Метод галактической агрессии (СИ) - Аникин Алексей - Страница 65

«Немезисы» и «Вендеттовцы», исполняя приказ командующего, собрались вокруг других крейсеров, пытаясь защитить их как можно надежнее, пока те прицельным огнем основных калибров разбивали группы атакующих. А сам «Иероним Босх», выпустив стаи дронов, принимал бой в одиночку — как бы провоцируя атаку на себя как можно большего количества кораблей противника и тем самым повышая живучесть другим тяжелым кораблям, чтобы дать им возможность бить по врагам издалека.

Но то, что «Иероним Босх» был более приспособлен к ближнему бою, чем остальные крейсера Дивизиона В, вовсе не значило, что он не мог быть уничтожен. Очень даже мог — видев возможность разом вывести из боя флагман, оставшийся без прикрытия, «судьи» в тот же момент ринулись на него с нескольких сторон, атакуя сразу несколькими группами.

Лерой Кейн находился на мостике во время всего боя, следя за обстановкой по множеству визоров, получая каждую секунду боевые сообщения и отдавая приказы. Металлический пол под его ногами дрожал, свет мигал, ИИ непрерывно докладывал о повреждениях — «Иероним Босх» теперь сам находился в эпицентре боя. Вокруг, в космическом пространстве, было сплошное месиво из взрывов, лучей и обломков. «Судьи» нападали, казалось, со всех сторон, и непрерывно. Бой шел с предельным ожесточением, потому что каждая из сторон понимала — из проигравших не выживет никто.

Проиграть — означало перестать существовать.

На «Иероним Босх» один за другим накатывались враги, врываясь в стаю мельтешащих дронов, и под перекрестным огнем автопушек в ближней зоне поражения, сами били ракетами и энергетическим оружием. Одна атака, вторая, третья… Разбитый, раскуроченный, обожженный и покрытый взрывами — под умелым командованием Лероя Кейна флагман все еще держался. А это значило, что он давал время другим крейсерам оставаться в бою, и вести огонь, прореживая силы врага своим тяжелым оружием. Отлично!

Лерой ухмыльнулся — «судьи» или нет, сейчас они поймут, что это не то же самое, что громить пиратов-мятежников в секторах Черной Звезды. Нужно было только продержаться еще чуть-чуть — и тогда «судьи» уже настолько ослабеют, что не смогут больше представлять угрозы для тяжелых кораблей. И вот уже тогда можно будет разворачивать бой, и давить уже их самих, выжигая главными калибрами тяжелых лазеров одного за другим. Скоро они поймут, что даже проиграв начальную инициативу, даже с разрозненными силами Дивизиона В, командующий Лерой Кейн сможет победить и в этот раз!

— Командующий! Технический отсек пробит! Мы не можем остановить огонь! — доложили Лероя по комлинку.

— Двигатели… выведены из строя… скорость… нулевая… — тут же доложил ИИ, слегка притормаживая и заикаясь от нагрузки на энергоконтуры.

Лерой быстро переключился на статистику повреждений. Понятно. «Адское пламя» выжгло оба движка, и хуже того, сгорели энергоконтуры даже к малым маневровым. Теперь «Иероним Босх» двигался исключительно по инерции, став недвижимой грудой металла, без возможности перемещения. «Судьи» специально целили туда, чтобы лишить крейсер возможности всякого маневра, а им самим — получить возможность заходить в атаки со «слепых зон».

Так, значит, да?..

Лерой Кейн стиснул зубы — ну уж нет, даже сейчас, его крейсер был не просто грудой металла, а все еще смертельно опасной грудой металла!

— Перевести всю энергию с технического отсека на орудия! — скомандовал он твердо, — Хрен с ним, пусть горит! Они сейчас тоже будут гореть!

— Командующий! Они идут на абордаж! — донеслось новое сообщение.

Смело!.. И логично. Лерой Кейн понял их план. Чем дольше затягивался бой, тем больше сходило на нет начальное преимущество «судей». Щиты точно так же горели и у них из-за излучения Рэда, а в идущем бою на солнечной стороне Гигера и под огнем противника они уже не могли восстановиться — эта выгодная для них ситуация имела смысл в самом начале боя, при первом их ударе, и безусловно они воспользовались ей сполна. Но теперь все оказались в одинаковых условиях.

Так же как и растянутый строй Дивизиона В играл им на руку только в начале. Быстро уничтожив тех, кто из Дивизиона В действовал по своему усмотрению, нарушив строй и приказы командующего, в дальнейшем «судьи» столкнулись с необходимостью выбивать крейсера. А у тяжелых кораблей, благодаря своевременным распоряжениям Лероя, уже было нормальное охранение из «вендеттовцев» и «немезисов». С 2-мя легкими Т-4 судьям удалось разобраться почти сразу — но это были не простые победы, и Дивизион С потерял на них достаточно своих бойцов. В строю Дивизиона В оставалось еще 2 крейсера — средний Т-3 и флагман Т-2. И вот тут победоносный темп «судей» начал буксовать.

Первоначальной инициативы уже не было, а благодаря своевременным и четким приказам командующего Лероя, крейсера оказались серьезной проблемой. Хоть и потеряв большую часть легких корабле, Лерой Кейн был уверен, что стоит крейсерам продержаться еще немного времени, и бой снова сравняется, а там уже и сами «судьи» начнут проседать. Да, они по-прежнему могли бить легкие корабли, которых осталось не так уж много — но что толку, если крейсера продолжат выкашивать их силы крупными калибрами?..

Поэтому идея пойти в решающую отчаянную атаку абордажом на самую очевидную помеху — флагман «Иероним Босх» — была вполне себе решением. Не уничтожая крейсер, а захватив его и убив самого командующего, «судьи» получат новое преимущество в бою — и сами уже смогут биться крейсер на крейсер, в то время, как их легкие корабли раздерут остатки легких корабли Дивизиона С… Это будет для них верной победой.

Проблема была в том, что полноценный абордаж со штурмовиками, как на «Розе», «судьи» забросить уже не могли — тупо не было сил. Значит, они сейчас пойдут в прямую атаку «шлюз-в-шлюз», рискуя всем, чтобы высадить на борт «Босха» уже самих пилотов кораблей. Предварительно обездвиживание флагмана как раз было подготовкой к этому опасному абордажу — которому Лерой уже никак не мог воспрепятствовать, враги заходили со стороны мертвых секторов огневого покрытия крейсера.

Отчаянная и опасная атака. С невольным уважением, командующий Лерой, следил по визорам за приближающимися с разных сторон кораблями противника. Сейчас решится весь исход боя. Если флагман берут «судьи» — конец Дивизиона В, если Лерой отбивается — то побеждает он. Достойно! Как в старые добрые времена, во время турниров. Рисковать всем ради победы, сражаться лицом к лицу!

— Бойцы! Приготовиться к отражению абордажа! — скомандовал Лерой Кейн, мрачно усмехнувшись, доставая свой бластер и абордажный нож.

Он не считал себя крутым абордажником, но точно не собирался уступать, как не уступал никогда в жизни. Лерой обернулся — все находящиеся на мостике бойцы обнажили оружие, распределяясь по периметру отсека, с жестокой решимостью готовясь к ближнему бою. Никто не выражал никаких сомнений или страха. Это были проверенные воины «Вендетты» и «Немезиса», пусть не «судьи» и не «гидровцы», но так просто они не сдадутся, Лерой Кейн знал каждого из них лично, и не раз сражался с ними плечом к плечу в прошлых боях.

И теперь они снова будут биться вместе, как в старые времена.

Командующий полагал, что основной фокус атаки пойдет именно на мостик, потому что именно там находилось ядро ИИ крейсера, которое практически всегда являлось основной целью абордажников. Нужно будет принимать бой именно здесь — к тому же отсек был приспособлен для этого, как и все такие отсеки на остальных стандартных крейсерах. Оставшийся экипаж вне мостика займет оборону в энергореакторах — цель номер 2 при абордаже, и будет сдерживать атаки противника там. Все действия в подобных ситуациях были проработаны в многочисленных тренировках на «Иерониме Босхе» и даже не раз применялись в бою.

Ну а теперь придется испытать всю подготовку в самых жестких условиях — в бою против «судей».

Корпус крейсера содрогнулся от удара — потом еще и еще. ИИ не замолкал, перечисляя точки вражеской стыковки. Посыпались сообщения из внутренних отсеков — закипел жестокий рукопашный бой внутри «Иеронима Босха». Лерой Кейн увидел, как на бронированной переборке, ведущей на мостик, появилось и начало быстро расползаться желтое пятно раскаленного металла — с той стороны били термопушкой, разрушая корпус. Несколько секунд до схватки. Он внутренне напрягся, крепко сжимая оружие — кратко огляделся — его бойцы тоже напряглись, кто-то сжимал катаны, кто-то приготовил разрядники, кто-то приготовил свето-дисперсные гранты, чтобы оглушить врага сразу на врыве.