Пир теней - Рид Анви - Страница 34

— Эвер всегда была такой: считала себя лучше других. Самая чистая, превосходная, совершенная. Что в ней нашел Сэтил? Не понимаю. По-моему, так она мерзкая выскочка.

— Ревнуешь, Похоть?

— Ты знаешь, какой я грех, ягненочек, так зачем спрашиваешь о том, что очевидно? — Она подлетела к Юстину со спины и, обняв его за шею, повисла на нем. — Да, Сэтил всегда был в моем вкусе, но я всего лишь тень, которая исполняет все его приказы. Ты же прекрасно понимаешь, о чем я. Расскажи нам о своей первой любви.

Тщеславие внутри Юстина встрепенулось, явно не имея желания слушать это. Мысли наполнились густой темнотой, но Юстин неумело отмахнулся, дав волю светлым воспоминаниям.

Это была восемнадцатая весна Далии. Королевский двор праздновал день, когда святые олхи подарили ей жизнь. Адер и Иола устроили роскошный пир, пригласив на него короля Рокрэйна и императора Арасы. Они были редкими гостями в западной столице. Север лишь несколько раз появлялся на празднованиях в этих краях: на коронации Адера, рождении Далии и ее десятилетии. А император Арасы и вовсе никогда до этого дня не удостаивал их такой чести.

В тот день к ним приехал и цирк со Схиалы. Разодетые шуты веселили гостей до самого вечера, а фокусники удивляли чудесами. Шелковые платки в их руках необычайным образом меняли цвета, а из пышных причесок дам они ловко доставали взявшиеся из ниоткуда цветы и перья. В тот день Юстин первый раз увидел говорящего попугая и даже погладил ручную ласку, которая успела стащить еду из его тарелки. Но больше всего гостей привлекал глотатель огня. Люди боялись подходить к нему близко, старались не смотреть в его подведенные черным углем глаза, но каждый раз, когда он выплевывал пламя, громко охали и восторженно аплодировали. Его представление быстро закончилось, и ему на смену пришла труппа музыкантов. Все вокруг неустанно танцевали и пели.

Рокрэйнцы приготовили для Далии показательные бои с молотами и привезли ледяную статую, растаявшую в итоге от жары. Император Комей Ку подарил принцессе роскошное шелковое платье на восточный манер, а также небольшой спектакль о сотворении мира святыми олхи, который сыграли для Далии приехавшие с ним актеры. Еда и напитки всё не заканчивались, и вечером, когда принесли сладкие угощения, большинство пьяных гостей уже мирно спали прямо за столами.

— Нельзя скучать в такой день.

Юстин сразу заметил отсутствие Далии среди гостей и, найдя принцессу в саду, быстро накинул на ее голые плечи свою мантию.

— В зале очень жарко, я вышла освежиться.

На ее щеках горел румянец, а грудь блестела от пота. Далия весь вечер танцевала, уделяя внимание каждому из гостей.

— Ты сегодня была бесподобна.

— Я соскучилась по тебе.

— Я был рядом и сидел за столом.

— Да, а я бы хотела, чтобы ты веселился со мной.

Далия обняла его, нежно касаясь руками спины. Ладонь Юстина легла на ее длинные рыжие волосы, а вторая обхватила туго затянутую в корсет талию.

— Не люблю шумные праздники, — признался юноша. — Все хотят с тобой поговорить, тянут потанцевать, предлагают выпить и рассказывают какие-то совершенно неинтересные истории.

Юстин любил тишину, и дни, полные праздничного шума, были для него настоящей мукой. Его скромность не позволяла отказывать незнакомым людям, поэтому приходилось натягивать на лицо улыбку.

— А я люблю, когда все вокруг смотрят на меня, аплодируют мне и приветствуют, дарят подарки и хвалят мою воспитанность. Хочу побольше таких веселых дней.

— Тебе недостаточно моего взгляда, принцесса?

Юстин не хотел ее обидеть, а лишь попытался флиртовать, но она не поняла этого и, отвернувшись, скрестила руки на груди. Все-таки расстроилась.

— Нет, ты не так поняла. Я… я просто… Прости. Не умею быть романтичным. — Он почесал затылок.

Юстину почему-то стало стыдно. Ему захотелось уйти, скрыться от своего позора. Далия еще слишком юна для таких шуток, и он не может вести себя так с ней. Но тут принцесса развернулась к нему и показала золотой юн, который зажала между пальцами.

— Сегодня монета попалась мне. Уж не знаю, постарались ли кухарки или же сама святая преподнесла мне такой подарок.

В Эвероке существовала традиция, любимая и соблюдаемая всеми. В праздник все пекли маленькие кексы и в один из них клали монету. Тот гость, которому она попадалась, мог загадать любое желание, и его сразу же должны были исполнить. У королевской семьи обычно просили мешок юн, новую корову или путешествие в другие страны.

По лицу Далии было ясно, что у нее уже есть план. Она нежно взяла Юстина за руку и потянула за собой в замок. Гости, которые продолжали веселиться, свистели им вслед, а королева почему-то одобрительно кивнула Юстину. Принцесса вела его к себе в спальню, и он понял, чем все это закончится. Он не знал, готов ли к такому развитию их отношений, но, чувствуя возбуждение Далии, понял, что у него не осталось выбора.

Она впустила его в спальню и закрыла дверь на засов. В комнате пахло цветами, которыми одарили принцессу. Они были везде. Стояли в вазах, лежали на полу и украшали лепестками шелка ее кровати. Вокруг сверкали теплыми огоньками зажженные свечи, на столике стояли фрукты и два бокала с вином, словно кто-то заранее подготовил комнату к их приходу. Видимо, о плане Далии знали все, кроме него. Ему хотелось, чтобы эти мысли остались лишь догадками, но, похоже, он все-таки оказался прав.

— Юстин, выполни мое желание.

Она коснулась рукой его щеки, заставив посмотреть на себя, затем плавно провела ногтем вниз, к шее, и остановилась на пуговицах его рубашки. Юстин обхватил ее руки, останавливая.

— Далия, я не уверен. Лучше подождать еще…

— Я ждала этого слишком долго. Каждую ночь я засыпала и мечтала о близости с тобой, каждый день, когда видела тебя, представляла поцелуи и ласки, которые ты можешь мне подарить.

— Но, что скажут коро…

— Я поговорила с мамой, она знает, чего я хочу, и дала согласие. Она рассказала, каково будет мне в первый раз, поэтому я готова, Юстин.

Далия перебивала его и торопила, будучи в нетерпении. Не так он представлял себе первую ночь с принцессой… Она уже почти расстегнула его рубашку, нежно касаясь живота. Юстину казалось это неправильным. Он любил Далию и хотел на ней жениться, но сейчас она, опьяненная вином и разгоряченная веселыми танцами, решила все за него. Принцесса коснулась губами его шеи и неумело начала ласкать кожу языком.

— Далия, любовь моя, в тебе говорит алкоголь.

— Юстин, прошу, умоляю: сними с меня это платье.

— Далия, нет. — Он постарался аккуратно оттолкнуть ее от себя.

— Я приказываю тебе, Юстин Мао.

Она отстранилась, и выражение ее лица резко изменилось. Она стала серьезной, и по глазам он понял, что она не отступится. Далия вновь достала монету из маленького мешочка, висевшего на запястье, и покрутила ею перед его носом. Он все понял и не стал спорить дальше. Схватив принцессу за талию, он притянул ее к себе и, страстно целуя горячими губами холодные плечи, стал расшнуровывать корсет. Она жадно стянула с него рубашку, а Юстин, спустив лиф ее платья, оголил спину принцессы. Ловя языком побежавшие по ее коже мурашки, он помог Далии освободиться от одежды. Сейчас она была полностью раздета, лишь длинные рыжие волосы прикрывали ее плечи.

Юстин за весь вечер ни разу не притронулся к элю и вину, но ее изгибы пьянили его. Возбуждение накатило волной, разгоняя горячую кровь по венам, и Юстин, обхватив лицо Далии руками, оставлял на нем беспорядочные пылающие поцелуи. Томные стоны заставили его скромность окончательно раствориться. Нежно укусив кожу на шее принцессы, он уложил Далию на кровать. В комнате стало жарко, и дурманящий запах сладких цветов будто впитался в губы девушки, которые он так нежно целовал. Горячие руки коснулись ее обнаженного тела, плавно поднимаясь вверх, к груди. Далия прижалась к нему сильнее и, обхватив его бедра ногами, холодными ступнями стянула с Юстина брюки. Она сводила его с ума. Девушка выбрала его и доверилась ему, и сейчас он полностью станет принадлежать ей, а она — ему. Юстин понял, что бессилен перед ней, и сейчас хотел овладеть Далией так же, как этого жаждала она.