открываться. На компьютере показал варианты рекламных плакатов и листовок, которые уже пролистала Тошико Ямада. Штук по пять разных с ее одобрения и продемонстрировал. Решили по три разных комплекта нашлепать. Плакатов штук пятьдесят, они размером покрупнее, есть куда и у нас, и у соседей приткнуть. А листовок – по две сотни из каждого варианта. На карте народ прикинул, где можно будет распространить. Отзвонились в типографию, с расценками уточнили, народ послали.

Затем вывел босса-боссов и спросил:

– Горо-сан, а что ты на фасаде клуба наблюдаешь?

– А я должен что-то наблюдать?

– Хотя бы название… Но у меня идея чуть проще. И достаточно легкая в исполнении. Взять яркую краску, два трафарета ворона. Зеркально отобразить слева и справа над окнами. А посередине – “Ятагарасу Йокогавы”. Потом несколько ламп подвесим для вечерней подсветки – и нормально будет. Лестницу же длинную не увезли?

– Свою купили.

– Тем более.

Стоит, думает. Минут через пять дозреет и пойдет отлавливать исполнителей.

Все, теперь остальные пусть шуршат, я деньгами посорил, могу отдохнуть. На самом деле – у нас маты в зальчике уже уложены, вот их и опробуем. Зову госпожу завхоза и спрашиваю:

– Ты хотела в лоб научиться давать? Чтобы тебя никто больше не обижал? После больницы вроде восстановилась, так что вполне можно начать. Будем развлекаться?

– У меня кимоно нет.

– А на улице ты тоже в кимоно ходишь? Нет? Тогда обувь сбрасывай и носки снимай. Остальное – как есть. Но сразу предупреждаю, что открытий великих не будет, просто базовый курс на выживание в каменных джунглях.

Я ведь хитрый. Я на лабораторной мышке заодно обкатаю то, что в школе начну давать. Конечно, не в полном объеме, но хоть в голове какую-нибудь программу уложу.

– Значит, пока у нас разминка и разные мелочи на час. Потом тебя отпущу и подскажу, чем утром и вечером во время зарядки будешь развлекаться. Надоест – скажи, силком никто в светлое будущее не тащит. Дайджобу десу?

– Хай.

Раз “хай”, то поехали.

Полчаса я Тошико просто валял по матам. Показывал, как лучше падать на бок, на спину, как голову от удара при падении беречь. Объяснял, почему та или иная стойка не имеет смысла в случае уличной драки. Как кувыркаться, если хочешь от чужого удара уйти или тебя роняют. Основы дзюдо, на самом деле. Но – полезная штука. Затем еще раз – уже в варианте, когда тебе ускорение дополнительное придают. Перекаты, уходы с линии атаки на земле, умение встать правильно, чтобы в лицо не прилетело. Медленно еще раз все повторил и озадачил:

– Это повторять будешь. Каждый день. А еще – шею разрабатывай и головой крути. А то уже почти укачало на кувырках. Теперь давай дальше.

Пошли уже по другой базе – стойки, движение, “вход-выход” в противника. Как сквозь толпу пробиться при случае. Толпу у меня парочка самураев изображала. Сквозь них пробиваться – то еще веселье. И постоянно вколачивал:

– Ты не каратэка. И не на соревнованиях. Не нужно мне здесь в “киба” вставать. Я тебя в колено пну – и все, в травматологию поедешь. Поэтому – мы люди мирные, не злобные, мы всем улыбаемся и машем. Правой рукой подбородок подперла, левой за локоток себя же прихватила – слушаешь внимательно собеседника, что он там вещает. И отсюда – в глазик, в шею, в пузо. Или чуть довернуть и в пах. Главное – с улыбкой и добрым взглядом. Человек не успевает настроиться на ответ, а ты ему уже яйца отбила. Или за губу прихватила и плакать заставила. Или за волосы вот так.