Запрети любить (СИ) - Джейн Анна - Страница 101

Запись закончилась, и Алекса зачем-то включила ее во второй раз. И в третий. Перед ней было два вида информации о сопернице: скандальная и почти ничего не значащая, и нужно было лишь выбрать, какую и как использовать. Про мать Ярославы в их кругу говорили разное, мол, она была содержанкой, но, вообще, это никого особенно не смущало. У многих мужчин с деньгами были любовницы, которых они обеспечивали — отец Алексы не исключение. Мать любовницу даже знала и встречалась с ней. Дала денег и велела не спать ни с кем, кроме отца, чтобы не заразить какой-нибудь дрянью. Поразило людей другое — то, что Константин Елецкий женился на той, которую содержал, бросив законную жену. Вот это смущало многих. А что если…

Алекса потерла кончик идеально прямого носа. А что, если копать не только под Ярославу, а под ее мать? С отцом Черниковой связано что-то плохое, раз он до сих пор боится его. Может быть, он что-то знает о ее матери? Что-то такое, что сможет если не разрушить, то пошатнуть отношения между ней и Константином? Если Елецкий бросит жену, то между Игнатом и Ярославом связь тоже может легко оборваться. Просто нужно больше информации. Алекса задумчиво улыбнулась. Она сама может с этим не справиться, но Алина, мать Игната, может заинтересоваться информацией. Она очень боится, что сын останется без наследства. Может быть, стоит поделиться всем этим и с ней?

Пока что Алина в клинике после очередного запоя, но ведь она выйдет оттуда, не будет лежать там постоянно. Тогда и поговорить с ней можно. А то, что Сейл пытался переспать с Ярославой, информация, конечно, занятная, но что с ней делать? Игнат и так обо всем знает. Если она распространит эту инфу, он может рассердиться. А ссориться с ним Алекса не собиралась. У нее была припасена другая стратегия, которую она называла «чувство вины».

Пусть Игнат видит, как ей плохо из-за того, что он больше не обращает на нее внимания. Если понадобится, чуть позднее она может повторить и подвиг его матери. Сделать вид, что хочет покончить с собой. Но это нужно сделать в определенный момент и осторожно, не переиграть и не пережать. Провернуть так же, как с обмороком — Игнат увидит, что ей плохо и бросит все, включая свою сестренку. А пока пусть поиграет с ней. На контрасте поймет разницу между Ярославой и ней, Алексой Гордеевой. Постепенно она заберет его у нее. Навсегда.

С этими мыслями Алекса выехала на дорогу и, подпевая известной певице, поехала домой.

Глава 86. Солнце в его груди

— Ты просто хочешь гулять? — недоверчиво спросил Игнат, держа меня за руку.

Мы шли по набережной, как настоящая парочка, и под нашими ногами поскрипывал снег, который не останавливался со вчерашнего дня. Казалось, что приближающаяся зима накинула на город снежную вуаль, словно заявляя осени свои права. Мне нравилась эта погода — снежно, красиво, но не очень холодно. И нравилось, что рядом со мной был Игнат. Мы уехали из дома, чтобы провести время вместе, и, если честно, хоть нас и тянуло друг ко другу, мы оба держали некоторую дистанцию. Наверное, большую роль играло то, что несколько месяцев мы жили в ненависти и злости, и новый уровень общения был для нас пока еще непонятным.

— Ну да, а что? — удивилась я.

— Просто… странно. Я мало с кем так гулял, — признался Игнат. — Только когда был подростком. А сейчас гуляю только с Сержем.

— А что вы делали с девушками на свиданиях? — не отставала я.

— Ну… Говорил же — тусовались. Я их всюду водил, куда они хотели. Мы пили, танцевали, веселились. Или мы просто шли ко мне или в отель и т… — Игнат резко замолчал, будто передумав договаривать фразу.

— Продолжай, — ласково подбодрила его я. — Что вы там делали?

Он пожал плечами.

— Спали.

— Ты хотел сказать другое слово, — сощурилась я.

Почему-то мне было смешно — Игнат старался быть милым, надо же. Будто бы я никогда не слышала, какие слова он порой говорил. Как и многие парни, в выражениях он порой не стеснялся.

— Я попытался быть корректным, чтобы ты не решила, что я озабоченный дегенерат, — отозвался Игнат, останавливаясь у перил, за которыми замерла река. Она еще не замерзла, казалась голубовато-серой и почти неподвижной, какой-то бархатной.

— Может быть, я уже так решила, — хитро улыбнулась я. — Ты два раза ко мне приставал.

Рука Игната оказалась на моей талии. Он притянул меня к себе, впрочем, я не была против.

— Что ж, раз ты узнала мою тайну, мне придется тебя наказать, — сказал парень.

— И как? Показать, насколько ты озабоченный, на деле? — рассмеялась я, и воспоминания о том, что происходило между нами, подарили приятное головокружение. Господи, если бы он только знал, сколько раз я его представляла… Решил бы, что из нас озабоченная — это я.

— Напротив. Оставить тебя без этого. Чтобы ты сама попросила меня кое-что сделать, — хмыкнул Игнат.

Я театрально закатила глаза, едва сдержав смех.

— И что же это за таинственное «кое-что»?

— Считай это волшебством, — усмехнулся Игнат.

Он хотел сказать что-то еще, но не успел — зазвонил телефон, и из разговора я поняла, что это был Серж.

— Привет, — сказал Игнат. — Нет, не смогу, прости. Гуляю с Ясей. Типа свидание, да. Давай, до встречи. Приеду, наберу.

— Сережа тебя куда-то позвал? — спросила я спокойно, хотя из-за слова «свидание» в душе все ликовало.

— Да, к одному знакомому на днюху.

— Может быть, тебе поехать?

— Нет, — покачал головой Игнат. — Я хочу побыть с тобой сегодня.

Я улыбнулась и, сама не замечая, потерлась головой о его плечо, словно кошка.

— Ты бываешь очень милой, — вдруг сказал он. В его голове не было никакого подтекста, лишь искренность и теплота. И, пожалуй, толика удивления.

«Ты тоже», — подумала я и вместо ответа просто обняла его, сомкнув руки на шее. А он тотчас обнял меня в ответ и несколько раз поцеловал в щеку.

Мне так нравилось прикасаться к Игнату, чувствовать его тело, ощущать его руки на себе. Это было для меня чем-то новым, удивительным и прекрасным. И я чувствовала себя счастливой. А еще это его «Яся»… Никогда не думала, что такое сокращение будет настолько мне нравиться. Яра — сильная и самостоятельная, а Яся — нежная и женственная. Рядом с Игнатом я и хотела быть такой.

Наобнимавшись и подарив друг другу короткий поцелуй, мы снова взялись за руки и пошли вдоль заснеженной набережной. Народу было много: и семей с детьми, и молодежи, и пожилых людей. Все наслаждались погодой и первым снегом.

— Значит, со своими девушками ты никогда не гулял? — снова спросила я, не отпуская руку Игната.

Мне хотелось знать про него все — просто все! Мысли, мечты, даже страхи. Он был для меня самой интересной книгой, которую я заполучила, и мне натерпелось прочитать ее, хотя сейчас я была лишь на первых страницах.

— Говорю же, только когда был подростком, — кивнул Игнат. — Потом это как-то отошла на задний план. Обычно мы тусовались, хотя знаешь, мне нравится вот так гулять с тобой. В этом что-то есть.

Он поднял мою руку и поцеловал запястье, заставив меня немного смутиться. А после снова накинул мне на голову капюшон — сказал, что без него будет холодно, а шапку я забыла.

— У меня не было нормальных отношений, — продолжал Игнат. — Долго ни с кем не встречался. И привык, что всем девчонкам от меня что-то надо. Для меня это было нормой — дарить подарки, водить куда-то, платить за все. Условно говоря — я покупаю тебе айфон, а ты даешь мне качественный секс. Поначалу ощущение власти пьянило, потом стало доходить, что это ненормально. Как будто во мне нет ничего другого, кроме бабла. Как будто я не человек, а банкомат. Поэтому я пытался встречаться с Алексой. По-настоящему.

От упоминания этой девушки мне стало не по себе. На самом деле я так ревновала Игната к ней, хотя сама не могла себе в этом признаться.

— Что у вас было на свадьбе? — зачем-то спросила я, хотя помнила слова Сержа, что Игнат не спал с ней.