Справедливая гордыня (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 42

— Наоборот, — нехотя добавила Тами, — Он превратился в серебристого едино… коня с человеческой головой. Мы его вынесли во двор, привязали к коновязи и насыпали овса. Больше ни на что времени не было, дедушка торопил и ругался по-черному. Еще этот рыжий кричал и топал ногами, говорил, чтобы мы больше к нему ни ногой. А потом мы оказались здесь.

— Ладно…, — пробормотал я, весьма сочувствуя Игорю, но понимая, что заднюю тут не дашь и спасти не спасешь, — А что с Мимикой?

В этот момент, стоя посреди комнаты и держа рог кемеровского единорога в руке, я сильно боялся, что мне сейчас выдадут отпавшие уши и хвост, но пронесло. Мимику отыгравшая от коня гайка случайно шарахнула по темечку, от чего та позеленела и огоблинела, помолодев лет на 20 и отрастив себе выдающиеся части тела. Правда, огоблинела не до конца.

— Вот, смотри, — завистливо проскрипела Такамацури, сдирая с беззаботно дрыхнущего тела одеяло.

Да уж. Бывшая кошкодевочка еще слегка потеряла в росте, приобретя солидный четвертый размер в груди, переставшей быть равниной, запышнела волосами, налившимися силой, толщиной и длиной, отрастила крепкий такой зад, но… у неё остались хвост и уши. Длинный такой голый зеленый хвост и здоровенные такие, опять же голые, лопухи ушей. Причем органов слуха у бывшей кошкобабушки теперь было четыре штуки — два лопуха на макушке и два остроконечных почти эльфийских уха там, где должны быть у всех разумных. Ну и хвост, да.

— И что мы ей скажем, когда проснется…, — упав духом, вслух подумал я.

— В смысле скажем? — удивилась Тами, — Ты вторые сутки спишь! Она от счастья нас всех споила, как только тут очутились! И отель купила!

— Что?!! — меня аж к стене прислонило.

— Ну, пока мы пьяные были…, — скосив глаза в сторону стыдливо произнесла Лилит, обвивая себе талию хвостом.

Элитный отель в Аустоламбе. Нет, мы очень даже обеспеченные, каждый сам по себе, но я помню тут цены! Это не один и не два миллиарда, а покупать здесь недвигу в то время, когда на троне бабушка-божий-одуванчик с гигантским зубом на нас — это в корне неверный поступок! Ну ладно, это проблемы Мимики, только вот…

— А где она бабла на это всё взяла? — выдавил из себя я, так и не отпуская плечом стенку.

Виталик, выглянувший из-за угла кровати, крякнул, лег на пузо, и закрыл передними лапами клюв. Меня тут же обуяли очень нехорошие предчувствия, особенно на фоне ну очень сильно мнущихся дивчин.

— У тебя одолжила…, — промямлила Тами, делая пару шажков назад.

Я лишь утробно зарычал, воздев очи горе. Не такое уж серьезное похмелье (пили-то только водку, причем лучшую!) тут же сдуло, а затем, преодолев малодушие, я полез считать остатки своих средств. Насчитал два миллиона с хвостиком. Понял, что нищий. Поднял налившиеся кровью глаза на девиц.

— Вы… Я просто сидел и ждал, пока вы помоете задницы. Ничего не делал. Пил с мужиками. Даже не дрались. И что в итоге?! Мимика гоблинша, я нищий, а Игорь… а Игорь!! Что ты с Игорем сделала, блондинка неумная?!!

— Ну а Мимика-то чего, — насупилась Саяка, неприязненно тыкая пальцем в кровать, где и валялось зеленое существо, которому на всё было пофиг, — Ей же так куда больше идёт!

— Дура ты, хоть и мудрая! — рявкнул я во всю мочь, — Она съежилась и сиськи отрастила, как он гитару свою держать теперь будет?! А нам в подземелье надо!!!

Тут еще ко всему новая сиськоносица изволила проснуться, и разборки закипели по новой. Выговаривал я девчонкам исключительно от вредности, за Игоря, чей рог я уже сунул в инвентарь, было очень обидно. Мужик и так по жизни с такой мордой был серьезно пострадавший! Сначала родился в Кемерово, потом стал частично единорогом, а потом… эх, что и говорить. Это я еще не помню, на что он жаловался. Представляю, каково ему было, когда он проснулся, привязанный к коновязи… и с овсом. А самое жуткое — такая беда просто потому, что он захотел полапать суккубу!! Демона похоти!!

Если так подумать, то мы в лютом выигрыше. Уже почти на месте — раз, у Мимики появились выпуклости — два, у меня появилась Мимика с выпуклостями — три! Деньги? Дело наживное, тем более барахла у нас разного достаточно, лишь бы покупателей найти платежеспобных. Но Игоря жалко… очень. А вот Рюуке надо бы что-то хорошее сделать, если бы она не сломала девчонкам всю игру, наверняка бы обвинили во всем меня! А чо, я ж пьяный был, не вспомню!

Заразы!

Ну вот, теперь обновленная Мимика очнулась и скачет голой, демонстрируя свои приобретения всем и каждому, а также бессовестно сама до себя домогаясь в плане помацать. И хвостом крутит. А демонстрировать есть что! На месте худой как тростинка кошкодевочки с нулевым размером груди и задницей с кулачок вовсю крутилась очень яркая и фигуристая гоблинш! Четыреухая, да, но даже огромные лопухи на макушке и длинный зеленый голый хвост Мимику ни грамма не портили! Она была счастлива настолько, что мы, видя это беснующееся голозадое существо, сверкающее улыбкой на все 84 зуба, поневоле забыли всякие мелочные распри… ну и Игоря заодно, чего уж там.

Ну, кроме Саяки, естественно. Пока мы пытались одеть кошкогоблиншу, мудрица села на колени на пол, постелила перед собой полотенчико, выложила на него гайку, а затем, с сосредоточенным выражением лица уперлась руками в пол, явно собираясь шарахнуться головой о гайку со всей возможной дури. Еле успели остановить, а потом еще и успокоить, обещая, что как только расплюемся с текущими делами и проблемами, то сразу пойдем в эпичный квест на поиски, как ей, несчастной, тоже приобрести формы. Матильда даже сгоряча пообещала, что попробует молиться всем богам сразу, чтобы Саяка в следующей жизни переродилась самой фигуристой красавицей, а когда они согласятся, то Шлиппенхофф своими руками…

И тут блондинка, поймавшая наши заинтересованные взгляды, что-то засмущалась и замолчала.

С отелем тоже, как ни странно, всё обошлось. Мы его купили, да, но при этом тихо, так, что вся стража Аустоламба спокойно себе чесала задницы в караулках, а не нервно мочеиспускалась вокруг здания. По рассказам Лилит и Рюуки, добрый дедушка с висящим у него на шее заплаканным брюнетом, телепортировал нашу шайку-лейку прямиком к дверям здания, в которые мы тут же вперлись. А внутри, в фойе, за стойкой ночного портье, сидел никто иной как хозяин заведения, проводящий аудит вместе со своей помощницей. В общем, как оказалось, отель был заперт, но мы не заметили, а застуканный со спущенными штанами человек на секретарше впал в тихую истерию поначалу, но затем, очухавшись, торговался как лев. Невзирая на вопящую и прыгающую по фойе гоблиншу в простыне. В итоге получилось так, что тихим сапом мы все купили, бывший хозяин умотал лечить нервы на неназванный вслух континент, ну а наша компания ушла в нумера. Конец истории.

— Нет, не конец, — пробурчал я, возясь с настройками заведения в Системе. Там золотым по коричневому было написано, что я и Мимика совладельцы с долей в 50 процентов, а значит, можем почти всё. Ну я и смог.

— Отель «Калифорния»? — недоуменно почесала шишку авторства Саяки Матильда, — Мач, а что это значит?