Превыше Избранных (СИ) - Анпилогов Андрей - Страница 3

Василий действительно кланяется мне.

Отличная мысль, Василий, тогда встретимся завтра ближе к полудню. Слишком рано, я думаю, не получится.

Василий широко улыбается, снова кланяется и говорит:

Я буду с утра, ваша светлость. Я на работе. Желаю здравствовать, после чего мягко прикрывает за собою дверь.

Вопросов действительно у меня появляется очень много, но помня слова Елены Сергеевны о том, что «всё разъяснится в свой время и очень скоро», я решаю следовать этой здравой мысли. Да и углубляться в размышления мне ещё не очень хочется.

Однако пухленький портфель, что принёс Василий, я всё же открываю.

Конечно же, здесь мой стеклянный сосуд в виде пирамидки с эликсиром Николя Фламеля, представляющий для меня наибольшую ценность; и мой смартфон, прошедший сквозь века, способный к полной регенерации своей батареи (правда, я так и не смог пока выяснить того, кто это делал…)

На месте и мой перстень тамплиера, и нательный крест.

Банальная мысль о том, что живая плоть и всё остальное телепортируется раздельно, очередной раз подтвердилась.

Помимо моих давних личных вещей, в портфеле находится ещё бумажный запечатанный пакет. Здесь лежит мой новенький паспорт в красивой обложке в чёрно — жёлтой цветовой гамме, с двуглавым российским орлом. Моя родословная на двух скреплённых страницах с гербовой печатью, и пластиковая карточка на лицевой стороне которой я читаю:

Персональная накопительная карта

от реализации природных углеводородов

подданного Российской Империи, его сиятельства,

графа Алексея Андреевича Деморина

На обратной стороне значилось:

Российский Имперский банк

Его императорского Величества

Леонида Александровича Романова

Это для меня большая и очень приятная неожиданностью. Я как — то сразу начинаю уважать Его Императорское Величество…

Раздаётся звон колокольчика, я говорю: «Войдите», и в дверях появилась горничная в кружевном фартучке с подносом в руках.

Добрый вечер, ваше сиятельство. Это ваш обед и ужин.

Благодарю вас, поставьте его на стол, отвечаю я.

Девушка ставит поднос и окидывает взглядом комнату…

Я ещё не успел намусорить, говорю я улыбаясь.

Девушка отвечает на улыбку, забирает пустой поднос, грациозно приседает и уходит.

Я включаю настенный монитор, нахожу на пульте изображение микрофона и чётко произношу: «Карта черноморского побережья России»

Появляется очень подробная карта. Название моего родного города, как я и ожидал, здесь истинное, исторически первое — Екатеринодар. Город чрезвычайно разросся и практически приблизился к черноморскому побережью. Его численность по этой карте составляет восемь миллионов человек…

И крымский мост здесь не один, а целая дюжина мостов различного предназначения.

Данные обновлены сегодня — тридцать первого августа две тысячи двадцать восьмого года.

После получасового прослушивания новостей по первому имперскому каналу я понимаю, что Россия и Европейский Союз имеют тесные добрососедские отношения и традиционно противостоят англосаксам. А на космической орбите существуют соответственно две международные станции, отнюдь не в тесных дружественных отношениях…

Япония и Китай не входят в ранг ведущих стран мира. Оно и понятно, так как Второй мировой войны не случилось… Не было фашистской Германии и Советского Союза; и некому было, соответственно, передать свои технологии азиатам…

По паспорту мне действительно двадцать лет, с регистрацией в городе Екатеринодаре…

Единственное, чего я никак не могу понять — это другое моё отчество…

Так как мировая война в прошлом веке была только Первая, и в моём городе, в моём доме живут мои родственники от не погибших отцов, и они аристократического рода…

От таких мыслей голова у меня идёт кругом. Я, конечно, побываю в своём родном городе, в своём доме, но не в ближайшее время…

Глава 3 Японская планирующая

На следующее утро я просыпаюсь в десять часов, после второго богатырского и ещё более здорового сна. И этому есть животрепещущее подтверждение. Моё мужское достоинство неумолимо натягивает палатку из белоснежной крахмальной простыни на моём диване…

И я вспоминаю о том, что мне нужно будет обязательно выпить эликсир Николя Фламеля в ближайший первый день новой Луны…

Завтрак стоит на столике. Еды уже много и самой разнообразной. Есть бутерброды с чёрной и красной икрой. Сегодня я плотно завтракаю, но, по старой и очень важной для здоровья привычке не до конца утоляю голод. После этого мне хочется погулять в этом райском местечке, как говорится, для лучшего пищеварения.

На мой звонок Василий отзывается мгновенно и советует мне взять с собою паспорт.

Клёвые голубые джинсы, белая футболка и перстень тамплиера отлично сочетаются. Я вставляю в наружный карман футболки свой новенький паспорт с банковской карточкой, из замочной скважины вытаскиваю ключик и закрываю свой номер.

На первом этаже, в вестибюле, сдаю ключ портье. Он вежливо улыбается и говорит: «Доброе утро, ваше сиятельство». На высоких входных дверях пансионата стоят здоровенные охранники. Они не улыбаются. В углу вестибюля на диванчике, сидит такой же накаченный парнишка, повернувшись ко мне задом. Он очень увлечён игрой на своём планшете. На нём чёрно — жёлтая футболка. Самое модное здесь сочетание цветов, и оно нравится. Я отмечаю про себя этих крутых парней и выхожу из пансионата премиум — класса «Корона».

Василий находится здесь во дворе, на лавочке, в пяти метрах от входа.

Пойдёмте по смотровой дорожке вдоль побережья, ваша светлость, предлагает малый.

Согласен, отвечаю я и протягиваю ему руку. Для Василия это неожиданность. Он смущается, но руку жмёт.

Мы выходим за ограду и направляемся по дорожке с красноватым шершавым покрытием вниз, на спуск к морю.

Выше пансионата, за кипарисами находится Ливадийский дворец — это южная резиденция нашего императора Леонида Александровича, говорит Василий, поворачивая голову назад.

Но я не смотрю на хорошо известный мне дворец.

Прекрасный вид моря с множеством разноцветных яхт радует взгляд. Я смотрю в левую сторону морского горизонта, сознавая что там, в каких нибудь четырёхстах километрах отсюда, находится мой родной город, но уже с другим, родным своим именем — Екатеринодар.

По правую сторону от нашей дорожки начинается заборчик с красивой эмблемой имперского двухглавого орла на витиеватой решётке.

Здесь у нас отделение московской имперской академии, точнее трёх её ведущих факультетов, говорит Василий с явной гордостью.

Это какие же факультеты? — с живейшим интересом спрашиваю я.

Факультет военно — космический;

факультет микроэлектроники и информационных технологий;

факультет биоэнергетики и эзотерики;

факультет практической алхимии и спиритизма;

быстро и уверенно перечисляет Василий.

Отчего такой повышенный интерес к изучению эзотерики и прочего оккультизма? — спрашиваю я, Эту академию можно назвать имперско — магической.

Время такое настало, Василий жмёт плечами и улыбается.

В этот момент, за оградой территории имперской академии раздаются громкие крики, резкие возгласы и сочные, с оттяжкой, удары по мячу.

Играют в волейбол на площадке, поясняет Василий, факультет на факультет.

А мы можем посмотреть?

Конечно, ваша светлость, пройдёмте ещё метров двести — там есть вход на территорию.

А то можно и здесь через заборчик, он же не высокий, предлагаю я.

Что вы, ваша светлость, здесь всё под контролем, да и мне влетит за такой поступок, Василий явно огорчается от такого моего дерзкого предложения.

Ладно, ладно, я пошутил, говорю я, чтобы успокоить парня.

Через две минуты мы подходим к пропускному пункту на территорию имперской академии. Здесь скучает охранник с равнодушной физиономией и накаченными бицепсами.

Василий достаёт пластиковую карточку и прикладывает её к терминалу на невысокой металлической калитке. Она и открывается. Я было шагаю за Василием, но он вытягивает руку в мою сторону и говорит: