Коридор затмений - Степанова Татьяна - Страница 13

– Вы ничего не замечаете странного? – хрипло спросил полковник Гущин.

– Нет… а что… ох, вот черт! – Макар не удержался.

И Клавдий, занятый короной и глазами земноводного, тоже разглядел, что так насторожило полковника Гущина.

Стежки бурых ниток…

Золотая корона из фольги была крепко пришита с двух сторон нитками прямо к бородавкам на голове жабы.

– Жабу вам парень подарил? – уточнил полковник Гущин, присаживаясь на корточки пред Лидочкой.

Она кивнула.

– А как он здесь оказался, на конюшне? На лодке приплыл?

Лидочка снова кивнула.

– Но по озеру постоянно плавают на лодках! – воскликнула Вера Павловна. – Мы и внимания с Машей не обраща…

– Когда папа уехал, парень… то есть ваш принц приплыл на лодке и познакомился с вами? – продолжал расспрашивать Лидочку Гущин.

– Да, мы скучать с Августа. Он плыть, мы ему махать. Ну, просто махать… весело. – Лидочка растерянно смотрела на встревоженные лица взрослых. – Он увидеть и на берег к нам.

– Но дети на берегу были всегда с нами, когда мы на озере, – пылко заявила горничная Маша, заслоняя собой коляску с Сашхеном от аквариума и покалеченной жабы.

– Выходит, не всегда, – полковник Гущин тяжело вздохнул. – Ладно, ничего страшного ведь не случилось. Лидочка, а где ваш принц, этот пират высаживался на берег тайком? Так, что его видели только вы с Августой? Он ведь не единожды к вам наведывался, а несколько раз, аквариум вам подарил.

Лидочка снова взяла его за руку и вывела на улицу из конюшни.

– Завтра утром жабу к ветеринару отвезу, – тихо объявил Макар. – Пусть башку жабью обработает и уберет корону. Надо ж до такого додуматься!

Лидочка повела их по тропинке в траве к берегу озера. Заросли кустов и… маленькая заводь. От нее до конюшни не больше тридцати метров. Клавдий Мамонтов оглянулся на аллею – заводь и кусты заслоняли деревья, если смотреть с аллеи.

– Лидочка, Toad… жаба и есть тот самый ваш тайный друг, про которого ты мне говорила? – спросил Макар.

Лидочка кивнула и глянула на Августу.

– Мой. Августа его не любить.

Клавдий подумал – старшая Августа просто в отличие от маленькой Лидочки хорошо разглядела, что кожа жабы травмирована шитьем. Но сказать этого сестре она не смогла. Вероятно, показывала, да легкомысленная Лидочка внимания не обратила. Или подумала, что так и надо? Но он прогнал от себя подобную мысль. Жестокость… Дети порой ее не замечают не из-за испорченности, а в беззаботности своей.

– Я решил, что друг ненастоящий, воображаемый. Персонаж их любимых мифов. – Макар пожал плечами.

– Кто твои соседи здесь, на озере? – спросил его полковник Гущин.

– Понятия не имею. Никогда соседями не интересовался, – Макар вздохнул.

Гущин глянул на Клавдия Мамонтова:

– А ты что скажешь?

– Не знаю я ничего про соседей, Федор Матвеевич, – признался Клавдий.

– Ты же здесь дело раскрывал – убийство его отца.

– Соседи тогда в поле нашего зрения не попали. – Клавдий Мамонтов глянул на помрачневшего Макара.

Полковник Гущин достал мобильный и позвонил в Бронницы – новому начальнику УВД, спросил, кто живет на берегах Бельского озера в районе заливов.

– Озеро – место тихое, Федор Матвеевич, – ответил начальник УВД. – Ни отелей, ни домов отдыха, ни турбаз, специально чтобы олимпийцам простор дать, где тренироваться. И поселков нет, деревни не близко. Поместье там, которое ваш знакомый, то есть внештатный сотрудник, – бронницкий полицейский усмехнулся, – унаследовал от богатого отца.

– Я в курсе. А кто еще на озере живет? Ближайшие соседи Макара Псалтырникова?

– Один и есть ближайший сосед – Зайцев. Тоже человек весьма обеспеченный, бизнесмен, у него мебельная фабрика в Касьяново. У него хоть и не поместье, но участок большой и особняк.

– У него есть семья, дети?

– А как же? Жена, как я слышал, молодая и сын взрослый от первого брака.

– Взрослый сын? А другие дети есть? Подростки?

– Не в курсе я. Вам справки навести о семье Зайцевых?

– Нет, спасибо. Я сам разберусь.

Полковник Гущин спрятал мобильный.

– Может, пацан из семьи обслуги Зайцевых? – заметил он. – Поехали навестим соседей прямо сейчас и сами глянем – кто такие и чего им от наших детей нужно. Родительский долг исполним, Макар.

Он так и сказал – «наших детей». Макар глянул на него преданно и благодарно. А Клавдий Мамонтов подумал, что наверняка коньяк ударил полковнику в голову. Раз он так рвется на разборку с соседями.

Однако, чуть поразмыслив, он решил – не только корона из фольги, пришитая по-живому к коже земноводного нитками, заставляет Гущина испытывать тревогу от сознания, что человек, который способен на такое, тайком входит в контакт с маленькими детьми Макара.

Есть и еще одно важное обстоятельство.

Но, прежде чем делать выводы, надо выяснить, кто на самом деле этот «тайный друг» – жабий принц.

Глава 12

Дом с медной крышей

Дом соседей на озерном заливе располагался всего в трех километрах к северо-востоку. А по воде и того ближе. Дом окружал сплошной высокий забор. В лучах заката блестела медная крыша, тронутая зеленоватой патиной.

Возле дома стояла «Скорая помощь». Когда полковник Гущин, Клавдий и Макар подъехали, со двора, отворив калитку, как раз вышли врач и медсестра с каким-то оборудованием в медицинских чемоданах и контейнерах. Макар отметил, что «Скорая» принадлежит дорогой частной клинике в Жуковском, услугами которой когда-то пользовался и его отец.

Врачей провожали двое мужчин – один в летах, восточной внешности, смуглый, явно по виду помощник по хозяйству, в рабочем комбинезоне, и молодой парень лет за двадцать, одетый в синюю толстовку и спортивные брюки. Тайного друга – жабьего принца – он был явно намного старше. Не тот.

– Здравствуйте, это дом Зайцевых? – спросил полковник Гущин. – Полиция области.

– Полиция? – Парень в толстовке удивился и встревожился. – К нам? Но зачем? Что случилось?

– Полиция приехала! – заорал на весь участок его спутник в комбинезоне, словно оповещая кого-то.

– Хозяин дома? – спросил Гущин. – Зайцев?

– Папа дома. Но к нему нельзя, он нездоров. А что такое? – Парень оглянулся на участок.

Он выглядел взволнованным. Клавдий Мамонтов оценил его – ничем не примечательная внешность, пепельные волосы, мышиного какого-то цвета, алые прыщи на подбородке и свежий порез на щеке, явно после бритья.

– Нам необходимо поговорить с вашим отцом. Это ваш ближайший сосед – он живет на озере. – Полковник Гущин кивнул на Макара. – Мы по частному делу приехали, не волнуйтесь. Но неотложному. Нам надо обсудить с вашим отцом и вашей матерью один важный вопрос.

– Моя мать умерла. Мой отец женат вторым браком. Но почему все же полиция?

– Полиция к нам! – снова заполошно оповестил его спутник.

– Полиция? – из глубины участка послышался еще более встревоженный женский голос – надтреснутый какой-то, почти истерический.

Клавдий Мамонтов вздрогнул – интонация… в вопросе словно заключен крик о помощи и одновременно страх…

– У вас есть младший брат? – спросил он парня.

– Адам? Он сын Евы.

– То есть как? – не понял Клавдий Мамонтов.

– Сын жены моего отца.

– А вас самого как звать?

– Василий. – Парень посторонился. – Ну, входите, раз приехали. И раз вы полиция. Что же мы на пороге. Удостоверения ваши можно посмотреть?

Клавдий Мамонтов достал свое, а полковник Гущин не удосужился даже – вошел в калитку, Макар за ним.

Их взору предстал неухоженный участок – все словно заброшено еще с зимы и осени, не прибрано. Просторный дом из красного кирпича – подобные «замки» с медной крышей строили богатые люди лет двадцать назад.

На кирпичной открытой веранде промелькнул силуэт – словно тень. Клавдий смог лишь понять, что это женщина с распущенными темными волосами в чем-то черном, то ли накидке, то ли хламиде. Мелькнула и пропала. Ей ли принадлежал тот исполненный ужаса и тайных слез голос?