Связанные судьбой (СИ) - Чикина Елена - Страница 27

Знакомя Милу с этим городом, я получал огромное удовольствие, в конце концов, я хорошо его знаю. Во многих европейских городах магические существа испокон веков считались своеобразной элитой, так что местное аристократическое общество легко и быстро приняло меня в свои ряды. Ну, а красота с обаянием довершили дело, сделав меня в высшей степени persona grata. Показывая девушке на дворцы, я рассказывал ей об их обитателях.

— Ты здесь часто бывал раньше? — спрашивает она.

— Да, я несколько лет подряд приезжал в Венецию весной, так что у меня здесь много знакомых.

Мила, как выяснилось, и сама немало знала об этом городе, но ее знания касались, в основном, искусства и архитектуры. Она делилась со мной любопытными историческими фактами, рассказывала о тех или иных архитектурных особенностях, так что наша прогулка превратилась в экскурсию. Я не возражал, любовался оживленной мечтательной девушкой, как обычно, пропуская мимо ушей большую часть того, о чем она говорила. Жду не дождусь, когда смогу похвастаться ею перед всеми! Сирены большая редкость, не сомневаюсь, Мила произведет фурор. Я настоящий счастливчик.

После прогулки по каналам я повез девушку в ресторан на острове Торчелло, я знаю, как Мила любит сады и парки, ей должно понравиться:

— Это, наверное, самый знаменитый ресторан Венеции, но сюда нужно приезжать днем. Пойдем, сама увидишь! — говорю я, провожая ее в цветущий сад, где под увитыми плющом арками стояли уютные столики.

Я не ошибся, обстановка произвела на Милу впечатление:

— О-о! Мне здесь уже нравится!

Не успели мы сесть за свой стол, как я увидел старую знакомую, Розу Пизани, сестру Велии. Подойдя к нам, девушка восторженно всплеснула руками:

— Андрей! — она произносит мое имя на итальянский манер. — Не знала, что ты снова в Венеции!

— Роза! Сколько лет, сколько зим!

Глава 10.2

Она ничуть не изменилась, по-прежнему потрясающая красавица — темные блестящие волосы, алые губы, а черты лица… я не смогу описать, правда, можно подумать, они с сестрой сирены. Мне всегда казалось, что их мать воспользовалась магией для того, чтобы у нее родились такие красивые дети.

Я и вправду был рад ее видеть, она напомнила мне о тех временах, когда все в мире находилось в равновесии, а я был независим и уверен в себе. О временах, когда я мгновенно получал все, чего бы ни пожелал. Конечно, Мила делает меня счастливым, и я не променял бы это ни на что другое, но все равно… я скучаю по былой простоте, легкости. По ощущению собственной исключительности.

Мы с Розой обнялись, и я представил девушек друг другу:

— Эмилия, это Роза, моя давняя подруга.

В Италии Мила всем представляется своим полным именем, поначалу я над ней подтрунивал, а потом тоже втянулся. На итальянку она, конечно, все равно не похожа, но пусть фантазирует, раз уж ей так нравится.

— Очень приятно познакомиться! Боже, да ты красавица! Андрей, тебе очень повезло! — Роза бросает на меня огненный взгляд, попутно задерживая руку на моем предплечье.

Хоть я и нашел поведение Розы не совсем уместным, мне польстило ее внимание. Девушка ушла за свой столик, улыбнувшись мне из-за плеча. Видно, расспросов со стороны Милы избежать не удастся.

Но, как ни странно, отреагировала она спокойно:

— Красивая девушка. Давно вы дружите? — Мила слегка приподнимает брови.

«Всего лишь подруга?», словно бы спрашивает она. Строго говоря, подругой я могу назвать только Велию, а Роза, в лучшем случае, моя бывшая любовница, с которой я остался в хороших отношениях. Но посвящать во все эти подробности Милу было бы, как минимум, странно.

— Да, несколько лет. Роза и ее сестра — ведьмы. В их семье магические способности передаются из поколения в поколение. Я показывал тебе их дворец.

Милу мой ответ вполне удовлетворил. Неужели она совсем не ревнует? На миг я снова почувствовал былое раздражение. Конечно, с чего ей ревновать, я никуда от нее не денусь, и она отлично это знает!

Никому из моих бывших не понравилось бы, что со мной кокетничает такая красавица, как Роза, и хорошо, если бы обошлось без скандала. Но я постарался убедить себя, что дело в спокойном, рассудительном характере девушки, а не в ее равнодушии.

В компании Милы долго грустить я не мог, очаровательная, веселая, она украшала собой любое место. Нам принесли заказ, мы ели, пили вино, смеялись и вообще отлично проводили время. Мила наотрез отказалась пробовать устриц.

— Если ты хочешь ходить по хорошим ресторанам, тебе придется привыкнуть к изысканной кухне!

— Стоило приехать в Венецию, чтобы напиться соплей из ракушки, не к столу будет сказано! — Мила морщит нос, тряся головой из стороны с сторону. — Не уговаривай, я пробовала улиток и гусениц, но от полуживой устрицы меня точно стошнит, какой бы вкусной она ни была!

Я рассмеялся:

— Где это ты гусениц пробовала?

— Женя приносила в школу, ей парень привез их из Африки. На вкус как бумага!

— Тот парень, что тогда приставал к тебе? — я приподнимаю брови.

— Нет, другой, Женя часто меняет парней, ей с ними не очень везет.

Ну, еще бы.

— У твоей подруги чересчур изменчивое биополе, вот она и влюбляется не в тех, — объясняю я.

— Наверное, ты прав… И часто такое встречается — очень изменчивое или совсем неизменчивое биополе? — интересуется Мила, посерьезнев.

— Нет, слава Богу, совсем не часто!

Мила на секунду задумалась, а потом снова улыбнулась. Наверное, мы с ней подумали об одном и том же. Но в то время, как неизменчивое биополе может стать для человека настоящим благословением, если он встретил свою идеальную половинку, чересчур изменчивое — всегда сплошная головная боль.

К слову об изменчивости биополей — проходя к выходу из ресторана, Роза снова остановилась возле нашего столика:

— Мы с Велией завтра устраиваем небольшой прием. Приходите, мы будем рады вас видеть! — говорит она, обращаясь преимущественно ко мне.

— Спасибо, мы придем!

Отлично, наверняка во дворце Пизани соберется весь цвет Венеции, в самый раз для светского дебюта Милы. Роза записала название отеля, в котором мы остановились, и, попрощавшись с нами, вышла из ресторана вслед за своими друзьями.

— Увидишь венецианское палаццо изнутри, это почти поход в музей, тебе понравится, — говорю я девушке.

— Да, звучит действительно интересно! — улыбается Мила.

Остаток обеда прошел легко и весело, я наслаждался компанией девушки, которую люблю больше всего на свете, радовался предстоящей встрече с друзьями и жизни в целом. Казалось, мир, наконец, обрел гармонию, я не мог поверить, что еще этим утром я был полон какого-то странного негатива.

Сейчас настоящее казалось чудесным, а будущее — светлым и безоблачным.

Глава 11. Ошибка

Весь день у меня было отличное настроение, но вечером, вернувшись в номер, я снова увидел синяки и ссадины на коже Милы:

— Больно? — я осторожно дотрагиваюсь до ее спины.

Подойдя к зеркалу, девушка попыталась оценить ущерб:

— Да нет, не очень, но в следующий раз ты лучше будь поаккуратней, — как ни в чем ни бывало говорит она.

Я не знал, что и думать. Неужели она не поняла, что я нарочно сделал все это, что я хотел причинить ей боль? Тогда нет ничего удивительного в том, что она так легко меня простила.

Впрочем, все, что делается по обоюдному желанию… Сексуальной жизни многих пар небольшое количество жесткого доминирования идет только на пользу… наверное.

Я попытался убедить себя, что в том, что я сделал, не было ничего предосудительного, но у меня это не вышло. Фактически, я изнасиловал ее, а то, что ей это понравилось — заслуга магии сирен.

Решив пока повременить с сексом, я притворился уставшим, легко поцеловал Милу в щеку и лег спать, погасив основной свет. Ладно, единственное, что я теперь могу — пообещать себе, что больше никогда не сделаю ничего подобного.