Богиня Крола (ЛП) - Ланкастер В. К. - Страница 2

— Не смей так говорить! Я не откажусь от всего ради детеныша! Если бы ты не был моим братом я бы даже не задумывался об этом…

Сурак наблюдал за Кролом, пока тот размышлял.

— Пожалуйста, Крол. Умоляю тебя.

Крол раздраженно зарычал.

— Раз уж ты просишь, как я могу отказать? — в конце концов уступил он. Крол не видел иного выхода. Неужели он думал, что сможет жить в этом племени и видеть лицо Сурака после того, как Рилл будет изгнан? Его брат не лгал, когда говорил, что это его убьет.

— Спасибо, Крол. — Сурак заключил его в объятия. — Да хранит тебя Богиня.

— Надеюсь, — ответил Крол. Он подумать не мог, что ему придется принимать такое важное решение. Единственное значимое событие, которое могло с ним произойти, как его предупреждали, — это Связь с Королевой. Они с Сураком пережили смерть матери, проигравшей вызов и убитой Королевой вдвое моложе ее. Они пережили изгнание вместе с прислужниками своей матери, наблюдая за тем, как ее Связанные самцы, их отцы, слабеют и умирают, пока в живых не остались лишь ее сыновья. Они полагали, что интерес Мирры к Сураку был в тот момент благословением, спасением. Но сейчас…

Он попытался припомнить все опасности, которые, как он знал, подстерегали его в дикой местности. Хищники. Другие племена, другие Королевы. Погода. Племена долины, которые жили на деревьях. Он ничего о них не знал, кроме историй, которыми пугали детёнышей, чтобы они держались поближе к пещерам.

Сурак отстранился от него, поднял Рилла с колен и передал его в руки Крола. Малыш почти ничего не весил, его мех был таким мягким, а тело таким крошечным по сравнению с их телами. Крол впервые посмотрел на него как на своего. Жизнь этого малыша теперь находилась в его руках. Крол был в ответе за него, хотя не просил об этом, будучи Необузданным самцом, которого не предупредили и не дали времени на подготовку. Рилл был просто отдан ему, и он почувствовал, как его сердце сжалось, пытаясь это осознать.

Он только что обрёл сына и потерял брата.

***

Улизнуть с территории Мирры оказалось нетрудно. Крол взял Рилла на руки, позволил мальчику ухватиться за его шкуру и растворился в ночи. Сурак остался в племени, и Крол все еще сомневался, правильно ли он поступил, не стоило ли ему бороться сильнее, чтобы его спасти. Казалось, его сердце было привязано к сердцу брата, и теперь связывающая их нить натягивалась все сильнее, и это причиняло боль. Как бы сильно он ни любил Рилла, он прожил с Сураком всю свою жизнь. Он не знал, как жить без него.

Он понимал, что его единственный шанс — это фора. Он знал, что у него есть время только до рассвета. Вскоре после этого лес сотряс яростный рев Мирры, и он понял, что времени у него в обрез. Он спрятал Рилла, выкопав углубление под бревном и накидав сверху камней, а потом побежал в другом направлении, надеясь перейти Мирре дорогу и увести ее.

Крола захлестнула паника. Его шкура покрылась капельками пота, а мех улегся от страха и покорности. Он никак не мог отдышаться из-за продолжительного бега. Он понятия не имел, сработал ли его план, по-прежнему ли Рилл находился в безопасности, или умер ни за что.

В данный момент он стоял перед Миррой, бежать ему было некуда. Как только он повернется к ней спиной, чтобы убежать, она тут же набросится на него. Ее гигантское тело могло заслонить собой солнце, если бы она захотела. Когда-то они с Сураком считали ее величественной. Сейчас же ее свирепые размеры были ужасающими. Она напрягла плечи, приготовившись к нападению и обнажив клыки, свисавшие из ее приоткрытого рта. Ее хвост подбрасывал вверх опавшие листья и грязь, хлестая по земле у ее ног.

— Где он? — рыкнул она, сжимая и разжимая кулаки.

Крол сглотнул, но ответить не смог. Если он скажет ей, где Рилл, они оба умрут, но и солгать он не решался. Он был напуган и изнурен, но часть его все еще находила в себе силы ненавидеть эту Королеву. Она была чудовищем. Она разрушила не только жизнь каждого самца при дворе, но и его жизнь, жизнь Рилла, жизнь всех младенцев до него, которыми она не хотела заниматься.

Самцы догнали свою Королеву, появившись за ее спиной, с тревогой наблюдая за происходящим. Они знали, что их долг — наказать и, возможно, казнить его, но понимали, что он сделал и пытался предпринять, поэтому не хотели причинять ему боль. Никто из них не хотел становиться свидетелем изгнания Рилла. Те из них, у кого были сыновья, жалели, что их не спрятали от Мирры, как Крол сейчас прятал Рилла.

Сурака среди них не было, и Крол мог лишь надеяться, что его не убили.

Поймав себя на этой мысли, Крол понял, что это, вероятно, последние мгновения его жизни. Мирра разорвет его на части, и Рилл так или иначе умрет в одиночестве. Крол решил, что меньшее, что он мог сделать, — это оказать сопротивление. Он мог доказать этой Королеве, что не каждый самец готов склоняться перед ней, что она не контролировала его, что не все ее любили, как бы сильно она этого ни хотела.

Он широко расставил ноги, расправил плечи, приподнял верхнюю губу и зарычал. Это была не более чем имитация смелости, щедро сдобренная страхом, но глаза Мирры расширились от ярости.

Она взревела и бросилась в атаку.

Глава 1

Наоми огляделась и кивнула. Ее лагерь был не таким уж жалким. У нее был плоский камень, на котором можно было сидеть, и яма для костра, которая была тщательно вырыта и огорожена. Она установила вертел и маленькое, симметричное, навесное укрытие, позволяющее ей чувствовать себя защищенной, когда она заползала в него ночью. Совсем неплохо.

Проблема была в том, что прошло уже несколько дней. Семь, по ее подсчетам. Каждый день она взваливала на плечо свой рюкзак и отправлялась на разведку, не забывая отмечать свой обратный путь и не забредая слишком далеко, чтобы успеть вернуться до наступления темноты. К сожалению, эти меры предосторожности означали, что она ничего не находила. Эти джунгли казались совершенно необитаемыми.

О, она нашла ручей и пополнила запасы воды, убедившись, что находится на горе, что было очевидным, учитывая наклон земли. Но было несколько вещей, на которые она не обращала внимание или которым придумывала оправдания, пока они не начали накапливаться с такой скоростью, что она больше не могла их игнорировать. Во-первых, ни одно из деревьев не было ей знакомо, она никогда не встречала их раньше, не видела на фотографиях, не читала о них в книгах. Она даже не могла угадать к какому виду они относятся. Во-вторых, фрукты тоже были странными, определенно незнакомыми, не говоря уже о том, что они выглядели весьма экзотично. В-третьих, когда она смотрела на ночное небо, она не могла определить ни одной звезды или созвездия. Добавьте к этому странных птиц, животных и насекомых, которых она видела и слышала, и чувство тревоги вам обеспечено.

Наоми многого не знала, поэтому смело могла отмахнуться от всего этого. Судя по климату, она явно была за пределами Соединенных Штатов, ведь дома была зима. Она понимала, что находится в той части мира, которую никогда раньше не посещала. Поскольку Наоми не была экспертом по всем деревьям и птицам на планете Земля, ей было простительно, что она не знала названия каждой окружающей ее вещи.

Единственное похожее на панику чувство, что начинало разъедать её изнутри, было связано с тем, что она до сих пор не нашла ни одного знакомого представителя флоры или фауны. Экзотические растения и животные ее не пугали, она знала, что такое обезьяна, орел, скорпион, змея, паук. Но в этом лесу не было ни одного дуба, вяза или березы, ни одного голубя или зяблика. Спустя неделю она была готова поцеловать муравья, если бы он перебежал ей дорогу. Но не тут-то было.

А ещё был браслет на лодыжке.

Она решила не зацикливаться на этом. Нет смысла беспокоиться о худшем, сначала нужно отыскать плюсы в сложившейся ситуации. Даже если её похитили, чипировали и выпустили в джунгли в качестве эксперимента, она не пострадала. Ее никто не преследовал. Ни в какие ловушки она не наступила, ни один человек в маске не заставлял ее разгадывать головоломки. Так что она пока не будет волноваться.