О дикий новый мир! / Год 0 (СИ) - Кросс Шон "ShawnCross" - Страница 20

— Я беременна, кажется…

— Вот черт! — Марко резко развернулся к ней.

— Не ругайся. Есть ряд симптомов, ничего точно понять не могу, но, видимо, срок уже приличный, недель десять или двенадцать — я не до конца поняла, как надо высчитывать.

— Подожди, можно точнее посчитать. Где какой-нибудь календарь? Да должно быть еще больше, месяца четыре! Почему таблетка не сработала?!

— Тише, я не хочу, чтобы эта новость вышла за пределы комнаты.

— Но она выйдет! Особенно когда ребенок выйдет за пределы тебя!

— И надеюсь, что это случится очень скоро.

— Да уж, полагаю, полгода пролетят незаметно, особенно, учитывая, сколько нам за это время нужно сделать! Например, пересмотреть все ваши планы и вычеркнуть из них Маму римскую.

— Вот уж нет! Планы останутся прежними, просто нам с тобой сейчас нужно подумать, как избавиться от этой проблемы.

— Ты в своем уме? У тебя и мысли такой возникать не должно! Да и вообще, почему думать должен я? Иди к своему… уж не знаю, как его назвать… любовнику, и решайте, что с этим делать!

— Не истери! Он не должен об этом узнать. Просто скажи, ты со мной или мне самой что-нибудь придумать?

— Вот уж никаких придумок!

— Марко, я уже все решила. С тобой или без тебя, я это сделаю.

— Стой, дай мне подумать! — он сел и уткнулся головой в стол. Потом резко встал.

— Нам нужно посоветоваться с твоим другом Витторе, он врач…

— Вот уж хрен! Они с Карло — последние люди, кто должен узнать радостную новость.

— Но мы не можем сами! Не затягивать же тебя, в самом деле, в корсет или поить белладонной…

— А это поможет?

— Нет! Так, слушай, мы просто поедем и найдем другого врача, подальше от Рима, который не пересекается со Старейшинами…

— Ладно. Только выезжаем сейчас.

— Завтра. Мы должны подготовиться.

— Сейчас. Я не хочу им ничего объяснять! Оставим записку… что-нибудь сочиним.

***

— Вот теперь я уверена, — заявила Маргарита, в очередной раз выбрасывая из окна мешочек. — Так и не узнала бы, как чувствуют себя беременные, если бы не решила снова стать обычной.

— Черт, у тебя огромный срок! Как это ты только недавно догадалась? Да мне кажется, уже поздно что-то предпринимать.

— Нет, в самый раз, еще даже не выпирает ничего. Говорю тебе, середина третьего месяца максимум. И не смотри на меня так! Ну, подумаешь, встретились мы еще пару раз… или пару десятков… Если бы я тебе дома рассказала, ты бы опять психовать начал.

— Еще бы! У вас вообще с головой не все в порядке!

— …а если бы я тебе не рассказала, ты бы все равно узнал. Тебе бы Марио рассказал.

— Что?! Вы что, трахаетесь где попало?! На глазах у моего ребенка?!

— Ну ты и грубиян! Он всего лишь увидел один маленький поцелуй — и не случилось у него шока, так что не беспокойся.

— Я тогда совсем ничего не понимаю. Что у вас — вселенская любовь?

— Да нет, просто я не против таких отношений, пока позволяет время и статус. Как только постригусь — прекращу.

— То есть, ты готовишь меня к мысли, что этот залет не стал для тебя уроком и что как только мы вернемся, твои, с позволения сказать, двери, снова распахнутся…

— Хватит! У нас не вечер пошлостей! Я просто ничего не могу обещать. Когда у меня есть возможности, я ими пользуюсь.

— А мне потом снова возить тебя по больницам?

— Вряд ли. При сегодняшнем уровне медицины нам повезет, если по пути мне случайно не удалят пару органов… Про какие-то репродуктивные функции я не беспокоюсь — там точно живого места не останется. Поэтому твои волнения беспочвенны.

— Вот уж нет! — Марко нажал на тормоз, — Никуда мы не поедем, не собираюсь я рисковать твоей жизнью!

— Я просила не психовать! Мне нужна поддержка, а не критика и не истерики! Все уже случилось, я не могу перемотать назад, я не могу просто проигнорировать это! Ну не повезло тебе оказаться единственным человеком, которому я доверяю.

— А что Бенуа?

— Он будет мыслить еще менее трезво, чем ты. Так что, будь добр, едь дальше.

И они поехали дальше, чтобы через день войти в здание больницы в Берлине.

— Выглядит оптимистично, — сказала Марго, осматривая почти чистый пол и заметив за стойкой медсестру в жизнерадостном розовом халатике.

Без предисловий Марго подошла к ней и заявила:

— Здравствуйте. Куда мне лечь, чтобы прервать беременность?

— Не поможем, — медсестра перестала улыбаться.

— Это почему же?

— Нет специалиста.

— Да ладно! Это не пересадка сердца и не пришивание руки — тут и дантист справится!

— Дантиста у нас тоже нет. В вашем случае я бы посоветовала роды.

— А это возможно? У вас есть стимуляторы?

— Нет. Естественные роды через… сколько у вас там? Полгода или около того. Вот тогда можете прийти к нам. Вот вам рекомендации по питанию и образу жизни, — она протянула брошюру. Марко машинально взял ее.

— А если беременность угрожает моей жизни?

— Уверяю вас, это намного безопаснее, чем аборт в наших условиях. У нас есть оборудование, но нет специалистов, поэтому минимум, что вам грозит — потеря крови, перелить которую мы не сможем, а скорее всего, что-нибудь посерьезнее — эмболия, тромбоз…

— Я же тебе говорил, — прошептал Марко.

— Отстань! Может, вы откроете кабинет и ненадолго отвернетесь? — медсестра начала оглядываться в поисках помощи. Марго быстро спросила: — А куда нам еще можно обратиться?

— Некуда. Совет издал брошюру по первой помощи, на последней странице — карта с указанием медицинских центров и их специализацией, — медсестра дала им еще одну брошюру. — Вы выглядите очень здоровой и сильной! Желаю удачи! Я уверена, у вас двоих будет чудесный малыш! До свидания!

— Спасибо, — сказал Марко и вывел Маргариту на улицу.

— Марко, я не хочу! Я не готова! Все не так! — она разрыдалась.

Марко осторожно усадил ее в машину.

— Я тебя понимаю, но у нас нет другого выхода. Послушай меня, еще не все потеряно.

— Мы поедем в другую больницу? — с надеждой спросила Марго.

— Нет, мы поедем домой, ты будешь вести образ жизни, описанный здесь, а когда ребенок родится, мы позаботимся о нем. В конце концов, нас трое, Марио уже почти самостоятельный… Ну все, перестань, тебе нельзя нервничать.

— Но как я объясню это Бенуа?

— В этом вообще нет проблемы. С Тано я тоже побеседую. Договоримся о легенде… ну, скажем «Легенда о кладовщике из Линца». Как тебе?

— Нормально. Только вот с Бенуа я поговорю сама, когда сочту нужным.

— Твое дело. Тебе удобно сидеть?

— Боже, какая забота! Это теперь всегда так будет?

— Нет, только полгода.

***

— Эй, вы спятили, что ли? — вместо приветствия сказал Бенуа, обнаружив Марго утром на кухне.

— С благополучным возвращением, дорогие друзья — спасибо тебе, Бенуа! Мы же оставили записку, — сказала Марго.

— Это та, где ты нацарапала: «Мне пора на исповедь. Скоро вернемся»? Очень информативно.

— Ну все, прекращай волноваться, я снова здесь. Обнимать будешь?

— Спрашиваешь! Пошли, что ли, посмотрим на рассвет на набережной Сены.

— Это не обязательно. Я все рассказала Марко, так что можешь чувствовать себя как дома.

— Вот это новость! То-то я чувствую у себя на затылке пристальный взгляд через прицел.

— Расслабься, он уже успокоился, только попросил не выносить это за пределы семьи. Даже как-то неинтересно, ага?