Сапфировая бабочка (СИ) - Литера Элина - Страница 27

Нет, это не скромница, которая впервые видела мужчину так близко. Но недостойную девушку бургомистр не взял бы на воспитание. Утром я пришел к Трикатам. Горожанка, неблагородная? Мне было плевать. Возможно, девушка попала в беду, Трикаты выручили ее и теперь устраивают ее судьбу. Я был готов заняться этим лично. Я был готов… твари чешуйчатые, я был готов стать этой судьбой! Если она сумела вызвать благоволение Трикатов, то это не та девица, которая скачет по мужчинам. Уж лорд Трикат не был образцом добродетели и дам полусвета видел насквозь. Если после встречи с ней я не разочаруюсь, то немедленно поведу ее к чаше, и будь, что будет. Моя несчастная невеста, Агата, еще спасибо скажет, что я избавил ее от себя. А с королем я разберусь.

Но Трикаты оказались непоколебимы. Я устроил слежку за их особняком, пока две недели спустя не выяснил, что меня обвели вокруг пальца. Бабочка исчезла.

Я ездил по соседним землям, пытаясь найти ее следы. Мне приходилось возвращаться в свое графство, чтобы заниматься делами и получать сообщения от короля о поисках Агаты. Его Величество был рассержен тем, что я не прилагаю никаких усилий, но ему оставалось удовольствоваться тем, что я не отказываюсь от брака — пока! Пока я не нашел мою Бабочку.

Я навещал Трикатов в надежде, что они раскроют мне ее имя, но в одно из посещений Трикат огорчил меня известием: маркиз Рамбаух похвастался, что обнаружил леди Лизток, и теперь ее везут в мой замок. Мне пришлось признать, что Бабочка потеряна для меня навсегда. Я вернулся, чтобы не заставлять несчастную Агату жить в заточении в ожидании своей участи. Бедняжка не виновата в том, как храмовники ее воспитали.

Его Величество вызвал меня в Весенний Дворец и имел со мной пренеприятный разговор. Кроме магического брака он требовал немедленной консумации, чтоб я не смел отказываться от вклада в баронство Лизток. Я бы и так занялся землями баронства, но подозреваю, что наш монарх желал отомстить нам с Агатой: ей — за отказ матери стать его фавориткой, и за ее собственный побег, мне — за своеволие, и что посмел обрести в своих землях такую опору, что вздумай я пойти против королевской власти, у меня получилось бы собрать достаточно верных людей.

Самое гнусное, что меня сделали орудием мести Агате — тем, кто должен надругаться над целомудренной девой, воспитанной в порицании всего плотского. Я ни разу не брал женщин силой. Подставить спину под королевскую плеть мне показалось лучшим решением. Спина заживет, совесть — никогда.

Бедняжка дрожала всю церемонию, и я счел нужным объясниться с ней, как только мы приехали в Желтый Клык. Я собирался оставить ей возможность жить небоугодной жизнью. Это лучшее, что можно сделать с нашим браком. Когда из-за двери в комнату супруги послышались голоса Маргариты и Гертруды, я понял, что наш с королем разговор не остался тайной для слуг. По заветам отца я хорошо относился к тем, кто берег мой покой и благополучие в Желтом Клыке — власть ради власти мне неинтересна, а прикрытый тыл дорогого стоит. И теперь мои люди пришли защищать меня перед моей же женой? Я счел их беспокойство забавным, достал яблочную наливку и принялся ждать молитв Агаты во славу Небесных Родителей.

Я слышал, как она расхаживает по комнате. Я уже, было, думал заглянуть к девочке и успокоить ее, но решил посмотреть, какое решение примет она сама. Все-таки, нам с ней волей Его Гнусного Величества так или иначе придется разделить жизнь.

Агата пришла, пытаясь уберечь меня от порки. Это было приятно. Я повторил, что не собираюсь ее трогать, уважая ее нежелание. Услышав ответ, я едва не поперхнулся наливкой. Агата советует мне пробудить в ней чувственность? Твари зубастые, я сплю? В изумлении я решил припугнуть странную девицу обнаженным торсом. Девица воззрилась на меня как кошка на сметану. Что, твари вас раздери, происходит? Леди Лизток нашла похожую на себя как две капли воды девушку? Я не видел никаких внешних отличий от Агаты, но будто бы в этом теле был кто-то другой.

Когда она подтвердила мою невероятную догадку, я не сразу поверил в происходящее, но это, сожри меня твари, объясняло всё! Давно уже никто не выбивал меня из равновесия так, как эта женщина, но кусочки головоломки постепенно собирались в картину — невероятную, но единственно истинную.

Я пил наливку и пытался понять, что мне со всем этим делать. Теперь, когда я узнал тайну Бабочки, меня тянуло к ней еще сильнее. Ее душе шестьдесят лет? Плевать. По мнению многих храмовников, нашим душам тысячи лет, но мы не помним прошлого. Она помнит прошлую жизнь и своих мужчин? Как я ни старался найти привычные в распутницах черты, пришлось признать — ее прошлое честнее и чище, чем многих известных мне "приличных" леди. Она обещала, что в ее постели не будет других мужчин, и я верил, что она сдержит слово.

Она заговорила про настоящий брак, и мне до рогатых тварей захотелось настоящего брака, когда не нужно терпеть супругу и заводить любовниц, когда можно проснуться рядом в родовом замке и наслаждаться друг другом, улыбаться за завтраком, обсуждать прошедший день за ужином, сидеть летом в час заката на балконе и зимним вечером у камина. И все это было рядом, только руку протяни… но если сейчас, когда все так хрупко, я сделаю неловкое движение — моя Бабочка упорхнет!

Впервые в жизни я смотрел на женщину и чувствовал страх перед неизвестностью. Раньше все было просто, понятно и предсказуемо. Твари, я всего второй раз узнал, что такое неизвестность, и второй раз с ней же, с моей Бабочкой, с моей неожиданной женой!

Я не прощу себе, если покорюсь своему страху. И где-то внутри зрела уверенность, что если я соглашусь, соглашусь принять ее полностью такой, какая она есть, с ее прошлым, с ее миром, то даже если мне доведется оступиться, моя Бабочка не даст нам упасть. Это было ново. Это было интересно.

А потом моя Бабочка расправила крылья страсти, и сомнения исчезли. Мы полетели вместе. Навсегда.