Ты сводишь меня с ума (СИ) - Бьякко Лана - Страница 17

— Вы пока подумайте, Кира Юрьевна… — проговорил Свят, наклоняясь к ней, чтобы прикусить мочку её уха.

Гроновская издаёт тихий протяжный стон. Знает ведь, что она сходит с ума от этого, а затем чувствует его влажный язык на своей шее. Всё, как она любит. Этот засранец успел изучить её и теперь мог творить с ней всё, что заблагорассудится. Но остатки разума говорят ей о том, что сейчас самый разгар учебного дня, и бросает взгляд на дверь.

Свят замечает это и поднимает руку вверх так, чтобы она видела болтающиеся ключи на его пальце, после чего бросает их на стол и прижимает к себе женщину.

— Свят… — выдыхает она с очередным стоном наслаждения.

— Я скучал, — говорит он ей, одновременно с этим усаживая её на стол и опускаясь ниже.

Её взгляд следит за его движениями. Он невольно улыбается, когда замечает, как её тёмные омуты, обрамлённые густыми ресницами, следят за его движениями, и ему это нравится. Он хочет, чтобы она смотрела. Одной рукой он опирается на стол позади неё, а другой ловко расстёгивает пуговицы на её брюках. И она уже тянется к нему, но он останавливает её.

— Сегодня только ты, — говорит он и она понимает, что он взял ведущую роль.

Гроновская просто отдаётся в его власть.

Он уже знал каждый сантиметр её тела, каждую чувствительную точку, знал, какие ласки она любит и от чего сходит с ума. Он испытывал большое удовольствие чувствовать её нежную кожу под своими руками, видеть, как её пробивает дрожь от его прикосновений, поцелуев, ласк.

— Свят… — тихо и возбуждённо она произносит его имя, прикусывая свои губы, чтобы с них не сорвался громкий стон.

Она готова сойти с ума от чувств, которые её накрывают. Гроновская понимает, что она всегда хочет быть с этим мужчиной и только с ним. Произносить только его имя, ибо другие — чужие. Они ни её, они никто. Ей нужен только он.

После, уже приведя себя в порядок, она говорит ему:

— Ты сведёшь меня с ума.

— Тогда я сойду с ума вместе с тобой.

— Ты, оказывается, романтик.

— Кто-то же должен быть, — усмехается он.

— Кажется, вам нужно идти на пары, Аристов, — говорит Гроновская нарочито строгим голосом, но он чувствует в нём улыбку.

— Не смею ослушаться, — бросает он и уходит, оставляя ключ в двери.

На выходные он решил увезти её в их загородный дом, чтобы она могла нормально отдохнуть и было попытался настоять на том, чтобы она оставила работу дома, но разве с ней поспоришь. Гроновская и работа — это одно целое. Если ты берёшь саму Гроновскую, будь готов принять и её работу.

В их загородном доме всё было в лучших традициях американского кино. Мама и сын постарались на славу. Пока Свят занимался хозяйскими делами, колол дрова для камина, на чём настоял отец, чтобы уж совсем не быть мажористыми и не забывать про ручной труд, Гроновская работала. Она изредка наблюдала за ним сквозь панорамные окна и думала о том, как ОН отреагирует на Свята. Кира нисколько не сомневалась, что Виктор там будет, на светском мероприятии, которые он терпеть не могла, но вынуждена была посещать время от времени. Она знала, что он обязательно отреагирует и попытается прощупать Свята, выведать грани дозволенности и выяснить, что парень из себя представляет. Также она не сомневалась, что Виктор сразу догадается, что они спят вместе. Но ей хотелось своими глазами увидеть, как изменится его лицо, когда он поймёт, что они не просто спят вместе, а что тут нечто большее.

Свят узнавал её всё больше. Например, он узнал, что Гроновская очень любила кошачьих, но не позволяла себе завести питомца, поскольку редко бывает дома. У неё совершенно не было дома цветов в горшках, потому что она не дружила с землёй и у неё ничего не росло. А вот букеты цветов любила, и они стояли у неё долго. А ещё Гроновская любила читать литературу, которая не имела ничего общего с её деятельностью. Так она отдыхала от всей этой суеты. Терпеть не могла ужастики, а вот фэнтези, исторические, триллеры и даже мультики очень любила.

А ещё в памяти было свежо воспоминание об их сексе, который у них был в душе, а потом и в гостиной… А ещё он узнал, как она хотела его, как ласкала себя, представляя его рядом… Это было чертовски хорошо.

Эти выходные были незабываемыми. Гроновская смогла в этот раз отложить все свои дела и посвятить время для них двоих. Вечером в воскресенье они вернулись в город, поскольку в понедельник начиналась практика. Нужно было отдохнуть и подготовиться.

Практика шла своим чередом и была очень занимательной. Ребята представляли себе всё иначе, даже Свят, несмотря на то что он варился в этом с детства. Они своими глазами увидели Гроновскую в деле и убедились, что слухи не врали: она действительно гений. За время этой практики они получили просто колоссальное количество знаний, которых университет не даст им и за шесть-семь лет обучения. Порадовало Свята с Тимом и то, что к ним не относились, как молодым студентам-неумехам, а как к серьёзным специалистам, поэтому и требования были большими. Софа поубавила свой пыл и поняла, что практика не то время и место, чтобы гоняться за Аристовым младшим, поэтому тоже трудилась в поте лица. И как бы ей ни было обидно, она поняла, что с таинственной девушкой Свята ей не тягаться. Сам Свят увидел работу отца изнутри и понял, что это тоже большой труд, и решил, что после окончания университета стоит обратить и на это внимание.

Гроновская была профессионалом, и в работе для неё не существовало никаких личных связей и тому подобное. Эта женщина умела чётко разделять работу и личное время. Это дома она могла позволить себе поработать в компании Свята и в выходные, в своё свободное время, но, когда она надевала халат и садилась за пробирки — это уже была не женщина, а просто доктор наук.

Месяц пролетел незаметно. Настолько сильно они погрузились в работу, что на личное оставалось совсем мало времени. Однако не только Свят оказался в потоках чувств, страсти, влюблённости, но и его друг тоже. Как оказалось, анонимной подружкой по переписке Тима оказалась до одури милая девушка, которая идеально подходила ему. А ещё было ли это совпадением или интуицией Тимофея, но она действительно оказалась одиннадцатиклассницей.

В конце рабочего дня Сергей Николаевич собрал ведущих учёных и практикантов в зале для совещаний.

— Вы уже знаете, что намечается благотворительный вечер, непосредственными спонсорами которого является наша компания, — начал говорить Сергей Николаевич и многозначительно посмотрел на Гроновскую. — И я надеюсь, что Кира Юрьевна почтит своим присутствием сие мероприятие. Это очень важно.

Свят тут же бросил на неё взгляд и видел, как еле заметно дрогнули мускулы на её лице, но она с невозмутимым тоном ответила:

— Я там буду, Сергей Николаевич, только никаких интервью и фотографий.

— Как и всегда, — сказал он. — А также было бы неплохо, если бы и наши практиканты посетили данное мероприятие и увидели, что их может ждать в будущем. К тому же налаживать полезные связи надо начинать уже вчера, — ухмыльнулся он.

После этого мини-собрания все стали расходится, а вот Аристов старший попросил своего сына задержаться.

— Кира Юрьевна хорошо отзывалась о твоей работе. К тому же я видел результаты этой самой работы. Впечатляет.

— Спасибо, отец.

— Теперь мне понятно, почему…

— Понятно что? — переспросил Свят, так как его отец не договорил, погрузившись в свои мысли.

— Почему она мне отказала.

Свят на мгновение напрягся и подумал совсем не о том.

— Может объяснишь?

— Она тебе нравится, верно? — спросил Сергей Николаевич, глядя на своего сына.

— Мы говорили не об этом.

— Значит нравится… Знаешь… я ведь просил её не брать тебя на практику.

— Когда и почему? — удивился Свят, хотя прекрасно знал, что отец никогда не станет кому-то платить или уговаривать за сына.

— Да сразу после того, как она объявила вам о ней. Очень надеялся, что она не выберет тебя, но ошибся.

— Ты хочешь сказать, что Гроновская выбрала себе практикантов ещё до того, как объявила нам о заявках на практику?