Между двух миров (СИ) - Белова Татьяна - Страница 29

— Подумала, что это человек, несмотря на то, что уже видела сводку от Гереро и знала, что это не так. Какой-то урод превращает зааров в людей, похоже они у него что-то вроде холста, произведение искусства или это какой-то ритуал, может быть что-то похожее на экзорцизм. У людей странные фантазии…

— Ты думаешь о преступнике, как о человеке, так?

— Ну да, это какой-то одержимый безумец! Да и разве неведомые на такое способны? У вас же культ уважения к телу, возлюби ближнего своего как самого себя, а то Творец покарает, так ведь? Нарушить заповедь Творца, кто бы осмелился? Я между прочим читала твою книгу, в вашем словаре даже нет слова “убийство”, как термина, нет понятия смерти, только развоплощение.

— Это все верно, но кое-что для меня выглядит неочевидно. Как человек справился с зааром? Вы видите в жертве ребенка, слабого, по вашим меркам, слабее взрослого как минимум, но это неверное утверждение. Заары в каждом возрасте опасны. Как наш художник их контролировал? У тебя есть отчеты токсикологии двух первых жертв? Что там с причиной смерти? Он рисовал по пустым оболочкам или сущность еще не покинула тело?

Солнышко припекает все сильнее, Ольга тоже вылезает из куртки и берет планшет. Рядом с вами за столиками никого нет, вы сидите здесь одни.

— И посмотри, пожалуйста, еще и отчет токсикологи из больницы, когда привезли Фархада, у тебя ведь он есть?

Ольга кивает.

— Твой пацан рассказал Гереро какую-то сказку, но я в нее не поверила, и да, я скопировала себе запись допроса и файл из больницы, который Гереро запросил еще до того, как вмешались самоэлиты. Самый простой вариант самый верный, вы были в палате вдвоем, нет никаких свидетельств, что на отделение кто-то заходил, значит…

Ольга поднимает на тебя глаза. Красивые, карие.

— Отчет из лаборатории, который прислал Балок, чистый, там ничего нет.

— Именно, — киваешь ты. — Уверена, в крови Фархада тоже ничего. Так как же человек справился с зааром? Они сильнее, быстрее, у них потрясающий слух и скорость реакции. Остается холод, но сначала заара надо поймать.

— Самоуверенность? — вопросительно поднимает бровь Ольга.

— Или новый наркотик, который ваша токсикология не выявила, потому что не искала, — предполагаешь ты. — А что с Морин Гуревич? Ее неврологическое заболевание подтвердилось?

— Этим делом занимаются Юджин и Джон-джон. У меня нет информации, а почему ты про нее спрашиваешь? Думаешь, все это связано?

— У нас есть девушки, которые не чувствовали боль, есть мул, которая перевозила наркотики и местный наркобарон, Раф, про которого рассказал Халисс, а ещё Лавия Амирас тоже как-то с ним связана.

— Откуда такая уверенность? — спрашивает Ольга недоверчиво.

— Искала тебя вчера в клубе и поболтала с одним наркоманом, который ее знал. Он сказал, что это Раф пробил Лавии голову, потому что она его предала.

— Какого ты вообще поперлась в клуб, среди ночи? — вдруг вспыхивает Ольга. — Тебе тоже могли голову проломить!

— И да, я думаю что все это связано, но пока не вижу как, и как с этим связан Фархад, тоже не знаю, единственное место, где он был один, это Центр токсикологии, если подтвердится, что у Морин было неврологическое заболевание…

— Думаешь, они могли там встретиться? — спрашивает Ольга и кивает, ее пальцы быстро бегают по клавиатуре планшета. — Сейчас узнаю! И все таки это ничего не объясняет. Я внимательно изучила следы на его запястьях, сам он не мог навязать такие узлы, значит кто-то его связал и бросил в канализацию, а дальше? Зачем он рассказал фальшивую историю, которую взял из прессы?

У тебя нет ответов, есть только догадки, но чтобы не случилось с Фархадом, это изменило все. Чаша весов склоняется к тому, что это он развоплотил тебя в больнице, потому что ты потребовала ответов, а он не захотел отвечать. Или ты не захотела?

— Морин Гуревич официально числится пациенткой исследовательского отделения Центра токсикологии, у нее была диагностирована редкая форма нейроверии, она входила в тестовую группу нового препарата на основе яда зааров. Тестовая группа — добровольцы и там всего три человека. Руководитель испытаний профессор Ридж Асама, — говорит Ольга и захлопывает планшет. — Эта информация есть в открытом доступе на сайте университета, где преподает профессор Асама.

— Ридж Асама, а мы встречались, — щуришься ты. — С каких пор титулованный профессор занимается тем, что контролирует сцеживание яда?

— Вот давай его навестим и спросим, — говорит Ольга, встает и берет куртку. — Только не забывай, что я тут детектив.

Джейн Доу. Глава 6

Изменения сохранены

1700/06/08PM15.00

Ты не забываешь. Обычно ты никогда ничего не забываешь, это особенность твой бесконечной сущности, но сейчас это тело делает тебя слабой. У тебя очень ограниченный спектр восприятия волн, твои глаза не видят, дальше куска плоти, твои уши не слышат, глубже того, что на поверхности. Очень тяжело думать, находясь взаперти, будто рыба в банке, еще сложнее привыкнуть к мысли, что ты беспомощна. Печать на груди пульсирует, разъедая кожу и плоть под ней. В голове тикают стрелки часов. Ты постоянно ждешь конца и это мешает сосредоточиться, а еще мешают мысли о Фархаде. Нужно принять решение, а ты пока не можешь. Он — твоя ответственность, решение принимать придется, нравится тебе это или нет, но сейчас ты гонишь эти мысли прочь. Цель дознания — истина, именно к ней и нужно стремиться.

Губы Ольги шевелятся, она что-то говорит тебе, но ты не слышишь. Машина как раз сворачивает на Круговую, она идет вокруг вокзала по дуге, а потом уходит в тоннель, под дамбу, за петлю причального тора, ты успеваешь увидеть, как по ту сторону приливными волнами бьется в Купол воздушный океан, а дальше вас обнимает темнота и две узкие колеи дорожной разметки, бегущие из-под колес.

— Анна, — кричит Ольга, нажимая на клаксон. Он резкого звука, ты вздрагиваешь и поворачиваешь голову.

— Что с тобой? — спрашивает Ольга.

— Не обращай внимания, точка контакта пропадает иногда. Проблемы со скоростью отдачи.

Ольга не понимает и качает головой.

— Ты хоть предупреждай.

Теперь уже ты качаешь головой.

— Не могу, это и для меня всегда неожиданность. Часть восприятия отказывает, зрение или слух.

— Вот дерьмо, — ругается Ольга. — А может ты вернешься как-нибудь обратно в Адар? Могут они тебя там… переодеть во что-нибудь? Или чтобы получить оболочку надо в очереди стоять? Как начать жизнь заново?

— Как у консула королевы, у меня бессрочная привилегия, моя оболочка всегда возвращается статусе взрослого и моя память не прерывается.

— А как же предел безумия, про который ты пишешь? Разве ты не должна в какой-то момент под давлением памяти сойти с ума?

Ты смеешься.

— Когда я решу сойти с ума, я тебя оповещу! Кстати, о безумии, как те девушки в психиатрической лечебнице? Есть новости?

— Последний раз, когда я разговаривала с врачом, он назвал их состояние стабильным, а что это значит, я не знаю. Медсестра мне по секрету сказала, что даже на таблетках они несут какой-то страшный бред и не понимают, где находятся.

Ты подозреваешь, что никакой это не бред, а просто память прошлых жизней рвется наружу. Тех самых жизней, который у них официально нет, никогда не было и не будет.

Центр токсикологии, с несколькими заездами и тремя подземными вензелями парковок, выводит Ольгу из себя, она шипит сквозь зубы добрые пожелания в адрес архитекторов и проектировщиков, и в итоге вы оставляете машину на третьем ярусе под буквой F, где крупными буквами написано — служебный транспорт. Она запускает виртуальную оградительную полицейскую ленту вокруг машины, чтобы никому не пришло в голову ее эвакуировать. Дальше вы долго поднимаетесь на лифте. Здание очень высокое. Добродушный голос справочного сервиса прямо в лифте рассказывает вам, где и что искать, и предлагать скачать карту. Вы быстро находите дверь, которая ведет к серпентологам и герпентолагам. Здесь из каждой стены вылезает информационная голограмма, рассказывая вам подробности исследовательской деятельности Центра и его богатую историю. В холле, где ты в прошлый раз ждала Фархада, вас тоже никто не встречает. Ольга матерится, лезет изучать карту и находит медицинское отделение, где принимают пациентов, вы снова ищете лифт и поднимаетесь еще на два этажа. Здесь уже есть стойка в приемной, где сидит настоящая девушка. Она смотрит на вас вопросительно и Ольга достает жетон.