Безрассудный (ЛП) - Джеймс Онли - Страница 39

Адам прислонился к столешнице, наблюдая, как очень сонный Ной запихивает в рот хлопья. Он не понимал, как Ной может есть хлопья без сахара. Это даже не «Honey Nut Cheerios», а обычные хлопья. Очень странно. Как он живёт без сахара? Адам сделал глоток своего чрезмерно подслащённого напитка из карамельного ароматизатора и сахара с достаточным количеством эспрессо, чтобы можно было сказать, что он пьёт кофе. Ему нужен был сахар для выживания.

Телефон на стойке между ними начал вибрировать, и оба замерли, Ной подался вперёд, чтобы посмотреть, кто это, и вздохнул, увидев имя.

— Каллиопа.

— Ответь, — сказал Адам.

Ной нажал на кнопку, затем включил громкую связь.

— Привет, Каллиопа.

— Привет, Ной, — сказала она, звуча очень взволнованной простым приветствием.

Она никогда не вела себя так, когда отвечал Адам. Ной, казалось, стал всеобщим любимцем. Он непреднамеренно очаровывал всех в жизни Адама. Адам улыбнулся, потягивая свой напиток, позволяя Ною говорить.

— Как дела? Есть новости? — спросил Ной, беря ещё одну порцию хлопьев и громко чавкая.

— Не о священнике и даже не о твоём отце, но... кажется, я нашла замок для ключа, который Адам стащил у Гари.

Ной удивлённо посмотрел на Адама, потом снова на телефон.

— Правда?

— Да, пришлось глубоко, глубоко копнуть. Где-то лет десять копания. Это заняло вечность, потому что я не думаю, что ключ принадлежал Гари. Я думаю, он принадлежал твоему отцу.

— Моему отцу?

— Да. Пока я перепроверяла всех участников, как просил Томас, я наткнулась на завещание твоего отца.

— У моего отца было завещание? — спросил Ной, выглядя озадаченным.

Каллиопа сделала паузу.

— Да. Но он оставил всё Гари... включая тебя.

— Что?

— Холт назначил Гари твоим опекуном. Но его признали непригодным для заботы о тебе, учитывая его послужной список и... образ жизни. Поэтому тебя передали в приёмную семью.

Адам смотрел, как Ной пытается обработать эту информацию.

— Эй, я знаю, что приёмная семья – это отстой, но если бы Гари стал твоим опекуном, есть очень большая вероятность, что он просто нашёл бы способ нажиться на беззащитном десятилетнем мальчике.

Ной кивнул, прочищая горло.

— Значит, у Гари есть то, что открывается этим ключом?

— Боюсь, что нет. Ключ отпирает небольшой склад в месте под названием «надёжный склад-хранилище с замком».

— А разве всё, что находится в хранилище, не было давно продано с аукциона? — спросил Ной.

— Можно подумать, но нет. Помимо того, что он передал свои скудные пожитки и сына Гари, в его завещании было одно странное положение. Часть денег от страховки жизни должна была пойти на оплату этого склада. Ключ должен был храниться у Гари, а после его смерти содержимое хранилища должно было быть передано в полицию.

У отца Ноя точно был стояк на этого Гари. Что, черт возьми, между ними было? Они что, любили друг друга?

— Можешь прислать мне адрес?

Каллиопа вздохнула.

— Уже. Будь осторожен. GPS на телефоне Гари показывает, что вчера он был в хижине, но всего около двадцати минут. Он может начать что-то подозревать.

— Я всегда осторожен, — проворчал Адам, хотя они оба знали, что это неправда. Когда они разъединились, он посмотрел на Ноя. — Хочешь прокатиться?

Ной кивнул.

— Конечно, почему бы и нет. Давай сделаем это.

Адам проверил свой телефон и обнаружил, что Каллиопа действительно отправила адрес, но это было ещё не всё. Она прислала письмо с пометкой «конфиденциально». Когда он открыл его, там была ссылка на профиль ДНК. Профиль ДНК Ноя, а также имя пользователя и пароль. Адам перевёл взгляд на Ноя.

— Может, пойдёшь пока одеваться? А я отправлю кое-что отцу по электронной почте.

Ной нахмурился, но кивнул. Адам подождал, пока не услышал, как тот ходит по спальне в поисках одежды, которую можно было бы одолжить. Им нужно забрать остальные его вещи. Может быть, на обратном пути из хранилища. Бросив последний осторожный взгляд в сторону лестницы, Адам открыл свой ноутбук, который лежал на обеденном столе. Он не прикасался к нему уже несколько недель. Предпочитал работать с телефона.

После того, как он ввёл информацию, на экране появился профиль с генетическим анализом Ноя, его родословной в процентах, а также кнопка, показывающая семейные совпадения в базе данных. Их было три. Все девочки. Все три совпадения были родными сёстрами, но, судя по всему, приходились Ною двоюродными сёстрами по материнской линии.

Они жили в Мехико.

У Ноя была семья. В другой стране. Адам сглотнул комок в горле. Что, если Ной решит бросить его и уехать к семье, о существовании которой он даже не подозревал? Теперь, когда информация находилась в базе данных, её мог увидеть любой желающий. Любой из них мог связаться с Ноем в любой момент и рассказать ему о его вновь обретённой семье.

Черт. Адам закрыл профиль и вернулся к электронному письму Каллиопы.

«Я ускорила тест ДНК Ноя. Я записала его на твою кредитку. Подумала, что ты не будешь против. Я проверила результаты и нашла мать мальчика, Джозефину Эрнандес. У неё есть две сестры, Хуана и Вероника. У обеих есть дети, но у Хуаны есть сын, который пропал, когда ему было всего два года. Я почти уверена, что она – мать Ноя. Сейчас она живёт в Киллине, штат Техас, со своим мужем и ещё тремя детьми. У Ноя есть семья».

Техас был гораздо ближе, чем Мехико. И всё же мысль о потере Ноя тяготила Адама, когда он поднимался по лестнице, чтобы одеться. Он должен рассказать ему. Ной должен знать. Но часть его души жаждала сохранить это в тайне. Мать Ноя жила дальше. У неё была новая жизнь и новая семья. Ной был его.

Адам сел на край кровати.

Ной покрутился, держа в руках рубашку.

— Нам определённо нужно остановиться и забрать мою одежду. В твоих вещах я выгляжу словно ребёнок. — Он нахмурился, когда Адам не сразу ответил. — Что случилось?

Адам прочистил горло.

— У Каллиопы была догадка насчёт твоего отца. И она её подтвердила.

Ной пересёк комнату и встал между раздвинутыми бёдрами Адама.

— И? Что может быть хуже того, что мы уже знаем о нём? Мой отец был насильником и детоубийцей. Что может быть хуже?

— Он не твой отец.

Ной резко вдохнул.

— Что?

— Тебя похитили из Мехико, когда тебе было два года. Либо самим Холтом, либо кем-то, кто отдал или продал тебя Холту. Он не твой отец.

Ной опустился на колени перед Адамом, поднял на него глаза с побелевшим лицом.

— Это неправда.

— Мы проверили твою ДНК.

— Что? Как?

— Я взял твои волосы, пока ты спал, и Каллиопа отправила их на сайт родственников, чтобы посмотреть, сможем ли мы найти какие-нибудь родственные совпадения.

Ной быстро моргнул, как будто пытаясь обработать эту информацию, его выражение лица стало страдальческим, когда он спросил:

— Почему ты просто не сказал мне?

Адам обхватил его лицо.

— Потому что мы могли не найти твою семью, или если бы узнали, что тебя отдали на усыновление или продала мама, я не думал, что тебе нужно это знать.

— Значит, ты просто не сказал бы мне? — спросил Ной, не совсем обвинительно, но близко.

Адам сглотнул.

— Наверное, нет. От незнания тебе было бы гораздо лучше. Но тебя не отдали и не продали. Тебя украли. У тебя есть семья. Кузены. Братья и сестры. Мама. У нас есть их информация, если захочешь связаться с ними.

Лицо Ноя пылало под руками Адама, глаза увлажнились от непролитых слёз. Он оттолкнул руки Адама и встал, вытирая глаза тыльной стороной ладоней.

— Я хочу пойти посмотреть, что находится в этом хранилище.

— Ты злишься на меня? — спросил Адам, не зная, не предал ли он каким-то образом Ноя.

Ной пожал плечами.

— Не знаю. Я не знаю, что чувствую. Я понимаю, что ты поступил правильно, но это не тебе решать, и ты обещал, что я сам буду принимать решения за пределами спальни. Ты сам так сказал.

Адам пересёк комнату и обнял его, хотя тот напрягся в его объятиях.