Кровавая прогулка дьявола (ЛП) - Грин Дэвид - Страница 27

Марв хватается за мой стул, мышцы под слоем жира напрягаются, сухожилия на его толстой шее выпирают.

— Понимание? У тебя есть договоренность с Отцом?

Он смотрит на меня, толстые губы кривятся в ухмылке. Нутром чую, надо удвоить усилия, придумать историю, сюжет, заставить его поверить. Но потом он начинает смеяться.

Этот смех раскрывает его истинное безумие. Высокопарный, гогочущий хохот, слезы текут из этих акульих глаз, он так крепко вцепился в мой стул, что дерево раскололось с треском. В этот раз я держу свой большой гребаный рот на замке. Смех прекращается, как будто он щелкнул выключателем.

— Почему именно вы? — рычит он, мышцы его щек, глаз и челюсти дергаются.

Я понял, что Марв сошел с ума еще в «Стиксе», но глубина его безумия поразила меня. Его разум сломался, когда он умер, когда бы это ни случилось. Ублюдок так и не оправился, и мне становится плохо, как только просыпается сочувствие к нему.

— Вы ничем не примечательный человек. Глупец, пробирающийся через Ад, безрассудный и невежественный, все еще отчаянно ищущий одобрения Всевышнего, который оставил нас всех. Я видел вас, помогающего жертвам, защищающего слабых. Почему? Потому что думаете, что Небеса все еще примут вас? — Он хлопает себя по груди, пот и кровь стекают с нее. — Это не так, мистер Холлеран. Наш Отец сошел с Небес, чтобы ходить среди нас. Он принесет нам спасение. Я многим пожертвовал в его честь. Я превратил свое тело в полотно для него, а вы утверждаете, что он благоволит вам? Если эта женщина так много для вас значит, я заставлю смотреть, как извлеку ее душу из изуродованного тела и привяжу к себе. Затем получу удовольствие, пытая вас, и если Отец придет, я покажу свое мастерство на примере вашего поганого трупа.

Марв рычит мне в лицо, сжимает мои бицепсы так крепко, что на них появляются синяки, плюется на меня, вдавливая в стул. Я понимаю, что чувствуют сардины, когда их запихивают в эти маленькие, старые консервные банки. Он даже не видит меня больше, пока выкрикивает свою ярость.

Вот и случилось то, о чем люди всегда предупреждали меня. Мой рот толкнул кого-то за грань.

Стул разбивается о голову Марва. Летят щепки. Освободившись от своих ограничителей, Роза бросается вперед. Марв выдерживает удар, но все равно падает с криком боли. Кровь льется из его головы и стекает по рисунку на спине. Диана пробирается за мою спину и начинает развязывать веревки.

— Не хочу показаться неблагодарным, — кричу я ей через плечо, глядя на Марва на полу. — Но ты можешь ускориться?

Роза снова бьет его стулом, но Клэнси быстро встает. И он в бешенстве.

— Вам повезло, что я вообще здесь, — вырывается у Дианы.

Одна рука свободна. Инстинктивно я потянулся за своим «Ругером», но его не оказалось на месте. Конечно, нет.

— Насчет этого…

— Я все это время оставалась рядом с вами. После того как вы попытались бросить меня в «Стиксе», я последовала за вами домой и залезла в багажник.

— Напомни мне отчитать тебя позже.

Марв сбивает Розу с ног, и она катится, шлепаясь на пол хижины. Прежде чем она успевает подняться, он хватает ее за шею и швыряет в стену. И вот моя вторая рука свободна, и я бросаюсь вперед, волоча за собой стул. Хватаю Марва за его бычью шею и бью кулаком по ране в черепе. Я пихаю его под колени, бью локтями по ребрам, бью по всем слабым местам, которые только могу придумать. Я пытаюсь задушить его — маленькая месть будет кстати, — но его жилы напряжены, и это все равно что пытаться задушить уличный фонарь. Думаю, это причиняет больше боли мне, чем ему.

Он сбрасывает меня, тряхнув плечами, и я падаю назад, расплющивая стул под своей задницей.

— Хватит! — рычит Марв.

Он, кажется, разрывается между нами тремя — мы бросили ему вызов — затем смотрит на Диану и делает выпад.

Малышка кричит.

Звук хуже, чем крик Вендиго. Это гнев, да. Страх. Боль. Ее голос раскалывает ночь, и мне повезло, что у меня свободные руки, и я могу закрыть уши.

Но Марв? Вопль обрушивается на него со всей силы. Он врезается в стену, и она сотрясается, когда эмоциональный торнадо Дианы прижимает к ней этого жалкого ублюдка. Ее крики стихают, и когда она проходит мимо меня, путы на моих лодыжках развязываются. Я вскакиваю на ноги и бегу к Розе, которая зажимает рану на голове, полученную в результате столкновения со стеной.

Диана, раскинув руки, сильнее прижимает Марва к стене. Он корчится от боли, рычит, напрягается. Сила невидима, но я ее чувствую. Это не просто Усиление. Это не просто полтергейст. Диана уже не просто открывает двери или двигает пульт от телевизора. Сухожилия Марва трещат по всему туловищу, но это бесполезно. Ублюдок прижат. Этот тощий призрак-подросток прижал этого зверя-мужчину к стене только благодаря своей воле, и, Боже правый, эта воля свирепа. Я хватаю Розу, и она крепко держит меня.

— Ты в порядке? — спрашиваю я.

— Думаю, да, — отвечает она, проверяя голову и отстраняясь от меня. Она смотрит на Марва, который рычит и напрягается, когда Диана поднимает его на ноги. — Что это с ним?

— Моя подруга.

— Понятно, — говорит Роза, переводя взгляд на камин. Рядом с ним стоит столик, на котором лежит мой «Ругер», запасной магазин и все остальное. — Не совсем то второе свидание, которое я себе представляла, но, по крайней мере, оно запоминающееся.

Прежде чем я успеваю рассмеяться, Диана кричит. Не так, как раньше. На этот раз крик полон удивления, растерянности и страдания. Она пошатывается, когда Марв падает на пол. Он тянется вперед, впиваясь ногтями в доски, и Диана отступает. Его татуировки словно ожили, по голой коже пробегает рябь.

Бросаюсь к столу, нога, спина, живот, лицо и шея протестуют, и хватаю «Ругер». Я вынимаю пустую обойму и вставляю свежий магазин. Поворачиваюсь, нацеливая пистолет на Марва.

— Не дергайся, здоровяк. Все кончено. Думаю, пуля в голову свалит тебя, как и любого другого.

Диана подбегает к нам. Внимание Марва снова сосредоточено на мне. Он поднимается на ноги, делает это медленно, из-за его огромных размеров хижина кажется крошечной. Не могу понять, насколько он велик. Даже несмотря на побои, — удары стулом Розы, избиение, которое я ему устроил, психокинетическую атаку Дианы, и кровь, текущую с головы, омывающую его татуированный торс — он все еще выглядит готовым к борьбе.

— Ты не убьешь меня, — рычит Марвин, делая шаг вперед, и он прав. Я не хочу.

У меня нет способа справиться с его призраком. Я надеюсь на Сураза, но на улице тихо. Если бы он разобрался с вендиго, уже бы пришел. Но если Клэнси не оставит мне выбора, я всажу два раскаленных куска свинца ему в грудь и один между глаз.

Я отодвигаюсь назад, к двери, подавая знак Розе и Диане следовать за мной.

— Уже убивал, — ворчу я, делая еще один шаг. — Всего пару ночей назад. Так я познакомился с твоим приятелем Люцифером.

Я слышу слабые крики снаружи и молю Бога, чтобы это оказались предсмертные муки вендиго, но уверен, что это крики боли. Черт побери.

Марв бросается вперед на шаг. Я вскидываю руку и пускаю пулю ему в бедро. Ожидаю, что он упадет, когда кровь начнет вытекать. Вместо этого его глаза сужаются до щелей.

— Отец совершил ошибку, — рычит он, не обращая внимания на дым, вьющийся из пулевого отверстия в мясистом бедре. — В отличие от Бога, он никогда не утверждал, что непогрешим. Но теперь вижу, что ты ему безразличен, и я зря потратил время. Я вырежу на своей груди ваши души и порабощу твою мертвую подружку.

Я переставляю ногу назад и чувствую, как что-то впивается мне в бедро через карман. Распятие! Я смотрю на сатанинские татуировки на теле Марва, вспоминаю боль духа вендиго, когда тот пытался пройти через святую воду в мое тело, и решаю, что стоит немного потерпеть.

Когда снаружи раздается крик, я понижаю голос и быстро говорю.

— Когда скажу, бегите наружу. Понятно? Бегите, не останавливаясь, из тумана.

Я не жду ответа. Сунув руку в карман, хватаю ожерелье Руби и бросаюсь на Марва.