От принцесс одни неприятности (СИ) - Гришина Марина - Страница 28

Аррон взглянул на Изабель — та тоже ответила кивком. Меня аж гордость за нее проняла. Сегодня не было ни слез, ни истерик. Она стойко перенесла все ужасы этой ночи.

— Как ты нас нашел? И почему, правда, так долго? — я попробовала улыбнуться. Все же, его присутствие принесло спокойствие. Мой мир возвращался на место.

— Давай сначала тебя подлечим, хорошо? Я опять не успел. Прости.

Он замер на секунду, поймав мой взгляд, а потом стиснул меня в объятьях. Крепко, до хруста костей. Колючая щетина поцарапала мне щеку, а чужое дыхание опалило шею.

— Пусти, — я буквально прохрипела, — удушишь.

Меня тут же отпустили и подставили свое плечо для опоры.

— Где вы остановились?

Следующий час прошел сумбурно. Аррон отнес меня к главе домой, не обращая внимания на преследующие нас косые взгляды. Елена помогла мне умыться и переодеться в белую хлопковую рубашку, а потом принесла отвар с малиной и медом. Тут-то я и уснула.

Мне снился дом. Родители, заливающиеся смехом над своими, взрослыми и пока непонятными мне, шутками. Я, маленькая, уже не влезающая под стол пешком, но все еще любящая устраивать там чайные чаепития для игрушек. Мы проводили вечера в гостиной, иногда — занятые каждый своим делом, а иногда просто общаясь. Мама, красивая, с темными вьющимися волосами и доброй улыбкой, и папа — высокий, серьёзный со всеми, кроме нас…

Утро обрушилось на меня пыльным мешком, да по голове. Она гудела, будто там пусто и отродясь не было ничего дельного.

На тумбочке у кровати стояла кружка с вкусно пахнущим отваром, из которой я выпила добрую половину. Немного полегчало — хоть во рту стало не так сухо.

С кухни доносились приглушенные голоса. О чем говорили было не слышно, но раз за разом пробивался громкий голос Михаила, а следом слышалось женское шипение. Мужчина затихал, чтобы через пару мгновений дом вновь огласился звучным басом.

Я улыбнулась. Почему-то мне показалось это ужасно уютным. Да еще и солнышко пробивалось сквозь кружевную занавеску, покрывая стены ярким узором. И хлебом пахло. Хорошо!

Встала я на удивление легко, даже голова почти прошла. Все таки, отвары Елены творят чудеса, надо бы поблагодарить ее. На стуле лежали мои брюки, так мастерски зашитые, что я с трудом нашла на них следы своих злоключений, и рубашка в мелкий цветочек.

Я переоделась и вышла на кухню.

Компания, которая мне предстала, была на редкость разношёрстная. И как они все поместились в небольшой комнате?

Изабель, с аппетитом уплетающая свежеиспечённый хлеб с вареньем и запивающая все это молоком. Елена, в очередной раз шикающая на отца, но Михаила это не смущало — он вновь попытался говорить в полный голос. Ильмар, привычными движениями сворачивающий папиросы. И Аррон, сидящий за столом с кружкой ароматного чая.

При моем появлении все замолкли. Первой отмерла Елена, захлопотав вокруг меня и сняв напряжение на кухне.

— Деточка, как ты себя чувствуешь? Я уж говорила этим оборотам, чтоб потише. Да они привыкли орать, ух я б им, — и она шутя погрозила кулаком отцу, на что тот ответил задорной улыбкой. — Кушать хочешь?

— Очень! И спасибо за отвар, он творит чудеса! — невозможно было не улыбнуться в ответ этой пышущей теплом и уютом женщине.

Присутствующие зашевелились, Ильмар сходил в соседнюю комнату за еще одним стулом, на который и уселся, крутя в руках самокрутку. Изи пересела на его место с другой стороны стола, а я оказалась рядом с молчаливо сидящим Стражем. Передо мной тут же материализовались кружка горячего отвара, свежая булочка, еще исходящая паром и блюдце с вареньем.

— А как ты это сделала-то? Мы хоть народ и дремучий, да только считать все одно умеем. Этих вот, — Михаил исподлобья взглянул на Аррона, — было четверо. А ты одна!

— Ты на моего племянника тут не бурчи, но! А ж тебе уже сказал, что он парень хороший, не чета этим иродам. Да и коли хотел навредить, не сидел бы с нами за одним столом. Правду ж я молвлю, а? — Ильмар усмехнулся в усы, да только взгляд, который он бросил на сидящего рядом со мной мужчину, остался серьёзным. Как он не любил его, да слишком много зла принесли людям Стражи.

— Правду, — Аррон отставил почти пустую чашку. — Я не заслуживаю вашего доверия, хотя и не причинял вам зла лично. Но я допустил, чтобы это случилось.

Рука, которая только сжимала ручку миниатюрной кружки, сжалась в кулак. Но глаз он не опустил, с достоинством встретив обращенные на него взгляды.

— Аррон, — я отложила надкусанную булочку. — Как такое вообще могло произойти? И зачем? Зачем Жрецу гибель целого города, зачем создавать монстров? Простите.

Я смешалась от того, что назвала так хозяев дома. Но те лишь махнули рукой, с горькой улыбкой признав правдивость этих слов.

— Власть. Он всеми возможными способами стремится получить в свои загребущие руки всю страну, — кулаки Стража разжались и он вновь сделал глоток чая. — А эта тварь нужна, чтобы получить поддержку от самых непокорных. После такой встречи они либо признают главенство Жреца, либо исчезают, а их место занимают более послушные.

— А мы-то тут причем? — Елена поставила передо мной тарелку с блинчиками и вытерла руки полотенцем, которое снова закинула на плечо.

— Вам просто не повезло. Я бы хотел… Хотел как-то это предотвратить, но вряд ли бы смог. Как мне сказали, город выбрали из-за удаленности и отсутствия какой-либо связи со столицей. Вы находитесь далеко от основных трактов, ничего ценного не производите — боюсь, никто и не хватился отсутствия целого города.

— А как же родня? Небось кто-то да хватился. У Михи вон сестра в соседней деревне, замуж там вышла да осталась… — глава недоверчиво смотрел на нас, не понимая, как такое вообще возможно.

— Купол. Вы не могли выйти, а сюда никто не мог зайти, — я пожала плечами. — Да и вряд ли кто поверит, что не смогли найти Горск. Спишут на то, что заблудились или перепили.

Аррон кивнул.

— Все верно. Заклинания в башне были не только источником темной магии, но и защитой. Никому не нужно, чтобы монстры

бесконтрольно разгуливали по всей стране. Если бы вы сумели выйти, не сняв заклятье — оно бы продолжало действовать.

— А как нас нашли? — подала голос Изи, с довольной улыбкой откинувшаяся на спинку стула.

Мужчина замялся и опустил глаза. В это время открылась дверь и к нам зашла девушка. Молодая, лет двадцати, с темной косой до пояса и очаровательной улыбкой.

— Ой, простите, я не вовремя? А я тут пирог принесла, с яблочками. Сама готовила, — гостья улыбнулась, взмахнула длинными ресницами в сторону Аррона и, задев меня подолом красного платья, поставила на стол тарелку с выпечкой. Только аппетит у меня почему-то пропал.

— Спасибо, Эвелин. Ты ж наша хозяюшка! — Елена подорвалась с места, уступая его гостье. И принялась ее расхваливать. — Просто мечта, а не девушка! Так готовит, пальчики оближешь. Вы попробуйте, попробуйте! Яблочный пирог у нее чудо как хорош!

И тарелка подвинулась еще ближе к Стражу. Тот кивнул, пробормотал «Спасибо» и взял кусочек. Запах печеных яблок разлетелся по всей кухне.

— А расскажите, как там за пределами… Мы четыре года не получали новостей из внешнего мира, — Эвелин разгладила несуществующие складки на подоле, струящаяся ткань очертила стройные ноги. — Господин…

— Аррон, этого достаточно.

Я проследила за внимательным темным взглядом. Ну конечно, когда мужчина устоит перед красивой женщиной! Еще и улыбается ей.

— Аррон, вы кушайте пирог, пока теплый. А рассказать все успеете, вы же пока не уходите? Хотите, я покажу вам наш городок? У нас красиво.

Настроение окончательно испортилось. Ильмар вышел покурить, и я увязалась следом, просто чтобы выйти на улицу. На кухне стало душно от приторно сладких духов, яблок и навязчивых девиц.

И вот вроде я понимала, что прошло столько лет и у меня нет никакого права претендовать на этого мужчину. Да только это не мешало кипеть злости на него. Подумаешь, пирог она испекла! Тоже мне заслуга. И платье красивое, да такое любой пойдёт!