Навсегда в его сердце - Джеймс Джулия (Julia) - Страница 4

Она явно не произвела впечатления на блистательного Лакариса, подумала Розали, скривив рот.

Она видела этот презрительный блеск в его глазах, когда забиралась обратно в машину, ставя свой потрепанный чемодан в ноги.

Да и какая разница, что он о ней думает? Ничто не имело значения, кроме того, что совсем скоро она увидится с отцом!

Сердце сжалось в груди.

О, мама! Если бы ты только могла дожить до этого дня, увидеть человека, в которого влюбилась! Как это было бы чудесно!

Машина остановилась у отеля, и она нахмурилась. Они ехали по Пикадилли, приближаясь к «Гайд-парк-корнер», тогда как она полагала, что они направляются в Хитроу.

Александрос Лакарис убрал телефон.

– Что происходит? – спросила она. – Разве мы не едем в аэропорт?

– Вылет завтра, я прилетел в Лондон только сегодня утром. Переночуешь в отеле.

– Я не могу позволить себе снять здесь номер! – в ужасе воскликнула Розали.

– Но твой отец может, – сообщил Лакарис.

Розали увидела, как его губы напряглись в уже знакомой манере. И он снова окинул ее пренебрежительным взглядом.

Неужели эта женщина все та же Розали Джонс, дочь Ставроса?

Ксандрос был потрясен, но теперь по совершенно иной причине. От прежней замарашки не осталось и следа! Мисс Джонс была сногсшибательна. Потрясающа. Невероятна.

Его глаза прошлись по ней, изучая каждую деталь нового облика. Она была восхитительна в новом наряде, с идеально накрашенным лицом, безупречно уложенными блестящими волосами, в облегающем платье и в изящных туфлях на шпильках на длинных стройных ногах. Новый образ Розали стал для него ошеломляющим откровением.

Ксандрос ощутил, как в нем пробуждается первобытный инстинкт, сильный и явный, как сексуальное возбуждение. Нечто подобное он испытал накануне вечером, когда случайно увидел ее выходящей из душа в махровом халате. Ему пришлось тут же удалиться в свою спальню, чтобы не поставить ни себя, ни ее в неловкое положение.

И вот это волнительное чувство захватило его снова. Но на этот раз Ксандросу не хотелось прятаться. Хотелось наблюдать за тем, как эта восхитительно красивая женщина приближается к нему. Он видел, как другие мужчины в холле отеля провожают ее заинтересованными взглядами, и это наполняло его удовлетворением, ведь она направлялась именно к нему…

Это было приятно, независимо от причины.

Розали остановилась перед ним.

– Ну что, поехали? – быстро спросила она.

Ксандрос вздрогнул, понимая, что пора перестать так откровенно на нее таращиться.

– В аэропорт! – подсказала Розали, посмотрев в сторону стойки администратора. – Я выписалась перед ланчем, – продолжала она, – и сдала свой старый чемодан в камеру хранения. Мне нужно купить новый, и не один.

Розали неторопливым шагом направилась к стойке администратора, и Ксандрос, не в силах отвести взгляда, уставился на ее… вид сзади.

Он держал ее в поле зрения, пока они выходили из отеля и садились в ожидавшую их машину. Заняв место рядом, он заглянул ей в лицо.

– Значит, пробежалась по магазинам? – сухо поинтересовался он.

Было бы разумно, сказал он себе, оставаться сдержанным в этом вопросе.

Розали повернулась к нему, и Ксандрос ощутил запах дорогих духов.

– О, это было потрясающе!

Ее лицо озарила улыбка, у Ксандроса перехватило дыхание.

– Личный консультант помогла мне с гардеробом – она точно знала, что мне подойдет, и сэкономила мне кучу времени! – Розали была в восторге.

Он позволил себе сделать ей комплимент:

– Ты выглядишь очень хорошо.

Ксандрос испытал удовольствие оттого, что благодаря ему у Розали появилась возможность побаловать себя. Ведь она так долго была этого лишена…

– Я хочу выглядеть для отца как можно лучше, – сказала Розали в ответ на комплимент. На мгновение на ее лице промелькнула тревога. – Я хочу, чтобы он гордился мной. Радовался, что узнал о моем существовании после стольких лет неведения. Жаль, мама не дожила до этого дня, она была бы счастлива!

Услышав ее слова, Ксандрос с трудом сохранил нейтральное выражение лица. Было горько осознавать, как она ошибается в отношении жестокого, бессердечного мужчины, приходящегося ей отцом. Из того, что успел от нее услышать, он знал, что жизнь Розали была трудна, а порой и вовсе невыносима.

– Бедная мама! – продолжала она с грустью в голосе. – Она знала моего отца так недолго, а потом он исчез. Она не смогла найти его, и он все эти годы не знал обо мне.

У Розали задрожали губы, и она крепче сжала в руках новую элегантную сумочку.

– Теперь, когда я знаю, что отец богат, я не могу понять, почему он не нашел нас раньше… У мамы всегда было плохое здоровье, она не могла работать, и мы вместе выживали на пособие, – я ведь должна была заботиться о ней. В моем детстве, да и в юности, было мало радости. Это была борьба, а не жизнь…

Она замолчала, взглянув на него, затем продолжила:

– Именно поэтому я не смогла получить образование в колледже и найти нормальную работу. Вот почему я вынуждена заниматься тем, чем занимаюсь. Я снимаю дешевое жилье, чтобы оплачивать онлайн-курсы… – Ее лицо просветлело. – Но теперь все изменится к лучшему, все будет замечательно!

Она посмотрела на Ксандроса, ожидая подтверждения ее надежд. Усилием воли он заставил себя остаться бесстрастным, хотя рассказ Розали произвел на него сильное впечатление.

«Я должен рассказать ей о Ставросе! Должен сказать, чтобы она не возлагала на эту встречу слишком больших надежд!»

Но он не мог заставить себя разрушить ее ожидания.

И вообще – ее будущее не его забота! Об этом не стоит забывать. А потому ему стоит придержать свою неожиданную реакцию на нее. Он не должен позволить себе увлечься ею. Это недопустимо.

Он просто отвезет ее к Ставросу.

Да и потом, каким бы сокрушительным разочарованием ни обернулась встреча с папочкой, иметь даже такого отца – лучше жизни, которую она вела до сих пор, ведь так?

Она же наверняка что-нибудь от него получит? Даже если понадобятся адвокаты и журналисты, чтобы вытрясти из него причитающееся!

Розали задала вопрос, на который он не хотел отвечать.

– Так как же он узнал обо мне?

Лицо Ксандроса помрачнело еще больше.

– Я уже сказал вчера, что ты должна обсудить это с ним.

К его облегчению, Розали кивнула и перешла к другому вопросу:

– Что еще вы можете о нем рассказать? Вы сказали, что он богат и успешен, но в чем?

– В основном строительство, – ответил Ксандрос, радуясь перемене темы. – Но с некоторых пор он расширил сферу своих интересов – страхование, финансы… Он очень дальновидный бизнесмен.

– Я рада за него, – сказала Розали и опустила глаза, ее наманикюренные пальцы играли с ремешком кожаной сумки. – А как насчет его личной жизни? Я же не единственный у него ребенок?

Она подняла глаза на Ксандроса… Серо-зеленые глаза Ставроса.

– Мой отец женат? – спросила она, заметно нервничая.

Ксандрос покачал головой:

– Он овдовел. Его жена умерла несколько лет назад. У них есть дочь. На несколько лет младше тебя, ее зовут Ариадна.

Розали просияла.

– О, это прекрасно! У меня есть сестра?! Это так чудесно звучит! Я с ней встречусь?

Ксандрос снова покачал головой:

– Сейчас она за границей.

– О, какая жалость! Надеюсь, она ничего не имеет против сестры…

Ксандрос напрягся: кто знает, что подумает Ариадна об этой взявшейся из ниоткуда дочери своего отца?

– Вы ее знаете? Мою сестру?

На этот бесхитростный вопрос нельзя было ответить односложно, а посвящать Розали в тонкости его отношений с Ариадной Ксандрос не собирался, поэтому только кивнул и с облегчением услышал телефонный звонок.

Пробормотав извинения, ответил, благодарный за отсрочку.

Он продолжал молчать, пока они не прибыли в Хитроу. Вдаваться в мрачные подробности махинаций Ставроса Кустакиса он не был готов.

Он снова искоса взглянул на дочь, которую Ставрос призвал на место дочери, от которой отрекся.