Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 1 и Том 2 (СИ) - "Оро Призывающий" - Страница 68

— Предлагаю сделку, — подытожил я. — Мне, наверное, было бы проще заставить тебя силой, но… это бы решило вопрос сейчас, зато породило бы новые проблемы в будущем.

— Что за сделка?

— Ты делаешь то, что я говорю — например, спокойно сливаешься с толпой в тихом месте, — пояснил я. — А я… разбираюсь за это время и с твоими проблемами тоже. И делаю так, что ни Суворов, ни его дружки больше никогда не приблизятся к тебе без твоего согласия. Идёт?

Конечно, я не собирался играть в рыцаря на белом коне, однако что-то подсказывало, что вся эта история с Суворовым так просто не закончится. Рано или поздно с ним придётся разобраться, будет в этом замешана Медведева или нет.

Опять этот странный взгляд. Словно Илана что-то знает, чего не знаю я. В какой момент он у неё появился? Когда она осеклась, говоря о планах своего отца.

Хм. Повод задуматься.

— Ладно, — наконец, кивнула она, шумно выдыхая. — Только… ты ЭТО место называешь тихим?

Да уж, справедливо. Шум, пляски, песни, толкотня как на базаре…

— Ну, по крайней мере, свежий воздух и культурный досуг, — заметил я. — Посидишь, покушаешь шашлыки… или что они тут жарят.

Впрочем, я ещё не был уверен до конца, что это место мне подходит; возможно, проще было использовать что-то менее экзотическое. Я вновь огляделся по сторонам.

— О. Гляди-ка, — указал я туда, где была гадалка с картами. Там, кажется, происходило что-то интересное. — Что они делают?

Илана нахмурилась.

— Не могу разобрать.

— Так пойдём и поглядим, — резюмировал я.

…теперь цыганка уже не пестрила картами. Бормоча что-то утробное и потустороннее, она водила руками над гладким белым шаром, точно светящимся изнутри.

—…дух истинного романипэ сообщит тем, кто достоин… — провозгласила она. — Кто недостоин — уйдут прочь.

Мы с Иланой встали чуть в стороне, наблюдая. Всё-таки, что ни говори, мы двое выделялись среди местных; я с бледной кожей (а о каком загаре может идти речь у того, кто девять лет не бывал на улице?) и Илана с русыми волосами. Да и одежда наша отличалась от остальных. Люди нет-нет, да и кидали на нас взгляды, полные подозрения.

Так что лучше молчать и наблюдать, пока нам не начали задавать вопросы.

Перед гадалкой, тем временем, столпилась целая куча молодых парней. Они топтались на месте и что-то хвастливо говорили друг другу — видимо, каждый считал, что достойным окажется именно он. Затем первый медленно, со значением, возложил руку на шар…

…в воздухе на пару секунд раздался низкий гул, свечение стало чуть ярче — и ничего. Даже озоном не запахло.

— Недостоин, — прокаркала цыганом безапелляционным тоном.

Толпа разочарованно загудела; парень, поникнув плечами, отошёл в сторону, уступив место следующему счастливчику.

На этот раз шар чуть засветился синим цветом, а гул в воздухе был громче и дольше.

— Достоин, — объявила цыганка. — Вижу будущее твоё, вижу — сильно послужишь барону, много уважения получишь, много силы, и дети твои…

Простейший анализатор Дара, вот что это такое. Я криво усмехнулся — меня откровенно смешила вся околомистическая мишура, налипшая вокруг ритуала проверки.

— Диковато выглядит, да? — раздалось сбоку от меня.

Мы с Иланой повернули голову влево. Рядом стоял паренёк примерно возраста Йошиды; такой же смуглый и черноволосый, как и все остальные здесь, но одетый куда приличнее, в нормальную одежду без намёка на пёстрое цыганское тряпьё. А вот взгляд… какой-то неуверенный в себе. Заговорил — и словно боится, что я вместо ответа просто проигнорирую его.

Интересно.

— Не веришь в силу шара? — ответил я, пристальней разглядывая собеседника.

— Что? Нет, конечно, — возразил тот. — Шар всегда показывал правду, не верить глупо. Диковато — то, что гадалка выводит из этого. И про детей, и про внуков… как будто у тех даже выбора своего не будет.

Он оглядел нас с Иланой.

— А ты не местный?

Ну, да, догадаться несложно.

— Да, — согласился я. — Редкий гость. Только пришёл.

— Вам бы одеться по-местному, — заметил он. — Очень в глаза бросаетесь. Опять же, и девушка твоя — её даже слепой не примет за рома.

А меня, значит…

— Я не… — начала было Илана, но почему-то осеклась. Я не обратил внимания.

— Ты тоже одет не так, как остальные.

— Меня и так все знают, — пожал парень плечами. — Знают… и не очень-то жалуют.

Это объясняет, почему он единственный из всех решил заговорить с нами. Белые вороны видят друг друга издалека, не так ли?

Он выдержал паузу и добавил:

— Но с одеждой могу помочь.

Почему бы и нет? Если это позволит не собирать на себе все местные взгляды, то пусть так. К тому же, если люди Медведевых или ещё каких аристо всё-таки припрутся сюда, будет легче смешаться с толпой.

— Было бы неплохо, — отозвался я.

Парень сделал жест двигаться за ним и повёл нас куда-то между рядов палаток, вглубь табора.

— Данко, — представился он. — Данко Волков.

— Никс, — на мгновение задумавшись, отозвался я. — А это Илана. Так… почему тебя здесь не любят?

Данко пожал плечами.

— В нашем роду не принято, знаешь, получать высшее образование, идти работать, вообще заниматься чем-то, не относящимся к роду. Считается, что это… противоречит романипэ, и всё такое.

Он поглядел на меня.

— Мне почему-то показалось, что в этом мы похожи. Потому я и заговорил.

— Похожи? — я задумался на пару секунд. — Наверное, да. Кажется, у нас обоих есть определённые проблемы с семейными традициями. Особенно с мусорной их частью.

— Традиции не мусор! — возмутилась Илана.

— Традиции — как привычка, — пожал я плечами. — Привычка может быть полезной или вредной. А может просто устареть.

— Вот! — поддержал меня Данко. — Да, мы точно понимаем друг друга.

Пожалуй, что так.

— И всё-таки ты здесь, — заметил я. — Там, где тебя не любят и не понимают.

— Семья, — Данко вздохнул. — Куда деться?

Да уж, да уж. Куда деться от семьи — этот вопрос всегда меня занимал, причём за прошедшие сутки семья Распутиных показала, что может быть не менее настырной, чем мои родные папаша и братец.

— Семья — это важно, — торопливо согласилась Илана. Не то, чтобы ей было дело до Данко, просто не хотелось выглядеть куклой Барби, всё время молчащей — вот и ухватилась за понятную тему. — Вы ведь все здесь… ну, вроде семья?

— Здесь? — Данко поднял бровь. — Нет, почему? Тут собрались десятки родов помельче, как всегда на праздник…

Ага, вот мы и начали подбираться к сути.

— Праздник? — Илана огляделась. Видимо, в её представлении это не очень походило на праздник.

— День Рождения барона Драгомира, — пояснил Данко, даже не удивившись. — Так вы тут совсем случайно?

— Вроде того, — согласился я. — Знакомые знакомых кое-чьих знакомых. Если ты не против, нам бы не помешал… небольшой ликбез.

Илана согласно закивала.

— Ну, барона Драгомира-то вы знаете, должно быть… — протянул он без особой уверенности в голосе. — Самый сильный из баронов рома, и самый… как бы это…

Он обвёл всё вокруг руками.

— Амбициозный, что ли.

Ага. Когда вежливые люди говорят «амбициозный» — это, как правило, означает «наглый, жадный и беспринципный».

— Взять хотя бы этот праздник. Каждый год занимает парк, устраивает это торжество — просто потому, что знает, с ним не будут связываться. Говорит, это из-за того, что его предок когда-то помог самому Императору, так что теперь Распутины его должники.

Ну-ну.

— Каждый год?.. — покосилась Илана. — Не помню, чтобы в прошлом или позапрошлом здесь был целый… фестиваль.

— Всё было скромнее, — пояснил Данко. — На этот раз явилось втрое больше народу.

— Это ещё почему? — заинтересовался я.

— Состязание, — Данко вздохнул. — Среди всех молодых парней. А победитель станет мужем Роксоланы, его дочери. Ну, и его зятем, следовательно.

Как-то… уж больно мечтательно зазвучал его голос в этот момент. И отчего мне кажется, что он сюда явился вовсе не из-за семьи? Судя по всему, победить в этом состязании он и не надеется, но хочет… что? Хотя бы поглядеть?