Фармацистка (СИ) - Краткое И - Страница 53

- Ты одна?! А Фокозо когда вернется?

- Не знаю, - призналась Марлена. – Надеюсь, вернется. Подробности позже расскажу. А ты тут как? Думала застать тебя за пианино.

Эмил раздраженно дернул плечом.

- Комендантша Тисс прогнала, - пожаловался он. – Заявила, что от моей игры молоко киснет!

У себя Марлена переоделась, кинула на кровать прежде самое любимое свое голубое платье, равнодушно подумав, что вряд ли ей еще когда-нибудь захочется его надеть, и прошла в комнату ожидающего обещанного разговора Эмила.

- Я приняла решение, - объявила она и предостерегающе подняла руку: - Только выслушай до конца, а потом уже возмущайся. Я расторгла помолвку с Диланом и завтра пойду к Эшенриху.

- Адовы вихррри! - все же ругнулся Эмил. – Не веррю! Марррлена, ты серррьезно?

- Абсолютно, - кивнула Марлена. - Другого выхода не осталось. Паспорта для тебя нет и не будет, Дилан арестован, ждать больше совершенно нечего.

- И ты вот так вот сдашься? – негодующе взвился Эмил. – Ты, которрая прризывала меня борроться! Пррросто отнесешь ему черртову сыворрротку?!

- Я пойду не сдаваться, - поправила Марлена. – А бороться. Раз уж у меня еще осталась сыворотка, надо попытаться применить ее еще раз. Последний.

- У тебя не получится! Эшенрих будет начеку и не даст снова прикоснуться к себе!

- И все-таки я попытаюсь, – сказала Марлена и призналась: - Эмил, я просто больше не в состоянии бояться, бегать и прятаться! Надеялась, что как раз ты сможешь это понять. Ты был прав, мы все теряем себя, пытаясь найти несуществующий компромисс. Я поняла, что должна сделать, и я это сделаю.

- А я? – тихо спросил Эмил. – Я могу что-то сделать?

- Ты меня подстрахуешь, - подтвердила Марлена.

- Это мне нравится больше! – оживился Эмил. – Но Дилан нас точно потом прикончит! Если, конечно, твой Эшенрих не сделает этого раньше.

- Поэтому мы и осуществим мой план, пока Дилана тут нет, - заключила Марлена.

- А, кстати, что ты там говорила на счет расторгнутой помолвки? – все-таки вспомнил Эмил. – Или мне это в шоковом состоянии послышалось?

- Не послышалось, - вздохнула Марлена. – Я самым грубым образом разорвала ее на глазах родителей Дилана. Представляю, что они все сейчас обо мне думают…

- Ну, Фокозо-то точно думает лишь о том, как заполучить свою королеву обратно, - заверил Эмил. – Поэтому нам стоит поторопиться!

Глава 24. Интервью

В дверь небольшого, но очень красивого дома лерры Тер Вилде, расположенного в тихом, зеленом и весьма дорогом районе в центре Норгатена, Марлена позвонила в десять утра, и когда никто не открыл, испугалась, что опоздала, и журналистка уже ушла, хотя начало Единого парада назначено было только на полдень. Однако после того, как она в отчаянии продержала кнопку звонка нажатой минут пять, наверное, не меньше, и для верности еще постучала кулаком, замок все-таки щелкнул, и выглянула сама акула пера, заспанная и взъерошенная.

Окинув Марлену равнодушным взглядом, журналистка откровенно зевнула и лениво осведомилась:

- Брата, что ли, разыскиваете, лерра Де Вейк? Так его здесь нет.

И собиралась уже захлопнуть дверь, но Марлена поспешно ухватилась за ручку и воскликнула умоляюще:

- У меня дело к вам, лерра Тер Вилде! Точнее, огромная просьба. Пожалуйста, устройте мне сегодня встречу с министром Эшенрихом! Вы же можете! Уверяю вас, это вопрос жизни и смерти!

Акула взглянула уже более заинтересовано.

- А вот это даже занятно… - протянула она, прищурясь. – И зачем вам эта встреча понадобилось?

- Вы все узнаете, - пообещала Марлена. – И уверяю вас, разочарованы не будете. Но рассказать я должна самому господину министру!

Сомневалась лерра Тер Вилде недолго.

- Заходи! – скомандовала она, распахнув дверь. – Но тебе придется подождать, мне еще надо привести себя в порядок.

Пребывая, должно быть, с утра в беспорядке полном, Хелла возилась в ванной и у зеркала настолько долго, что для находящейся и так почти на пределе своих сил Марлены ожидание это сделалось дополнительным испытанием: ей хотелось уже только одного – чтобы вся эта еще толком и не начавшаяся безумная авантюра так или иначе поскорее закончилась.

Наконец журналистка вышла, броско-эффектная и в то же время подчернуто-профессиональная в вишневого цвета костюме строгого покроя и с собранными в аккуратную прическу смоляными локонами.

- Едем! – скомандовала она. – Лерр Эшенрих не терпит опозданий.

Последнее Марлена и без нее знала и, встав, взглянула на часы на стене – до назначенного времени оставалось чуть больше часа.

К счастью извозчик подкатил сразу, как только они вышли на улицу. Журналистка назвала адрес и юркнула в карету. Марлена молча последовала за ней.

- Не совершаю ли я ошибку? – пробормотала Хелла, искоса взглянув на севшую напротив Марлену. – Чувствую, написать все равно не позволят, как и о событиях в Гастенхазе… Но ты пробудила мое любопытство! Хочу разобраться, что все это значит.

Отвечать Марлена не стала. Судя по адресу, ехать было недалеко. Разумеется, могущественный министр Эшенрих и должен был проживать в том же аристократическом районе, но где именно, Марлена не знала – прежде дядя всегда навещал ее сам и в гости к себе никогда не приглашал.

Карета остановилась перед отделенным от тихой и пустынной улицы рядом высоких деревьев особняком. Не очень большим и с виду совсем не роскошным, но несомненно старинным, насколько Марлена смогла понять, следуя за журналисткой по неширокой дорожке меж деревьев к высоким темным дверям с сверкающими бронзовыми ручками и петлями и таким же древним на вид звонком сбоку.

Открыл им охранник лерра Эшенриха. Журналистку с молчаливым поклоном пропустил, а на Марлену уставился с удивлением, но быстро опомнился и, поприветствовав:

- Добрый день, лерра Неллер, - пригласил войти.

- Спасибо, Франс, - поблагодарила Марлена, вступая в широкий полутемный холл.

- Все интереснее и интереснее! - шепнула Хелла, когда они, оставив охранника внизу, начали подниматься по широкой лестнице. – Ты полна сюрпризов! Как он тебя назвал?

- Скоро узнаешь, - буркнула Марлена.

Встреча с охранником окончательно заставила ее осознать, что все происходящее - всерьез, и совсем скоро она действительно предстанет перед лерром Эшенрихом - этим жутким человеком, погубившим ее отца, и, весьма вероятно, не забывшим, что она тоже пыталась его убить.

Журналистка, уверенно ориентируясь в пустынном доме, декорированном тоже старинной на вид мебелью и с потемневшими от времени картинами на стенах, провела Марлену через длинное помещение, заставленное высокими, под потолок, застекленными шкафами с книгами, и в конце его толкнула двусворчатую дверь.

- Аксе-ель! – пропела она оживленно. – Посмотри, кого я привела. Ты удивишься!

- Не удивлюсь, - возразил лерр Эшенрих, поднимаясь из-за роскошного письменного стола, за которым что-то писал. – Я ждал тебя, Хелена. Правда, ты явилась даже раньше. Я уже, признаться, думал, что вы с женихом будете продолжать эти детские игры в догонялки без водящего вплоть до конца его отпуска. И вот зачем было убегать? Разве я не обещал, что и так отпущу вас на море? – он укоризненно покачал головой, а затем ослепительно улыбнулся: - Надеюсь, ты пришла сообщить, что готова приступить к работе?

Марлена так и стояла, молча, на пороге, а журналистка, не терпящая оказываться не в центре внимания, прошла в кабинет и недовольно потребовала:

- Может кто-нибудь объяснит мне все-таки, что тут происходит?

- Лерра Тер Вилде, покиньте нас и подождите в библиотеке, - велел ей лерр Эшенрих. – Мне нужно поговорить с этой девушкой наедине.

- Ну уж нет! – возмутилась журналистка. – Я имею право знать. Может, я ревную! Я выполнила твое поручение, Аксель, а ты меня даже не поцеловал…

Она кокетливо улыбнулась и двинулась к лерру Эшенриху, призывно протягивая руки.

- Хелла, не приближайся! – рявкнул министр, и журналистка так и застыла с нелепо вытянутыми в его сторону руками.