Спасение - Гамильтон Питер Ф. - Страница 56

— Эй, — возмутилась она. — Я оделась строго для служебных совещаний с коктейлями!

— Именно. — Юрий сказал Борису, чтобы впустил их: Гвендолин сообщила ему код.

Коридор и лестницы в доме оказались простейшими бетонными отливками, вылепленными строительными ботами: дешевизна и холодная утилитарность. В квартире Горацио было два помещения: тесная уборная с душем и гостиная, в которой предусматривался малюсенький кухонный уголок, встроенный шкаф и диван–кровать. Две табуретки у кухонной стойки не оставили места даже для кресла.

— Уныло, — заметила, осмотревшись, Джессика.

— Следов борьбы нет, — сказал Юрий. — Значит, его захватили не здесь.

— Тогда на улице?

— Борис, что ты мне нашел по утру среды?

— У «Связи» нет сведений о появлении в хабах Горацио Сеймура после двадцати одного семнадцати вторника, когда он вышел из хаба Хакни на Грэм–роуд. Отрицательный ответ по глобальной сети, не только по Лондонской.

— Разве я запрашивал глобальный поиск?

— Нет, но Ген 7 Тьюринг счел это релевантным.

— Зараза. Еще чуток поумнеет и оставит меня без работы. Ладно, а что с Гвендолин?

— О ней данные полные до сего момента. Вошла в хаб Хакни в среду в шесть пятьдесят восемь утра, вернулась на Хакни вечером в двадцать один сорок девять. Ушла этим утром в семь пятьдесят.

— Хорошо, дай мне видеозапись с Элеонор–роуд на среду от шести тридцати сего дня. Посмотрим, куда ушел Горацио.

— Принято, — подтвердил Борис.

Джессика открыла платяной шкаф.

— Не много, — отметила она, разглядывая одежду.

— У него нет денег.

— Тогда чем он нам интересен?

Юрий, словно извиняясь, пожал плечами.

— Под страшным секретом: он любовник одной из внучек Энсли.

— А-а…

— Видео с Горацио, покидающим дом в среду утром, отсутствуют, — доложил Борис.

Юрий с Джессикой переглянулись. Юрий подошел к окну в дальней части квартиры, выглянул в крошечный садик, ограниченный домами Гортон–роуд, тянувшейся параллельно Элеонор.

— Ладно, проверь тогда Гортон–роуд. Если он выскочил здесь, то должен был пройти через дом. Может, наш Горацио знаком с кем–то из соседей.

Джессика, нахмурившись, вернулась к узкой душевой кабинке, заглянула за дверцу из матового стекла.

— Ну, здесь его нет.

— И душ проверила? — скептически спросил Юрий.

— Помните старый фильм «Психо»?

— Визуальные соответствия на Гортон–роуд в среду и сегодня отсутствуют, — сказал Борис.

— Он что, фокусник, мастер исчезновений? — удивилась Джессика.

— Нет, — проворчал Юрий, которому не нравился ход собственных мыслей. — Борис, проведи визуальное распознавание по Гвендолин на Элеонор–роуд в среду утром.

— Соответствий не найдено.

— Это как же? — буркнула Джессика.

— Подтверди, пожалуйста, что она вошла в хаб Хакни в шесть пятьдесят восемь в среду?

— Наши файлы это подтверждают.

— Хорошо, посмотри по файлам камер наблюдения. Проследи ее обратно от входа в хаб.

— Непрерывность нарушена. Видеозаписи прослеживают ее до точки, где она вышла с Элеонор–роуд на Уилтон–вэй.

— Итак, записи по Элеонор–роуд повреждены?

— Тьюринг проводит диагностику.

— Что вы думаете? — спросила Джессика.

— Похищение было хорошо обдумано и хорошо исполнено, — ответил Юрий. — Мы имеем дело с серьезными профессионалами. Учитывая, что Горацио весьма крепкий и симпатичный юноша, я бы сказал, следует иметь в виду самый худший вариант.

— Дерьмо. Вы о похищении тел? Ради… чего? За выкуп?

— Для нелегальной пересадки мозга. Все, что мы до сих пор видели, укладывается в эту версию.

Джессика зажмурилась, вздрогнула.

— Вот спасибо! Я бы предпочла верить, что это городская легенда. У вас есть доказательства, не считая множества гонконгских игровых сценариев?

— Каждая легенда где–то берет начало, — ответил он. — А та, что про пересадку мозга, появилась только после прибытия оликсов.

— За этим стоят оликсы? — недоверчиво переспросила она. — Глупости.

— Не «за этим», но появление К-клеток сделало такую операцию возможной. — Под ее скептическим взглядом Юрий поежился. — Предположительно.

Он вздохнул: сам не хотел верить. И все же слухи о нелегальной пересадке мозга не утихали, обо всяком таком уже несколько лет шептались во всех службах охраны порядка. Исполнители в тех случаях, когда представитель крупной преступности уходил от наблюдения, объясняли начальству: он теперь разгуливает в новеньком теле.

Гонконгские производители игр пришли в восторг от этой идеи и вставляли ее чуть ли не в каждый детективный сценарий. Подаренные инопланетной наукой К-клетки придавали сюжету восхитительное правдоподобие.

До прибытия оликсов клонирование органов и применение стволовых клеток для замены тканей обходились дорого. А оликсам нужен был товар для торговли, чтобы обменять его на энергию для своего корабля–ковчега «Спасение жизни», стремящегося к краю вселенной. Их высокоразвитая биотехнология произвела многофункциональные К-клетки, которые в зависимости от способа сборки давали и сосуды, и кожу, и кости, и мышцы, и даже некоторые органы. Они, как и замещенные ими ткани, получали энергию из крови, жили в идеальном симбиозе с человеческим телом и при этом стоили дешево.

Вся история с пересадками мозга выросла на изменчивости К-клеток. Их теоретически можно было использовать для создания нейронной связи между головным и спинным мозгом — что выходило далеко за пределы возможностей человеческой медицины. И поскольку дело касалось К-клеток, контора Юрия отвела целую группу на исследование и анализ вопроса, проверяя, есть ли в подобных теориях доля истины. До сих пор ее вывод был: неизвестно.

— Давай просто посмотрим, куда это приведет, — пошел на компромисс Юрий. Он с волнением думал, что расследование может привести к доказательствам существования черного рынка по пересадке мозга. — Борис, что там у нас с камерами наблюдения?

— В память камеры наблюдения на Элеонор–роуд внесены изменения, — ответил Борис. — Файлы от шести до девяти часов заменены синтезированными изображениями.

— Операция не любительская, — заметил Юрий. — Не то чтобы дилетантам такое не под силу, но… Так что сейчас для нас главное — время. — Закрыв глаза, он велел Борису нанести ему на контактные линзы карту района. — Нам известно, что камеры на Уилтон–вэй в порядке. Борис, пусть Ген 7 Тьюринг прогонит поиск по всем окрестным улицам в радиусе до километра. Свяжи его с записями сети локального трафика. Мне нужны данные по всему транспорту, проезжавшему по Элеонор–роуд от шести до девяти утра в среду. Нет, пусть будет от пяти до девяти.

— Как вы считаете, сколько у нас времени? — спросила Джессика.

— Горацио у них по меньшей мере двадцать четыре часа, так что осталось мало.

— В указанное вами время по Элеонор–роуд прошло две машины, — сказал ему Борис. — Уборочный ап местного подрядчика с шестью вспомогательными вагонетками и строительный фургон.

— Кто хозяин строительного?

— «Метрополитен–поставки Тарацци». Кройдонская фирма.

— Войди в сеть, найди адрес доставки.

— Адрес доставки отсутствует. Ошибка. Фургон за ними не числится.

— А за кем числится?

— «Метрополитен–поставки Тарацци, АДЛ». Компания зарегистрирована на астероиде Нью–Гамбург. Причем создана фирма в двенадцать по Гринвичу во вторник и расформирована в пять по Гринвичу сегодня утром.

— Умно, — одобрил Юрий. — Есть сведения о владельцах?

— Заявлена одна доля, регистрация на «Бухгалтерию Гортон». Это тоже фирма с Нью–Гамбурга, ее виртуальный Тьюринг в данный момент неактивен.

— Гортон? — Юрий снова взглянул в окно на задние фасады аккуратного ряда домов, составлявших Гортон–роуд. — Кто–то славно пошутил. Ладно, в какое время здесь был тот фургон?

— Свернул на Элеонор–роуд в шесть двадцать две. Выехал на Уилтон–вэй в шесть сорок восемь.

— И куда делся?

— В шесть пятьдесят семь въехал в транспортный хаб Коммерческих и государственных услуг Хакни на Амхерст–роуд.