Заклятие роз (СИ) - Кроуз Анна - Страница 53

Марта вздрогнула. А Сумрачный колдун, будто не заметил этого, продолжил:

— Да… Были у меня две дочери. И как оказалось, я не знал их, был слеп. — Сумрачный колдун вздохнул и продолжил: — Но хитрость не помогла. Она только отсрочила исполнение договора. И вот теперь время пришло. Магический договор должен быть исполнен. Поле страданий должно быть вскопано и засеяно. И если раньше там были только страдания Рока и Флинта, то теперь всех, кого они, — Сумрачный колдун кивнул в сторону Серафимовича и Огненной ведьмы Блейза, — завлекли. А чем больше людей вовлечено, тем больше страданий и тем страшнее быки памяти. Не веришь мне, спроси у него, — и Сумрачный колдун кивнул в сторону Серафимовича.

Тот ничего не ответил. Но по его лицу было видно, что Сумрачный колдун не врёт.

— А что будет, если поле останется не вспаханным? — тихо спросила Марта.

Сумрачный колдун тяжело вздохнул и ответил:

— Поле порастёт сорняком, память ослабнет и утеряется и начнётся большая война. Быки памяти должны вспахать поле страданий, для того, чтобы у человечества был шанс выжить.

Взгляд Марты упал на пентаграмму. Девушка вспомнила свои размышления о том, что пять тысяч лет это был символ защиты и лишь последние лет двести — сатанинский знак… Люди забыли… так быстро забыли. И не только об этом, но и многое другое. А с какой скоростью забываются традиции? А история переписывается? Одно поколение не успело смениться, а люди уже не помят, как было…

Над Лысой горой повисла тишина. Марта обвела взглядом поляну. Анимаги по-прежнему находились в углах пентаграммы и все, кроме Мартина, светились голубым светом. Хоровод распался, студентки были испуганы, они сбились в группки. Преподаватели стояли все вместе, за исключением Огненной ведьмы Блейзы и Серафимовича — те были в центре, рядом с Сумрачным колдуном.

Марта нашла взглядом Ольгу-Варгу.

«Интересно, — подумала она, — Ольга-Варга знала, что всё произойдёт вот так?»

«Несомненно! — ответила Анжелика. — Она же виделась с Сумрачным колдуном ещё в тот раз, когда…»

«Так она что, на его стороне?» — мысленно спросила Полина.

«Не знаю, — ответила Анжелика. — Но я ей не доверяю. Я никому из них не доверяю»

«И что нам делать?» — спросила Полина.

Но её вопрос повис в воздухе. Потому что раздался треск и внутри пентаграммы заклубился огненный дым… И один за другим из этого дыма выпрыгнули дышащие огнём быки — первый, второй, третий… немного погодя выпрыгнул четвёртый бык, а за ним и пятый.

Луна уже склонилась за лес, звёзды, казалось, выдохлись, их свет больше не был ярким и больше не радовал. Единственными источниками света оставались: костёр, который окружал поляну — он всё ещё горел, светящиеся изнутри кровавым огнём быки и синее свечение анимагов. Пламя костра давало ощущение надёжности, свечение анимагов — раздвигало пространство, а огненное дыхание быков — ощущение неизбывной боли.

Быки рыли землю копытами, наставляли рога и казалось вот-вот кинутся, разметают, затопчут всех, кто здесь сейчас на поляне.

И тогда Сумрачный колдун поднял руку и отрывисто крикнул.

Быки обернулись к нему и склонили головы.

— Кто возьмёт на себя ответственность и вспашет на быках памяти поле страданий? — спросил он, оглядывая присутствующих.

Девушки студентки от его взгляда отступили, послышались всхлипы…

Преподаватели тоже не спешили выходить.

Огненная ведьма Блейза отступила назад, отрицательно качая головой.

— Не впутывай меня в это! — произнесла она, выставляя в защитном жесте перед собой ладони.

Серафимович стоял бледный, руки его дрожали.

— Мне без разницы, кто из вас это будет, но кто-то должен вызваться сам.

«Моя стихия земля, — подумала Марта. — Наверное, это должна быть я»

«Я с тобой», — дрожа от страха подумала Полина и взяла Марту за руку.

«Думаю, нам нужно держаться вместе» — мысленно поддержала подруг Анна Юрьевна и тоже взяла Марту за руку. Пётр Ильич с решительным видом стоял рядом.

«Эх, — вздохнула Анжелика. — Видимо, страданий не избежать» — И она подошла к Полине.

— Они вспашут! — крикнула Огненная ведьма Блейза, увидев, что настрой избранниц изменился.

Сумрачный колдун грустно усмехнулся и покачал головой.

— Ты совсем не изменилась, — пробормотал он и громко добавил: — Они должны вызваться сами. Они сами, по своему желанию должны взять на себя тяжёлую ношу. В этот раз я не позволю мухлевать.

Марта смотрела на Серафимовича. Он был бледен. Плечи его были опущены. Руки дрожали. Залихватские «хэндлбары» смотрелись чужеродно на лице, полном страданий.

Ей стало жаль Серафимовича. Недорассказанная легенда открылась Марте во всей своей неприглядности — жили-были два друга, и один предал другого ради женщины.

Да, права Ольга-Варга. Настоящая любовь никогда не потребует такой жертвы.

Марта вспомнила только что прошедший свадебный ритуал, в котором участвовали Анна Юрьевна и Пётр Ильич. Вспомнила, каким светом сияли их лица, и как радостно было на душах у всех присутствующих, как легко скользил хоровод. Истинная любовь согревает и даёт силы жить.

То, что заставило Серафимовича… Рока предать друга, любовью не было.

И вот настал час расплаты.

Он всегда настаёт. Через минуту, через день, через много лет. Он неизбежен. Предательство если не проявится сразу, то источит душу, иссушит потихоньку, не даст места радости. И пусть даже внешне будет казаться, что предатель живёт благополучно, не стоит этому верить. «Хэндлбары» Серафимовича сейчас это наглядно демонстрировали.

Сумрачный колдун ждал. Он не смотрел ни на кого. Он не торопил. Быки стояли рядом. Они шумно дышали и нетерпеливо переступали, иногда принимались бить копытами землю, но Сумрачный колдун коротким взглядом успокаивал их.

Над лысой горой висела тишина. Казалось, даже воздух стал неподвижным. Казалось, весь мир сейчас сосредоточен здесь, внутри кострового круга. А там, за пределами не просто ночь, а ничего. То есть, совсем ничего.

Серафимович вздохнул, подкрутил скорее по привычке усы и сказал, обращаясь к Сумрачному колдуну:

— Видимо, этой чаши мне не избежать. Да и две тысячи лет помнить — это очень долго. Разве может что-то с этим сравниться? Я один вспашу это чёртово поле!

Слава Серафимовича словно разрушили тишину и заново запустили движение.

Огненная ведьма Блейза закричала:

— Идиот! А как же я?

Сумрачный колдун усмехнулся на крик Огненной ведьмы Блейзы и кивнул Серафимовичу, словно ждал именно этого решения.

А Марта, неожиданно для себя шагнула вперёд:

— Я помогу.

Глава 28

— … Я один вспашу это чёртово поле! — сказал Серафимович.

Не успел Сумрачный колдун ответить ему, как Марта неожиданно для всех и для себя в том числе шагнула вперёд и сказала просто:

— Я помогу.

Сумрачный колдун и Серафимович одновременно повернулись к ней и крикнули в один голос:

— НЕТ!

И у обоих в голосе прозвучало отчаяние.

Потому что оба знали: тот, кто заявился, должен сдержать слово, чего бы это ему не стоило. И оба хорошо знали, что это за поле и что это за быки.

— Зачем?.. — прошептал Серафимович.

А Марта и сама не знала зачем. Она просто понимала, что иначе не может. Пожав плечами, она сказала:

— Вам одному не справиться с пятью быками.

— А ты, девочка, ты?! Ты ведь ещё ребёнок!.. — в голосе Серафимовича прозвучала боль.

— Однако, когда вы использовали заклятие роз, вас это не остановило, — сказала, усмехнувшись, Анжелика. Она перешагнула через Мартину змею, подошла к Марте и встала рядом. — Надоело мне всё до чёртиков! Где это ваше поле? Я тоже вызываюсь!

Следом подошли и Полина с Анной Юрьевной и Петром Ильичом.

— С ней-то понятно, — Серафимович кивнул на Полину, — она Мартина подруга. А вам-то зачем? — Серафимович с удивлением посмотрел на Анну Юрьевну и Петра Ильича. — У вас всё хорошо, у вас есть благословение Светлого Дагды и Великой богини Боан. У вас будет ребёнок! Зачем?