Предтеча (СИ) - Ясницкая Ольга - Страница 66

— Ладно. А можно ещё вопрос?

— Только один.

— Почему ты вернулся? Почему у северян не остался?

— Это уже два вопроса. Хотя чёрт с тобой, — Севир задумчиво потёр шрам над бровью. — Видишь ли, малец, чужое там всё. Как бы в Прибрежье ни относились к нашему народу, а всё равно родились мы здесь, это наша родина, и её не выбирают.

Керс скептически выгнул бровь:

— Ты уж прости, но верится с трудом. Не понимаю, зачем возвращаться туда, где тобой как товаром торгуют?

— Да потому что не мог я иначе! Как можно оставаться в стороне, когда твоих собратьев уничтожают, будто зверьё неразумное! — Севир, видимо, начинал уставать от разговора, его голос сделался резким, последние слова почти прорычал. — Ну всё, малец, забирай свой револьвер и катись к смерговой матери… Ну куда ты ломанулся, балбес?! Говорю же, патроны прихвати.

Сколь бы ни были скупы те обрывки о севере, что удалось вытянуть из Севира, они ещё долго будоражили воображение Керса. Но чаще всего мысли почему-то возвращались к одной из фраз командира. Что он имел в виду под словами «как можно оставаться в стороне»? Понятно, время от времени освобождать собратьев да спасать новорождённых — дело достойное, но общей ситуации оно не меняет. Легион как был несокрушимой силой, так и остался, тягаться с ним Перу не по зубам. Неужто легендарный Сто Первый вернулся в Прибрежье лишь для того, чтобы построить село на отшибе и спасти пару-тройку несчастных? Нет, он точно говорил о чём-то другом.

Но общий посыл Севира ему понравился. Если есть хоть малейший шанс чуточку улучшить мир, почему бы им и не воспользоваться? И как знать, может, через век-другой осквернённым найдётся место среди людей.

После этой беседы Керс не видел командира несколько дней, хотя лагерь тот точно не покидал. На все вопросы Клык только отмахивался, а Бродяга неохотно пояснил, что у Севира начинается деструкция и иногда ему становится хуже. Но потом заверил, что такое уже случалось и скоро ему должно полегчать.

Стрелять из револьвера оказалось и вправду проще, чем из лука, только шумно очень. Зато эффектно! Харо точно бы оценил. Интересно, смог бы он проделать такой же фокус, как со стрелами?

Когда Севир объявился, выглядел он немного лучше, в глазах появился блеск, лицо приобрело мало-мальски здоровый оттенок. Созвав всех, он сообщил, что уже к завтрашнему полудню всё должно быть готово для отбытия к Теневому тракту.

Пока командир раздавал распоряжения, Керс с сочувствием наблюдал за ним. Деструкция — неизбежная участь осквернённых. Если подсчёты верны, Севиру должно быть около сорока или больше. Редко кто из собратьев доживал и до этого возраста, так что ему повезло. По крайней мере, он смог прожить яркую жизнь и даже найти себе неплохую замену. Клык будет хорошим командиром.

Собрание прервал пронзительный свист, один из дозорных оживлённо замахал руками, привлекая внимание.

— Что у тебя там? — крикнул Севир, подбежав к подножью скалы.

— Люди. Вроде уруттанцы. И стая. Громадная! Такого я ещё не видел!

— Вы, — Севир указал на Клыка с Керсом и ещё на трёх других, — за мной. Остальным быть наготове.

Дозорный не преувеличил: за всю свою жизнь Керс не видел ничего подобного. Далеко, почти у горизонта, пульсировала гигантская туча. Сотни тварей кружили над землёй, изредка пикируя вниз.

От глаз не укрылось и жёлтое облако пыли, но толком ничего не разобрать: всё смешалось в одно сплошное пятно. Жаль, Харо здесь нет, его зрение пришлось бы сейчас как никогда кстати. Кем бы ни были те бедолаги, прибрежцы или уруттанцы, Керс одного не мог взять в толк — зачем Севиру вмешиваться? Можно просто спрятаться от стаи где-нибудь в скалах и носа не казать, пока те не рассосутся. Но озвучить свои мысли он всё же не решился, его мнения никто не спрашивал.

Бежать пришлось быстро. Лошадей Севир не брал, чтоб ненароком животине не досталось, да и укрываться от воронов без них куда проще. Когда расстояние до беглецов сократилось, Керсу удалось разглядеть большую группу всадников, отчаянно пытающихся отогнать назойливых пташек.

— Что они здесь забыли? — на бегу прохрипел Клык.

— Вот и узнаем, — отозвался Севир. — Керс, приготовься.

Догадаться, что от него хотел командир, не составило труда. Вовремя же он петард наклепал, хотя на такую ораву даже всего мешка не хватит. Стая слишком огромная, мелкие взрывы их только разозлят. Нужно что-нибудь помощнее.

Дикари неслись навстречу, огрызаясь на скаку редкими стрелами. Воронов это не особо останавливало, они гнали свою добычу, дожидаясь, пока та не выдохнется. Нападали птички всё чаще, метили всадникам в головы, клевали на лету лошадиные крупы, вырывая из несчастных животных куски мяса. Ржание, крики, клёкот — всё смешалось в какую-то безумную какофонию.

Севир резко остановился и подал знак всем приготовиться:

— Керс, сможешь так, чтоб людей не задело?

— Думаю, да. Есть одна идея.

— Отлично. Сплинтер, Косой, — Севир обернулся к скорпионам, — вы прикрываете с тыла. Клык, поведёшь уруттанцев к лагерю.

Вскоре дикари их заметили. Один рванул вперёд, подгоняя и без того взмыленную лошадь, что-то прокричал на своём. Севир ему коротко ответил, указал на Клыка. Всадник развернул скакуна, замешкался ненадолго, доставая рог, и протрубил в него, привлекая внимание сородичей.

Керс собрался с мыслями, приготовился. Главное не прогадать. Взрыв должен спугнуть всю стаю сразу. Одной петарды здесь недостаточно, значит, нужно несколько, и подкинуть их следует одновременно.

— Мне нужна помощь, — крикнул он Севиру. — Надо подбросить их разом, так, чтоб и по краям зацепило.

— Сделаем! Спайк, дуй сюда.

Рёв стал невыносимо пронзительным, десятки коней неслись прямо на них, грозя втоптать в пыль, небо почернело от бесчисленной стаи, и, казалось, весь мир погрузился в хаос из клювов, крыльев и когтей.

Объяснив напарникам, как и куда бросать, Керс замер, выжидая подходящий момент. Ещё рано, пусть ближе подлетят. Ещё чуть-чуть… Подпалив фитили, он торопливо раздал снаряды.

— Бросай! — во всё горло заорал он, швырнув свою петарду как можно выше.

Три. Два. Один…

Рвануло так, что, казалось, из ушей хлынет кровь. В небе рыжими лепестками расцвело пламя и, словно протягивая друг к другу щупальца, слилось в единое целое. В нос ударило палёным, кровожадное граканье сменилось возмущённым клёкотом, и стая, пожираемая огненной волной, разбилась на десятки чёрных осколков.

Повсюду мелькали взмыленные лошадиные бока, чудом не задевая смельчаков, оказавшихся на пути. Стараясь не отвлекаться на бедлам вокруг, Керс заставлял огонь разрастаться в воздухе, но долго подпитывать пламя не получилось. Слишком много тварей, слишком много сил отбирал хист.

Ноги сделались ватными, подкосились. Плечо Севира вдруг оказалось рядом, крепкая рука сжала локоть, не позволяя упасть:

— Давай, малец, соберись. Нужно ещё разок!

— Не потяну, — выдавил Керс.

— Тогда мы трупы!

Времени на откат не оставалось. Едва огонь рассеялся, мелкие стаи стремительно слились обратно в необъятную тучу. Их же сейчас разорвут на мелкие кусочки! Жалкая горстка двуногих против несметного войска крылатых… Ни единого шанса.

Хорошую же свинью подложил ему Севир! Вместо того, чтобы прикрыть, когда силы на исходе, он бросает его прямо в пекло, да ещё и чужие жизни на совесть вешает.

— Чего ты ждёшь? Давай! — прямо в ухо проорал Севир.

Всё вокруг снова застлала каркающая марь. Керс не сводил глаз с огромного клюва, метящего ему прямо в голову. Не было сил даже пальцем пошевелить.

«Дерьмовая смерть», — подытожил он.

Рядом, едва не задев, просвистела стрела и проткнула ворону длинную шею. Тварь кувыркнулась в полёте и рухнула у ног Керса, зацепив сапог крылом. На подходе ещё с десяток, уже несутся, готовые вонзить когти в его плоть, разорвать, выдрать кишки.

«Ну уж нет, так подыхать я не собираюсь», — дрожащими руками он отцепил мешочек от пояса и чиркнул кремнём. Онемевшие пальцы не слушались, искра выбилась не сразу. Огонь лизнул первый попавшийся фитиль; разгорающиеся снаряды Керс быстро сунул Севиру: