Пыль на губах (СИ) - Барабашкин Артемий Вячиславович - Страница 53

- Он не трус, - тихо возразила сама себе Ланта. - Он много раз рисковал жизнью ради меня, так же, как и я. Он имел право испугаться. А вообще...

Договорить Ланта не успела. Она услышала приближающиеся голоса и замолчала, сжавшись всем телом. К камере кто-то приближался.

В замочную скважину двери вставили ключ и сделали три оборота.

Ланта ожидала увидеть кого угодно: Данею, маму, Лахесию, даже своего отца. Но когда вошел лорд Мардегор, она от неожиданности пискнула и вскочила с кровати.

Мардегор был высок ростом, его крупные и грубые черты лица стали еще ужаснее, окрасившись тенями от танцующего света факела.

Лорд улыбнулся испуганной минталенте, взял факел из рук тюремщика и жестом приказал ему покинуть камеру.

Ланта рассматривала мужчину и размышляла: - "Волшебник в лесу вроде бы упоминал имя Мардегора, говорил, что служит ему. Но зачем лорду Кэль и откуда он может о нем знать?"

Мардегор установил факел в держатель на стене и небрежно бросил за плечо обгоревшую палку предыдущего источника света.

- Что вам нужно, лорд? - первой нарушила тишину Ланта. - Да еще и в такое время.

Мардегор попытался изобразить сочувствие на лице, но свет факела придал лорду хищное выражение. В глазах мужчина сверкнули остатки сайрона, наполнившие радужку до предела. Ланта читала, что так бывает только у умирающих от сайроновой зависимости людей, которые принимали сайрон в дозах, несовместимых с жизнью.

"Любитель быстрого удовольствия", - Ланта вспомнила, как называли таких людей.

- Я только что узнал, что ты попала в тюрьму и очень расстроился...

- Я тоже расстроена этим событием, - перебила лорда Ланта. - Но зачем вы пришли?

- Помочь тебе, моя милая. Я обратился к великой сантарии и добился грамоты о твоем освобождении, - Мардегор улыбнулся и достал из кармана камзола желтоватую бумагу. Надписей Ланта не разглядела, но красную печать Совета нельзя было не заметить.

Лорд прищурился, пытаясь разглядеть вспышку радости в глазах Ланты. Но девушка лишь поджала губы.

- А с чего такая щедрость, лорд Мардегор? Что вы хотите взамен?

Мардегор наклонил голову, словно смущаясь своих дальнейших слов. - Ох, милая моя, сущую малость. Думаю, в награду позволишь поцеловать тебя в щечку.

Чувство омерзения холодной волной прокатилось по телу Ланты, заставив её желудок дернуться. Следом горячий страх растекся по рукам и ногам. - Что? Я никогда на это не соглашусь!

Довольные глаза Мардегора похолодели. - Даже так? Неужели ты хочешь остаться в темнице, милая? Я настолько противен, что ты боишься поцелуя в щеку?

Ланта вскинула голову выше. - Я готова остаться в темнице.

Мардегор вытянул губы, потер нос и сокрушённо покачал головой. - Какая жалость. Я недавно говорил с лордом Карлексеем, управляющим дворцом. Мои слова и три увесистые шкатулки с сайроном убедили его, что лучшим местом для новой библиотеки станет обсерватория на вершине дворца. Правда, придется избавиться от находящегося там оборудования...

К страху примешалась злость, Ланте стало настолько жарко, что на лбу около линии волос выступила тонкая полоска испарины. - Это обычный жалкий шантаж, лорд Мардегор. Чего вы хотите этим добиться?

- Я всего лишь хочу получить заслуженную награду за свое беспокойство. Поцеловать милую леди, вот и все, чего я хочу. Невинный поцелуй в щеку - разве это что-то ужасное?

Ланта скривилась. - Уходите.

Мардегор хмыкнул. Он любил строптивых женщин. - Жаль такую прекрасную обсерваторию. Мне кажется, лорд Карлексей отказался бы от своей идеи, если бы вы поговорили с ним. А я бы подарил для вашей обсерватории несколько работ Арбунара из Лакфурии...

Ланте показалось, что она ослышалась. - Арбунар из Лакфурии?! Все его работы были утеряны. Откуда вы вообще знаете о его существовании?

Мардегор улыбнулся, довольный ее реакцией. - Я был в Лакфурии... Давно. Там и приобрел его работы.

Ланта потерла щеку. - А... а что в этих трудах?

Мардегор почесал подбородок. - Там вся работа его жизни. Он был великим астрономом, насколько тебе известно, но в основном все знали его по отрывкам из книги "Законы мира за пределами земной тверди". Но мало кто знает, что это не основной его трактат. Арбунар написал научно-философскую книгу с примесью мистики - "Колодец мироздания", где отразил свой взгляд на связь звезд с мифическим Эотери.

Ланта растерянно захлопала ресницами. - Я не знала, что Арбунар изучал Эотери.

Мардегор шагнул ближе. - Ну, так стоят эти книги одного невинного поцелуя?

Взгляд Ланты ожесточился. Она сжала кулаки. - Если вы думаете, что сможете купить меня, как продажную девку, то сильно ошибаетесь. Я приказываю вам, как минталента - идите вон!

Мардегор поджал губы. - Жаль... А у меня еще завалялось пару книг о вере в Единого. Знаешь, был такой культ в древности...

"Это же о вере Кэля! Я должна узнать все о ней, раз это так важно для Кэля! Но откуда Мардегор знает, что я этим интересуюсь? Он точно что-то знает о Кэле".

Ланта выдохнула и приосанилась, стараясь успокоить дрожь в коленях. - Один поцелуй, лорд Мардегор и все. После этого вы никогда не подойдете ко мне с подобными предложениями.

Лорд потер руки. - Посмотрим. - Мардегор шагнул ближе.

Ланта вытянула руку навстречу. - Сначала грамота.

Лорд пожал плечами и протянул ей бумагу. Ланта пробежалась по ней глазами, чтобы удостовериться. "Мардегору хватит подлости обмануть меня и просто поиздеваться. Был бы рядом дядя Кето..."

Ланта зажмурилась и повернулась к лорду щекой. Первым её нежной кожи коснулся подбородок лорда. Он был крупным, с грубой кожей, небритый несколько дней. Минталента вздрогнула, когда черные колючки щетины впились в её щеку. И дыхание лорда... Ланта конечно знала, что сайрон не пахнет, но сейчас ей показалось, что она вдохнула именно его запах. Это был кисло-пряный аромат, очень холодный, словно воздух из окна в морозное утро, открытого после долгого сна.

А затем к девушке прикоснулись сухие мясистые губы.

Едва губы прикоснулись к щеке, Ланта дернулась, намереваясь отпрыгнуть. Но Мардегор неожиданно схватил её за руки, прижался всем телом и схватил губами часть её кожи и потянул. Ланта вскрикнула и задергалась в его руках, пытаясь вырваться. Она уже представила синяк, который расплывется по всей щеке.

Мардегор отпустил щеку и уткнулся носом в шею, вдыхая её запах. На крики минталенты никто не обратил внимания. Грамота упала на пол.

Ланта попыталась извернуться и ударить Мардегора коленом. Но лорд неожиданно отпустил ее и шагнул назад. Широкая улыбка раздвинула щеки.

Ланта не представляла, что улыбка человека может быть настолько плотоядной.

- Я передам тебя страже Лахесии, милая. Они проводят тебя в покои.

Внутри Ланты все горело. Тошнота подкатила к горлу, ноги подогнулись, минталента чуть не упала. Девушка замаскировала это под приседание за упавшей грамотой. Она потерла щеку и ничего не ответила лорду.

Мардегор усмехнулся и открыл дверь. Там ее ждали пятеро стражников в белых капюшонах. Они даже не шевельнулись, когда минталента кричала.

***

Кэль похлопал Рикса по шее. Скорл зашипел и захлопал крыльями, готовясь к прыжку.

Юноша отскочил к Мейту и Джоль. Грусть наполнила сердце, когда зверь взмыл в небеса.

- Надо было его где-нибудь привязать и накидать еды, - сказал Мейт, прикрывая ладонью глаза от слепящего солнца теплого месяца.

- Я не знаю, сколько мы пробудем на материке, да и не сможет скорл столько времени провести в неволе. Пусть летит, мы всегда сможем вернуться на Скалу кораблями.

Однако, если Мейт начал спорить, то легко от своей позиции не отказывался. - Все равно зря ты его отпустил. Мог бы лететь на нем, куда тебе надо. А мы бы с Джоль вместе... попутешествовали. - Мейт попытался приобнять девушку, но Джоль перехватила его руку за запястье и смерила таким взглядом, что юноша мгновенно сник, рука обвисла, и девушка легко оттолкнула его от себя.