Спасения нет - Гамильтон Питер Ф. - Страница 61

— Будет сделано. Э… Босс?

— Да?

— У Кингс–Кросса скапливаются гражданские лица. Ищут выхода в другие миры.

— Очередь за премией Дарвина, — буркнул Юрий. — Им что, не сообщили, что межзвездные хабы закрыты?

— Сообщили.

— Жаль, что военного положения ждать еще пару часов. Ладно, повторите по Солнету указание «Не приближаться», но так, чтобы это звучало как продолжение мер по закрытию хабов «Связи». Проверим, способен ли кто из этих баранов о себе позаботиться.

— А если они еще будут там, когда мы войдем?

— Поглядим, как они умеют увертываться. — Краем глаза Юрий заметил, как напрягся Луи, но в кои–то веки возражать он не стал. Юрий даже немного загрустил. Когда такой, как Луи, забывает о моральном компасе ради отчаянной необходимости, понимаешь, что настали воистину темные времена.

— Понял вас, босс.

— И, Кохаи…

— Да?

— Будьте готовы к худшему. Я однажды участвовал в перестрелке с тайными агентами оликсов. — Он безрадостно улыбнулся Луи. — Они не скупятся на тяжелую артиллерию, списывают ее в расход, как ненужное старье. Пусть ваши люди остерегутся.

— Я сам прослежу.

Лондон

29 июня 2204 года

На площади Кингс–Кросс толпилось человек двести. Кохаи Ямада видел их под разными углами — с двух десятков ап–багажек и такси, плавно кативших по полосе между деревьями в центре Юстон-роуд. Ген 8 Тьюринг отдела безопасности сшивал эти множественные виды в общую панораму, показывая омраченные отчаянием, стянутые лица. Семьи с детьми, одиночки, пары — все одинаково понурые, перебрасываются раздутыми паникой новостями как святой истиной, и за каждым, как потерявшийся щенок, плетется ап–багажка. Предприимчивые торговцы расставили на том конце площади, что выходил к Йорк–уэй, лотки с фастфудом, бесстыдно задрали цены на бургеры и лапшу — и плату брали только крипжетонами, поскольку деньги ежечасно дешевели. Мраморная плитка под ногами скрывалась под измазанной в кетчупе оберточной бумагой, еще не сбитые дронами голуби клевали колечки жареного лука.

Кохаи проклинал этих тупых как скотина несостоявшихся беженцев. У каждого из них — богатых и бедных, молодых и старых — в голове застряла мысль, что терраформированные миры дадут убежище от приближающегося флота Избавления. Этой веры не в силах были пошатнуть никакие официальные заявления. Они по совету Юрия повторили информацию о закрытии межзвездных хабов «Связи», но ни один человек не покинул площади.

— На позиции, — подтвердил Чарли Фолк.

Тактическая схема показала Кохаи, что тридцать человек штурмового отряда вышли на предписанные локации: двадцать растянулись по парку Святого Мартина, укрываясь за большими деревьями, десять оставшихся заняли места на крышах вдоль Юстон–роуд и Иорк–уэй. Вот сейчас Кохаи только радовался глюкам Солнета — они затрудняли прием информации всем находящимся на Кингс–Кросс. Подготовительная стадия, когда все украдкой пробирались на места, должна была остаться незамеченной.

Он надеялся, что то же относится и к хабу Либерти. Служба безопасности терраформированной планеты у 82‑й Эридана быстро установила, что межзвездный хаб на их конце захвачен агентами оликсов. Сейчас тактическая группа тихо окружала главный зал прибытия в сердце столицы нового мира. Начать контратаку собирались одновременно.

— Мы готовы, — сообщил Кохаи Юрию.

— Команда на Либерти на месте, — отозвался Юрий. — Будут действовать синхронно с вами.

— Хорошо. Через тридцать секунд даю сигнал начинать.

Работая с Юрием в Австралии, Кохаи научился у него еще одному правилу: «Не тяни время». Только не в боевых миссиях. Промедление дает время противнику. А время в бою — самая дорогая валюта.

Тридцати секунд хватило ему, чтобы полностью осмотреть тактическую расстановку, убедиться, что все системы онлайн, все дроны функционируют, группа поддержки в Гринвичском командном центре наготове, специалисты техподдержки внедрились в здания по Иоркуэй, а люди Фолка включили броню и оружие. Так что Кохаи просто позволил таймеру на дисплее прокрутиться до конца. Не было смысла орать «Пошли!» по коммутаторам. Он этого не выносил еще с тех далеких дней, когда служил в горячих точках. Подобные демонстрации власти разве что тешат эго командира группы.

На счетчике осталось две секунды. Штурмовая группа подключила реактивные микродвигатели боевой брони.

Отсчет кончился. Гринвич отрубил ток от резервной батареи, питавшей портальную дверь на Либерти. Зависшие под карнизами домов на Пентонвилль–роуд и Альбион–ярд изолирующие дроны резко, с большим ускорением рванули вверх. Мазеры, установленные вспомогательной группой вдоль края крыш, поймали в прицелы сторожевые дроны над Кингс–Кросс, продырявили им обшивку и тем же выбросом энергии выжгли потроха.

Штурмовая группа — плюс одна секунда. Изолирующие дроны миновали установленный порог и залили электромагнитными метаимпульсами наземную часть Кингс–Кросса — поджарили всю незащищенную электронику и создали массивные вихревые токи в кабелях межзвездного хаба, перегрев все подсоединенное к ним оборудование. Мощные индукционные токи захватили даже металлические опоры старинных крыш и более нового западного путепровода, от которого по стеклянным кровлям разбежались трещинки.

Штурмовая группа — плюс две секунды. Эскадрилья дронов, предназначенных для борьбы с уличными беспорядками, взвилась с фальшивых ап–такси и тележек ап–доставки, кативших по улицам вокруг хаба. Их рельсовые ружья раскололи низкокинетичной шрапнелью толстые сводчатые окна, и на площадь хлынули хрустальные водопады осколков.

Сорок дронов ворвались в зубчатые дыры, сканируя местность в поисках цели.

Двадцать бронированных фигур штурмового отряда Фолка взвились над парком Святого Мартина под прикрытием тридцати боевых дронов. Достигнув сервисного хаба, они спикировали вниз, чтобы пролететь внутрь под двойными навесами крыш.

Штурмовая группа — плюс три секунды. Растерявшиеся, ошеломленные беженцы на Кингс–Кросс ежатся под волной атакующих окна дронов и вскидывают руки жестом, каким заслонялись от угрозы еще неандертальцы. Когда площадь заливает дождь осколков с тяжелыми вкраплениями сторожевых дронов, испуг переходит в полноценную панику. Люди, скрючившись, пускаются наутек. Маленьких детей подхватывают на руки, тех, что постарше, волокут за собой; вопящие перепуганные малыши силятся удержаться на ногах, не поспевая за бегом долговязых родителей.

Кохаи скривился при виде этой жалкой толпы. Прямо перед входными дверями, там, где осколки собрались в скользкий курган, он насчитал пять неподвижных тел, заливающих мрамор мостовой кровью. Посреди площади сторожевой дрон рухнул прямо на женщину, раздавил ее в лепешку, ничем не напоминающую человека. Рядом стоял на коленях мужчина, рвал на себе волосы, разевал рот в бесконечном крике.

Кохаи не вмешивался — вызов медпомощи отвлек бы его от штурма. Он, как достойный ученик Юрия, заранее поручил оказание помощи гражданским лицам одному из помощников.

Нет, думай только о межзвездном хабе и захвативших его пособниках оликсов. Здесь ты принесешь больше пользы. «И это отныне станет нашим девизом?»

Штурмовая группа — плюс десять секунд. Как ни странно, сопротивление силам Чарли Фолка оказывали только пережившие метаимпульс охранные дроны. Но эти были не ровня группе захвата, чьи боевые дроны поснимали сторожей короткими гиперкинетическими залпами рельсовых. Скафандры стремительно неслись вдоль старых платформ, когда Кохаи спросил вслух:

— Это еще что?

Там, где начиналась крытая часть вокзала, собрались полукругом несколько ап–фургонов логистической компании, все с открытыми грузовыми дверями. Они заслоняли собой какой–то механизм, еще не собранный до конца, невразумительную мешанину темных металлических стержней — кибернетических ребер фантастического существа выше трех метров ростом в окружении круглых роботов разной величины. Метаимпульс, как видно, прикончил технику. От устройства поднимались струйки дыма, а несколько роботов, сорвавшись с него, бессмысленно катались теперь по земле.