О-ерой, академия для избранных (СИ) - Рябова Анастасия Анатольевна - Страница 85

Дом Кристиана, который он назвал особняком, больше напоминал замок. Вчера мы летели на автопилоте, и мой рыжий волк абсолютно не давал мне времени разглядеть его сверху, да и экскурсию по прибытии не проводил. Так что сегодня я с восторгом рассматривала его дом.

– А мы будем теперь жить здесь? – поинтересовалась у мужа, когда проглотила последний кусочек бутерброда.

Пускай в доме было всего два этажа, но зато каких. По архитектурному стилю становилось понятно, что строился он в одно и тоже время с императорским дворцом. Здесь также присутствовали колонны, а в узорах и лепнине проглядывались лишь растительные мотивы.

– Я рад, что тебе понравилось наше родовое гнездо, малышка! Но жить мы будем не здесь, по крайней мере, не сейчас, – немного грустно сообщил Крис и чмокнул меня в щеку. – Мы возвращаемся на Землю, – он встал со стула, подхватил меня на руки и беззаботно смеясь закружил.

– Правда, мы летим домой? – не веря в то что слышу, переспросила я.

– Да, Лакшми, мы летим на Землю, – повторил Крис, опуская меня на пол. Я готова была заплакать от счастья. Наконец весь этот ужас закончился! Крис, видя мой настрой, щелкнул меня по носу и продолжил в своей прежней шутливой манере: – Кто-то совсем забил на учебу, а тебе еще практику сдавать или ты забыла о замене наказания? К тому же ребята по тебе ужасно скучают! – Крис полез в карман брюк и вытащил оттуда фотокарточку, где мы с ребятами сидели за обеденным столом и беззаботно улыбались. Там были все, даже Рем… Я перевернула ее и обнаружила на обороте надпись, сделанную красивым почерком Селесты: «Скучаю! Возвращайся скорей, Лак. Мы ждем тебя».

Дальше шли подписи и смешные рожицы, скорее всего пририсованные Ксандром. Это было в его стиле. И я все же не выдержала и заплакала, но на этот раз от счастья. Меня и вправду там ждут: ребята, Селл, мама, папа и братик! А рядом со мной мой рыжий принц, который спас меня. Крис прижал меня одно рукой к себе, а другой взъерошил волосы.

– Если бы знал, что у тебя будет такая реакция, придержал бы фото на потом, – он наклонился и успокаивающе поцеловал меня в макушку. – Не плачь, малышка, я с тобой и теперь все будет хорошо. Я обещаю!

– Спасибо! – все еще тихонько всхлипывая, ответила я.

Я успокоилась и снова села на стул, наливая сок себе и теперь уже, наверно, своему мужу, так как вроде по закону оборотней мы женаты.

– Крис, раз мы уезжаем, надо бы забрать с собой доктора Хару. И ты обещал мне все рассказать! – я немного надула губки и притворно обижено посмотрела на своего любимого.

Он улыбнулся и покачал головой, усаживаясь на стул рядом со мной.

– Что все-все?

– Да, все с самого начала! – потребовала я.

– А любопытная у меня женушка, ну что с тобой поделаешь. Только, чур, держать себя в руках, – уже серьезно предупредил меня Крис.

– Когда я увидел Блеквела, прижимающего тебя к стене, то понял, что не могу позволить ему так унижать тебя, пускай и в целях конспирации. После ужина я пошел поговорить с ним, но увидел Эдриана лежащим на полу в луже собственной крови. Ты ведь мало что знаешь о нашей природе? – Крис замолчал, а когда я кивнула, то продолжил: – Нас тяжело убить. Слишком высока регенерация, порой даже выстрел в сердце не способен это сделать. Есть пару верных способов, например: сжигание, отсечение головы, выстрел в голову. Когда-то этого нам оказалось мало, и мы искали более эффективные способы, – Крис снова замолчал и сделал глоток сока. Ему явно было тяжело говорить об ошибках сделанных своим народом. – Мы изобрели особое оружие и особые пули, которые не позволяли ранам закрываться, и при вытаскивании они чаще всего уходили глубже в тело жертвы. Именно из такого оружия ранили Блеквела. Он сопротивлялся довольно яростно, судя по тому что часть мебели разнесли в щепки. Но в тот момент мне было не до рассуждений. Едва я увидел эту рану, понял, нужно изъять пули, иначе Блеквел умрет, поэтому я выкусил их вместе с плотью. И в комнату как раз вошла ты… Но твое лицо исказила гримаса ужаса и отвращения, собственно говоря, я понимаю, что ты подумала. Но больше всего меня поразил Рем, который так ловко сыграл на твоих чувствах. А я, дурак, сразу не раскусил его, думал, что он просто заигрался и не хочет тебя отпускать, борется пусть и слегка грязным способом. Но когда Эдриану оказали помощь и он начал приходить в себя, то постоянно бормотал про флешку. Честно признаюсь, сообразил не сразу, а когда все встало на свои места, было уже поздно. Единственное что я смог, так это связаться с кораблем, на котором увозили тебя. Лакшми, я чуть с ума не сошел, когда понял что навсегда потерял тебя… – Крис взял меня за руки и сжал в своих ладонях. – Хуже всего было осознание своей беспомощности. Я не мог принять решение о наступлении единолично или броситься догонять тебя, угнав отцовский корабль, нарушив всякую конспирацию. Сначала я рассказал все своему отцу про Рема, про убийство моего брата Джорджа и про тебя. Папа был в ярости, он мечтал уничтожить Эримеля вместе со всеми императорскими отпрысками и их прихвостнями, но долг главы кланы и председателя совета двенадцати превыше личных чувств. Он не мог послать наш флот совместно с флотом Земли в атаку на верную смерть, ибо нас слишком мало, а ваши корабли не предназначены для полетов в дальний космос. Совет двенадцати решил, что мы не готовы к открытой конфронтации, и смене их решения не помогли даже сведения о разработанной доктором Хару вакцине, вся информация о которой теперь находилась в руках наших противников.

Я порывался один сбежать за тобой, но отец вырубил меня и запер в подвале, словно щенка, мотивируя это тем, что не намерен терять единственного сына. А я выл и бросался на дверь, словно дикий зверь. Мне было так страшно за тебя. Меня лихорадило от осознания, что этот урод Саммерс может сделать с тобой все что угодно, что я могу потерять тебя – мою айхе - навсегда. Несколько дней превратились для меня в сплошной ад, а потом пришел отец, бросил мне форму, велел привести себя в порядок и сообщил, что мы выступаем.

Саммерс оказался тем еще двуличным червяком. Он притащил тебя к себе на Орсиен в надежде все быстренько обстряпать и кататься словно сыр в масле. Но первое с чем он столкнулся, что выходило за пределы его плана – ты выбрала себе пару. Саммерс не мог жениться на тебе, как и любой другой оборотень, так как ты уже была почти замужем за мной. А наша природа не позволяет двоеженства или двоемужества. Однако риск расторжения нашей связи все же существовал и я рад, что успел вовремя. А второй проблемой стала вакцина. Для ее воссоздания требовалась ДНК девушки-оборотня до окончательного выбора пары.

– Но откуда ты знаешь? – я посмотрела на Криса, тот отвел глаза в сторону.

– Сядь, дальнейшее тебе очень не понравится. Наверняка ты не знаешь, но у доктора Хару Изуми есть дочь, которая несколько лет назад повредила позвоночник и теперь не может ходить. Когда она столкнулась с тобой, то ухватилась за этот шанс. Знаешь, ничто не стимулирует человека, как собственное горе. Она создала вакцину и испробовала ее на собственной дочери.

Я прикрыла ладошкой рот. Как?! Да как она могла совершить такое с собственным ребенком! Меня начало тошнить от отвращения. Она знала, что все эксперименты приведут к гибели, и все равно продолжала вкалывать девушкам «яд», она не остановила Рема. Или Саммерс это тоже знал?! Неужели это был всего лишь фарс, прикрытие?! Крис не стал меня успокаивать, кажется, ему и самому было противно.

– Так значит и Саммерс и Изуми знали, что все эксперименты окажутся провальными? – закричала я, вспоминая глаза Дайры и ее лицо искаженное болью, ее подругу. Все они погибли просто так.

– Да, - выдохнул Крис. Его голова была опущена на сложенные в замок руки. – Он рассчитывал что сможет, но как оказалась - Эримель далеко не бог. И когда он осознал что лишь тянет время, то связался с нами, предлагая совершенно невероятное. Саммерс затеял переворот, свержение власти своего отца, намеревался заключить мир, обещал выдать тебя в обмен на эту девушку и помощь.