Род Корневых будет жить! (СИ) - Кун Антон - Страница 51

Управляющий вышел, а я вежливо поинтересовался.

— И давно вы, Иван Юрьевич, занимаетесь скупкой магических кристаллов?

— Это наследственное дело, — с гордостью ответил тот. — С детства помогал своему отцу. Теперь вот уже лет десять самостоятельно езжу.

— Вижу, опыта вам не занимать! — похвалил я его.

— Да, трудное дело, — согласился приказчик. — А по нынешним временам и опасное!

— А что так? — поинтересовался я. — Твари донимают?

— Да твари — это ещё полбеды! С хорошим амулетом ни одна тварь не посмеет приблизиться! — начал делиться трудностями своей профессии Иван Юрьевич. — Хуже всего люди. Банды начали разбойничать. Собираются отчаянные люди в дружины и грабят всех подряд. А амулеты, как вы знаете, на людей не действуют…

— И как же вы с ними справляетесь? — поинтересовался я.

— Да где обманом, где хитростью, — не стал выдавать своих секретов Иван Юрьевич. — Всяко приходится выкручиваться.

— А если охрану с собой брать? — предложил я.

— Так охрана привлечёт внимание, — с улыбкой ответил приказчик. — Мы лучше потихоньку, ужиком проскользнём, чтоб никто не знал.

— Умно! — снова похвалил его я, отмечая про себя, что охране ещё и платить нужно, а тут человек явно экономит.

— И много ли куда вы ездите за кристаллами? — продолжил я расспросы.

— Много куда, Владимир Дмитриевич. Сибирь она, знаете ли, богата на магические кристаллы. Это на Западе их нет. А мы тут по такому богатству ходим!

«Сибирь!» — отметил я про себя, и на душе стало тепло.

Глава 37

Наш разговор прервала Матрёна. Она буквально вплыла в комнату и с поклоном пригласила нас обоих:

— Пожалуйте, пожалуйста, к столу!

Меня, признаться немного резануло — чего это она при посторонних своим декольте сверкает!

Перехватив мой взгляд, Матрёна словно запнулась и забыла слова. Движения сразу стали не такими плавными, в них появилась резкость и угловатость.

— Ты Мо Сяня позвала? — спросил я, потому что китайца в гостиной не было.

За всё время, пока мы разговаривали, он не пришёл и знать о себе не дал. Как дал мне задание, так и ушёл куда-то. Вот пусть Матрёна и ищет его, а не сверкает тут…

А я, пропустив вперёд гостя, пошёл следом за ним в столовую.

Блин! Настроение совсем испортилось. Теперь мне хотелось, чтобы приказчик поскорее купил у нас магические кристаллы и уматывал отсюда куда подальше.

И тут мне в руку ткнулся демонический волк. Как он подошёл, я не видел. И где был, пока я рубил дрова, а потом разговаривал с приказчиком, тоже неизвестно — точно не около меня!

Следом за Умкой пришёл Шилань.

И вдруг до меня дошло, что чёрная ци уже почти заполнила запасной резервуар.

Как только я это осознал, так совершенно иначе взглянул на приказчика.

Получалось, что он управлял мной, вызвав ревность. И моё чёрное ядро распознало в этом агрессию, направленную в мою сторону, и приняло меры. И если бы не ночная медитация, когда я создал запасной резервуар, я бы этого и не заметил.

Плюс, не сразу заметил как раз из-за запасного резервуара, потому что чёрная ци не сразу переполнила мои каналы, а сначала скопилась там, где должна была откладываться про запас.

И вот теперь запасной резервуар был почти полный! А ведь золотая и чёрная ци должны были находиться там в равновесии…

Я погладил Умку одновременно успокаиваясь и благодаря его за то, что он помог мне отвлечься и увидеть то, что происходит на самом деле.

Получалось, приказчик мог манипулировать людьми. Заставил Матрёну кокетничать, а потом вызвал у меня ревность и желание поскорее от него избавиться.

Думаю, если бы всё пошло и дальше в том же темпе, то после обеда я бы не глядя заключил с ним сделку на любую сумму.

Вот ведь жук!

Однако, не на того напал!

Я просто обязан был наказать его!

Но торопиться я не стал. Месть — это блюдо, которое едят холодным!

И я решил подыграть Ивану Юрьевичу Сухорукову, потомственному скупщику магических кристаллов.

Он хочет, чтобы я злился и ревновал? Что ж, буду злиться и ревновать. И попридержу пока свою чёрную ци. С того количества, которое я успел вытянуть из приказчика, я острых симптомов отравления не почувствую, а потом схожу в деревню, пообщаюсь с дедом Радимом. Пусть он вытянет из меня излишки. Защита деревни от этого будет лучше, и мне легче — всем хорошо!

Между тем мы сели за стол.

Причём, приказчик как-то тяжеловато опустился на стул и на лбу у него выступили капли пота — видимо, отток ци сделал своё дело.

Что ж, сам виноват!

Мо Сянь тоже подошёл — в самый последний момент. Сел напротив гостя и, слегка наклонив голову, поздоровался:

— Доброго вам здоровья, уважаемый Иван Юрьевич! Как ваше самочувствие.

— Спасибо, хорошо, — ответил приказчик.

По его голосу я услышал, что ни фига ему не хорошо. Ну что ж, не рой другому яму, сам в неё попадёшь!

Матрёна сразу же начала прислуживать, подавать миски с кашей.

Она подавала овсянку так, как будто это была королевская каша! Ставила миски на стол и посматривала на меня, как потерянный ребёнок. Ловила мой взгляд в надежде на благосклонность.

Но я всячески демонстрировал, что злюсь и ревную. Раз приказчик ждёт этого, он это и получит! А потом, при заключении сделки, посмотрим, кто тут диктует правила!

Что касается Матрёны, в конце концов, она сама виновата. Не фиг тут перед всеми сверкать своими прелестями.

— Овсянка! — восторженно выдохнул приказчик. — Давно мечтал попробовать настоящую английскую овсянку.

Я удивлённо посмотрел на него, не понимая, что происходит.

— Каша, как каша, — пожал я плечами. — Угощайтесь!

Видя трепет и суету вокруг каши, я даже засомневался: может, я чего-то не понимаю, и тут этим словом называют что-то другое.

А потому зачерпнул каши и отправил в рот.

Блин! Вкусно, конечно! Но я бы после дров с большим удовольствием съел бы отбивную.

Собственно, я не стал откладывать дело в долгий ящик и позвал Прасковью.

— Прасковья, мясо есть? — спросил я у неё.

— Из готового только буженина, — растерялась кухарка.

— Неси! — приказал я.

Женщина убежала и вскоре принесла порезанный дольками большой кусок запечённого мяса.

— Мясом кашу не испортить, — объяснил я, подхватывая с тарелки большой кусок буженины и отправляя его в рот.

Приказчик сделал вид, что его это не интересует.

Но когда к столу подошли Умка с Шиланью, он побледнел. И по всей вероятности, ему стоило немалых усилий не вскочить с диким криком, а остаться сидеть за столом.

Егору Казимировичу тоже не очень нравилось, что демонические волки подошли к столу, но он ничего не стал говорить. Покосился на них и молча продолжил уплетать настоящую английскую кашу.

А вот Прасковья, проходя мимо Умки, потрепала его за ухом. И Умка, паршивец, улыбнулся ей во все свои клыки!

— Прасковья, — позвал я кухарку.

— Слушаю, Владимир Дмитриевич.

— Ты больше не боишься волков? — спросил я в лоб.

— Так они же такие милые! — ответила кухарка. — Они ж мне в амбаре всех крыс разогнали! А про утренний подарок вообще молчу! Милашки!

На этот раз ласки удостоился Шилань. И он так же не проявил никакой агрессии.

Но едва приказчик попытался протянуть к ним руку, как раздалось угрожающее рычание.

— Осторожнее, Иван Юрьевич! — предостерёг я приказчика. — Это духовные звери! Хотя, чего это я! У вас же есть амулет…

— Амулет не действует на духовных зверей, — со вздохом ответил приказчик. Он распознаёт их, как людей. Возможно, это из-за того, что духовные звери связаны со своими хозяевами.

— Вот как? — удивился я. — Даже не знал, что такие амулеты существуют… Хорошо, что духовных зверей не так много. А в лесу так и вовсе нет. Иначе вам пришлось бы очень непросто…

Приказчик кивнул с извиняющейся улыбкой, и я почувствовал, как чёрное ядро толкнулось, и в меня снова потёк ручеёк чёрной ци.