Холодное сердце (СИ) - "wondererli" - Страница 124

— Да, — тихо ответила та, облизнув сухие губы. В настоящий момент ей ничего не хотелось так сильно, как глотка воды.

— Можете открыть глаза?

Слабо кивнув, Гермиона медленно приоткрыла сначала один глаз, потом другой. Яркий свет тут же ослепил ее, но она, не оставляя попыток, вновь подняла веки, игнорируя болезненное жжение.

Сперва ей не удалось увидеть ничего, кроме расплывчатых пятен, однако со временем глаза привыкли, и мутная фигура, стоящая прямо перед ней, обрела четкие очертания.

Это была низкая женщина средних лет, одетая в медицинский халат лимонного цвета. Ее русые волосы были убраны в аккуратный пучок, собранный на затылке. В районе левой груди на ткани ее рабочей формы был вышит герб больницы Святого Мунго: скрещенная волшебная палочка и кость.

Значит, Гермиона находится в больнице. Что ж, это всяко лучше чистилища, в которое она ожидала угодить, распрощавшись с земной жизнью.

Не поднимая головы, она окинула взглядом часть комнаты, которая попадала в поле зрения. Это была небольшая по размеру палата, стены которой были выкрашены в бледно-голубой оттенок. Сбоку от узкой больничной койки располагалась низкая тумба, на которой стоял глиняный горшок с растением, обладающим длинными листьями, растущими вертикально. Позади целительницы находилось зашторенное окно, сквозь которое пробивались слабые лучи утреннего солнца.

— Как долго я… — начала Гермиона, с трудом шевеля языком. Предложения, состоящие больше, чем из трех слов, пока что давались ей с трудом.

— Были без сознания? — любезно закончила за нее целительница. Взглянув на аккуратные наручные часы с тонким кожаным ремешком, она огласила, — около семи часов, дорогая. Мы дали вам зелье, которое должно было помочь предотвратить повторное возникновение легочной гипертензии. Оно обладает эффектом сильного снотворного средства, поэтому вы так долго находились без сознания. — женщина с сочувствием смотрела на Гермиону, однако в следующую секунду она словно опомнилась и добавила, — ох, совсем забыла, — засунув правую руку в глубокий карман мантии, она извлекла из него небольшой пузырек с жидкостью горчичного цвета. — Это поможет от головной боли.

В ответ на это Гермиона благодарно кивнула. На большее ей сил пока что не хватало.

— Вы можете побыть с ней какое-то время, но, прошу, не слишком долго, — обратилась целительница к тому, о чьем присутствии Гермиона даже не догадывалась. — Сейчас ей нужно как можно больше отдыхать.

— Да, я понимаю.

Неторопливо повернув голову в сторону говорящего, она сперва не поверила своим глазам.

— Гарри… — прошептала Гермиона, глядя на друга, который скромно стоял возле двери ее палаты. До сего момента он молча наблюдал за происходящим, боясь лишний раз напомнить о своем присутствии, тем самым отвлекая целительницу от работы. К слову, сейчас он был одет в темно-серую форму, которую носят все те, кто проходит подготовку на курсах мракоборцев.

Сообщив Гермионе о том, что в ближайшее время ей необходимо будет явиться в процедурный кабинет и сдать анализы, целительница дождалась, пока девушка выпьет зелье, после чего покинула палату, продолжая утренний обход пациентов отделения.

Зелье, как и предполагалось, обладало не самым приятным вкусом. Проглотив жидкость с ярко выраженными травяными нотками, Гермиона вновь опустила голову на мягкую подушку, превозмогая пульсацию в висках. Однако вскоре боль начала постепенно притупляться, тем самым с лихвой окупая мерзкий вкус волшебного снадобья.

Стоило целительнице закрыть за собой дверь, как Гарри тут же пришел в движение и, подойдя к Гермионе, осторожно присел на край больничной койки, беря подругу за руку.

— Как ты? — справился он о ее самочувствии. — Буду честен, выглядишь не слишком здоровой.

— А чувствую себя и того хуже, — Гермиона слабо приподняла уголки губ в ответ на его грустную улыбку.

Никто из них не торопился нарушать последовавшую за этими словами паузу. Воспользовавшись моментом, Гермиона принялась скользить взглядом по уставшему лицу Гарри, которое цветом ничуть не уступало его рабочей форме. Его глаза, виднеющиеся сквозь стекла круглых очков, заметно покраснели. Помимо этого, под ними пролегли отчетливые круги, свидетельствующие о бессонной ночи.

— Прости, что побеспокоила. Я знаю, что ты был на семейном ужине в Норе, но… Ты единственный, кому я могла довериться в сложившейся ситуации.

— Тебе не за что извиняться, Гермиона. Как-никак я теперь мракоборец, а значит всегда должен быть готов к тому, что придется неожиданно бросить все и сорваться на вызов, ведь работа не ждет, — на какое-то время он замолчал, явно размышляя над уместностью озвучивания крутящегося на языке вопроса. В конце концов интерес все же взял верх, — лучше скажи, как так вышло, что ты узнала про нападение на Малфоев и оказалась в их доме?

Гермиона моментально опустила взгляд, концентрируя внимание на его руке, лежащей поверх ее ладони. По правде говоря, она была готова к этому вопросу, потому как заранее знала, что Гарри, получив ее Патронус, хоть и сделает все, что от него требуется, но не упустит возможности в дальнейшем прояснить для себя некоторые моменты этой странной ситуации. Окажись она на его месте, то непременно поступила бы так же.

Вот только сейчас у нее совершенно не было сил, чтобы распинаться и во всех подробностях пересказывать цепочку событий, которые в конечном счете свели ее с тем, кого Гермиона, как и Рон с Гарри, ранее недолюбливала. Именно поэтому она приняла решение сократить свой рассказ до нескольких слов:

— Мы с Драко вместе.

И весь мир в одночасье замер, словно перед грядущей бурей.

Рискнув поднять глаза, Гермиона увидела, как высоко взметнулись брови Гарри. Однако ему быстро удалось вернуть самообладание, стирая любой намек на прежнее изумление.

— Оу… Понятно.

— Это все, что ты можешь сказать по этому поводу? — не сдержавшись, уточнила Гермиона, вопросительно изогнув бровь. Она ожидала чего угодно, но точно не этого. Охотнее верилось, что после ее признания Гарри вскочит как ошпаренный и помчится за целительницей, посчитав, что после утопления у его подруги наблюдаются явные проблемы с головой.

— Нет, но я сомневаюсь, что ты сейчас в том состоянии, чтобы поведать мне всю историю, — резонно возразил он, после чего положил свободную ладонь на колено и принялся размеренно постукивать по нему кончиками пальцев. — Да и в свете последних событий я уж точно не считаю себя тем, кто вправе давать советы в вопросах, касающихся отношений.

По его печальному голосу Гермиона сразу поняла, что именно Гарри имел ввиду. Должно быть, Джинни решила не оттягивать неизбежное, поэтому объяснилась с бывшим возлюбленным сразу же по прибытии в Нору. Не лучшее ее решение, учитывая, что впереди их ждал долгий семейный ужин, пребывание на котором после подобного разговора наверняка стало настоящей пыткой.

На самом деле, это было совсем не в духе Джинни. Кто-кто, а она уж точно не стала бы портить Гарри настроение перед семейным застольем. Как минимум, не тогда, когда на праздник приехали все члены семьи Уизли, включая новую девушку Рона, с которой так хотела познакомиться Молли.

Но если не она открыла ему правду, то как тогда он узнал о случившемся? Гарри никогда не был особо проницательным в любовных делах, поэтому маловероятно, что он заметил незначительные изменения в поведении Джинни и, сопоставив факты, пришел к выводу, что их романтической истории пришел конец.

Не будучи уверенной в том, хочет ли он сейчас обсуждать личные проблемы, Гермиона сжала ладонь Гарри в знак поддержки. Пусть это станет еще одной темой для разговора, которую они затронут, когда оба будут к этому готовы.

— Гарри, с Драко и его родными все в порядке?

— Скорее да, чем нет, — замялся он, подбирая слова. Очевидно, Гарри боялся, что сказанное им может порядком взволновать Гермиону, тем самым сказываясь на ее общем состоянии.

— Что ты имеешь в виду? — с тревогой в голосе спросила Гермиона, сжимая ладонь друга чуть крепче, чем следовало. В это самое мгновение она как никогда раньше волновалась за судьбу семейства Малфой.