Крейг Кеннеди, профессор–детектив - Рив Артур Бенджамин - Страница 17

– Это озадачивает, – сказал Крейг, но выглядел он при этом не озадаченно, а напротив – как человек, для которого все стало яснее.

Он трижды нажал на кнопку вызова посыльного, и какое-то время мы сидели молча.

– Тем не менее уже к вечеру я должен быть подготовлен, – в конце концов заключил Кеннеди.

Я ничего не сказал. Прошло несколько минут. Затем в дверь постучал посыльный.

– Я хочу немедленно отправить эти две телеграммы, – сказал Крейг пареньку. – Вот тебе четвертак – чтобы ты доставил сообщения, а не ушел с головой в чтение детектива. Если ты быстро доставишь мне квитанцию, то получишь еще один четвертак. А теперь – беги.

Затем, когда паренек-посыльный ушел, Крейг обратился ко мне:

– Сообщения для Клоуза и Грегори с просьбой присутствовать вечером с их адвокатами. Клоуз возьмет Лоуренса, а Грегори придет с молодым адвокатом Эшем – очень умным парнем. Приглашения сформулированы так, что они навряд ли захотят отказаться.

Я же тем временем принялся выполнять собственное задание для «Стар» – чтобы быть уверенным, что к вечеру я освобожусь и в решающий момент буду с Крейгом. Мне было очень интересно, каким же станет его ход в этой игре. Вечером я застал его в лаборатории: он прикреплял две катушки тонкого провода к разъемам на внешней стороне причудливого черного коробка.

– Что это? – спросил я, подозрительно присматриваясь к зловещей коробочке. – Адская машина? Я надеюсь, что ты не собираешься покарать виновного, отправив его в небытие?

– Уолтер, не беспокойся о том, что это. В свое время узнаешь. Это может быть «адской машиной», а может и не быть ей – но только в совсем другом смысле. Чем меньше ты знаешь, тем меньше вероятность, что ты сможешь невольно выдать тайну неосторожным взглядом или действием. Ну, примемся за дело. Возьми эти провода и помести их в трещины на полу – так, чтобы их не было видно. Если присыпать их пылью, это поможет замаскировать их.

Теперь Крейг переставил черный ящик с одного из стульев на пол, где на него никто не обратит внимания, если только ничего не заподозрит. Я тем временем провел провода к стенам, а потом вдоль них – к двери.

– Теперь я завершу работу, выведя их в соседнюю комнату, – сказал Крейг. – А пока я занимаюсь этим, снова пройдись вдоль проводов и убедись, что они надежно скрыты.

Тем вечером в лаборатории Кеннеди собралось шестеро мужчин. Совершенно не зная, что должно произойти, и я оставался так же спокоен, как и все остальные, помимо Грегори. Он был самым нервным, хотя его адвокат, Эш, неоднократно пытался успокоить его.

– Мистер Клоуз, – начал Кеннеди, – я думаю, мы лучше всего разместимся, если вы и мистер Лоуренс сядете с этой стороны комнаты, в то время как доктор Грегори и мистер Эш сядут напротив, а мистер Джеймсон – посередине. Полагаю, что, выслушивая меня, вы оба захотите проконсультироваться со своими адвокатами. Конечно, это будет очень неудобно, а то и невозможно, если вы сядете рядом друг с другом. Итак, если вы готовы, то я начну.

На стол в лекционном зале Кеннеди поместил свинцовый ящик.

– В этом контейнере, – прокомментировал он, – содержится некое вещество, собранное пылесосом в комнате миссис Клоуз.

Кто угодно мог заметить: атмосфера в комнате напряжена. Крейг вынул пару перчаток и осторожно открыл коробку. С помощью большого и указательного пальцев он извлек из нее стеклянную колбу – ее он держал на расстоянии вытянутой руки. Мой взгляд был прикован к ней, ведь донышко колбы светилось.

И Грегори с его адвокатом, и Клоуз с Лоуренсом зашептались между собой. Впрочем, они занимались этим на протяжении всего «представления», которое устроил Кеннеди.

– Никакая адская машина не может быть более изощренной, чем колба, которую я держу в руке, – заявил Крейг. – Любой из писателей, специализирующихся на сенсационных историях, пришел бы в восторг от загадок этой смертоносной колбы и ее способностей вершить страшные дела. Будь в этой колбе больше вещества, я получил бы неизлечимые ожоги – как это произошло с его первооткрывателем перед тем, как он умер. Меньшее количество, конечно, действует не столь быстро. То количество вещества, которое находится в колбе, может вызвать ожоги, если оставаться неподалеку от него достаточное время.

Крейг сделал паузу, чтобы подчеркнуть свои слова.

– Джентльмены, в руке я держу цену женской красоты.

Он снова сделал паузу, а затем продолжил:

– Теперь, продемонстрировав ее вам, я ради собственной безопасности уберу ее обратно в свинцовый контейнер.

Снимая перчатки, он продолжал:

– Сегодня я получил каблограмму, в которой говорилось, что корпорация, производящая это вещество, получила заказ на сто миллиграммов бромида радия по тридцать пять долларов за миллиграмм. Определенный человек заказал его семь недель назад.

Крейг говорил, обдумывая каждое слово, и я почувствовал, как меня охватило волнение.

– В то же самое время миссис Клоуз начала проходить серию процедур у нью-йоркского рентгенолога, – продолжал Крейг. – За пределами научного сообщества это малоизвестно, но физиологическое действие радия и рентгеновских лучей совершенно одинаково. Но у радия есть «преимущество»: для того, чтобы им воспользоваться, сложная аппаратура не нужна. К тому же излучение радия является постоянным, в то время как рентгеновское излучение может меняться в зависимости от силы тока и вакуума в рентгеновской трубке. Но воздействие на тело остается точно таким же. Как я смог вспомнить, за несколько дней до того заказа в нью-йоркских газетах появилось сообщение. Я прочитаю его:

Льеж, Бельгия, октябрь 1910. Внимание публики этого университетского городка привлекло первое уголовное дело, в котором радий фигурирует в качестве смертоносного вещества. Богатый старый холостяк по имени Пайлин был найден мертвым в собственной квартире. Сначала причиной смерти посчитали апоплексический удар, но при внимательном обследовании стало заметно странное изменение цвета его кожи. Осматривавший тело специалист выска­зал мнение, что пожилой человек долгое время подвергался излучению рентгена или радия. Полиция выдвинула версию что М. Пайлин скончался из-за того, что систематически получал облучение рентгеном либо радием – в соседней с ним комнате проживал студент университета. В настоящее время студент пропал без вести.

Тогда я предположил, что какой-нибудь американский преступник последует этому примеру, поэтому я вырезал и сохранил данную заметку. Я тщательно осмотрел комнату миссис Клоуз. Сама она сказала мне, что не собирается возвращаться в нее, так как ее беспокоят воспоминания о бессонных ночах. Это укрепило мои подозрения, появившиеся после чтения той статьи. Причиной ее дерматита и невроза были рентгеновские лучи либо радий. Но что именно? Я хотел убедиться, что не совершаю ошибки. Конечно, я знал, что было бы бесполезно искать рентгеновскую машину поблизости от комнаты миссис Клоуз. Такую вещь не спрятать. Другой вариант? Радий! О, это другое дело! Я сделал эксперимент. Служанка миссис Клоуз провела ночь в комнате хозяйки. Конечно, непродолжительное излучение не смогло бы причинить ей непоправимого вреда, но тем не менее какой-то эффект оно произвело. За одну ночь девушка стала очень нервной. Если бы она оставалась там несколько ночей, то вне сомнений и у нее появился бы дерматит, если не что-то худшее. А систематическое облучение на протяжении недель и месяцев в конечном итоге могло бы привести к смерти.

На следующий день мне удалось пройтись по всей комнате с пылесосом. Но исследование пыли, собранной с пола, штор и мебели, ничего не выявило. Но напоследок я пропылесосил матрас, а также детали кровати. Анализ этой пыли показал запредельный уровень радиации. При помощи химика, который разбирается в подобных вопросах, я растворил пыль, рекристаллизировал ее, и в результате из нее были извлечены соли радия. Таким образом был восстановлен почти весь радий, купленный в Лондоне – за исключением нескольких миллиграммов. Он находится здесь – в смертельной колбе, хранящейся внутри свинцового контейнера.