Ультиматум крупного калибра - Тамоников Александр - Страница 8

– Да, вы правы, – сказал Иоганн. – Как раз многое и поменялось. Сам принцип, впрочем, остался тот же, но вот нюансы…

– Вот о них и расскажите.

– Мы, насколько можем, очень внимательно следим за ситуацией, – сказал Иоганн. – И вот вам самые последние сведения. О них вам расскажет Пауль.

– Значит, так, – откашлявшись, начал Пауль. – Вы, вероятно, знаете, что американцы задумали разрушить стену?

– Да, конечно, – кивнул Богданов.

– Так вот, – сказал Пауль. – Сегодня они от намерений перешли к действиям – выдвинули в район стены, а именно к контрольно-пропускному пункту «Чарли», специальную технику.

– Бульдозеры? – поинтересовался Дубко.

– Если бы! Танки, переоборудованные под бульдозеры. То есть это одновременно и танк, и бульдозер.

– Вот ведь заразы! – не удержался Терко. – Что удумали!

– В том-то и дело, – согласился Пауль. – Удумали они, как вы выражаетесь, по-своему остроумную штуку. Попробуй-ка отогнать такой агрегат от стены просто так! Но ведь и это еще не все…

– Бульдозеры в сопровождении танков! – догадался Богданов.

– Именно так, – кивнул Пауль. – А вслед за ними – джипы и грузовики с солдатами! Вся эта армада приблизилась к стене вплотную. Разрушать пока ничего не разрушают. Скорее всего, потому, что…

– …с другой стороны стены им навстречу выдвинулись советские танки, – подхватил Богданов.

– Да, – кивнул Пауль. – И советские, и танки вооруженных сил Восточной Германии. Образовался своего рода паритет. А при таком раскладе американцы стену сносить не станут. Вот если у них будет численное преимущество, тогда, скорее всего, начнется. Они любят воевать, когда их больше. Тогда они – храбрые…

– И много накопилось сил с той и с другой стороны? – спросил Павленко.

– Вполне достаточно, чтобы начать войну, – грустно усмехнулся Пауль.

– Так-так… – в задумчивости проговорил Богданов. – И когда, по-вашему, американцы рассчитывают получить численное преимущество?

– Ганс, – обернулся Пауль, – это уже по твоей части.

– В настоящее время американцы ожидают серьезное подкрепление, – сказал Ганс. – Должна прибыть военная техника, живая сила – в общем, все, что нужно.

– Воздухом? Через Темпельхоф? – спросил Богданов.

– Именно так, – согласился Ганс.

– Когда ожидается прибытие первых самолетов? – спросил Богданов.

– Точного времени мы не знаем, – ответил Ганс. – Но, по логике вещей, в самое ближайшее время.

– Что ж… – сказал Богданов. Было заметно, что он пребывает в некоторой задумчивости. – Будем считать, что этот вопрос мы разъяснили. А теперь – вопрос номер два. В Москве сказали, что вы нам поможете с оружием и экипировкой. Сюда мы прибыли налегке и, как видите, в фольклорном образе.

– Прошу следовать за мной, – сказал Иоганн. – Оружие и экипировка – это по моей части.

Он опять провел гостей по длинному полутемному коридору, затем они спустились по лестнице куда-то вниз и очутились в совершенно темном помещении.

– Сейчас я включу свет, – прозвучал из темноты голос Иоганна, и тут же в помещении стало так светло, что все невольно зажмурились.

Помещение представляло собой продолговатый подвал без окон. Вдоль его стен стояли ящики, коробки и стеллажи с задернутыми плотными шторами.

– Выбирайте, – сказал Иоганн. – Справа – оружие, слева – экипировка. Думаю, здесь найдется все, что вам нужно. Когда переоденетесь, свои фольклорные наряды оставьте здесь. Возможно, кому-то они еще пригодятся. Мы – народ бережливый. Я на время отлучусь, а затем вернусь.

В первую очередь спецназовцы подошли, конечно же, к стеллажам и ящикам с оружием. И почти одновременно присвистнули от удивления. Какого только оружия здесь не было! И советское, и немецкое, и американское, и какое-то вовсе диковинное, которого бойцы, несмотря на свой опыт, даже ни разу не видели! Разных калибров и разной конфигурации! Были образцы с огромными стволами и массивными прикладами, а были и такие, которые легко можно спрятать под одеждой. Разумеется, тут же лежали ящики с патронами, гранатами и минами.

На соседних стеллажах обнаружились ножи разной формы и конструкции, а еще – много каких-то приспособлений и механизмов и вовсе непонятного назначения.

– Ты у нас специалист по всяким мудреным устройствам, – Богданов глянул на Муромцева. – Ну-ка, скажи, что это за механизация?

– Один момент, – отозвался Муромцев. – Значит, так… Вот это – совсем простые устройства. С их помощью можно лишить электричества любой объект. Не надо взбираться на столбы, резать провода. Нажал вот на эту кнопочку, и полетели все пробки и предохранители. А вот эта штучка… Погодите минутку, дайте сообразить… Ага! Думаю, с ее помощью можно нарушить связь между абонентами, а заодно – вывести из строя системы слежения за объектами. Интересные вещицы… Никогда ранее не доводилось видеть такие. Американского производства. Ноу-хау, как говорится. Изучать я их изучал, но в руках держу впервые. Очень любопытные штучки.

– Если понадобится – справишься с ними? – спросил Богданов.

– Теоретически – да, – сказал Муромцев. – Но на практике я никогда с ними не сталкивался.

– Вот и будет у тебя возможность попрактиковаться, – сказал Богданов. – В дальнейшем, думаю, это тебе очень даже пригодится. Технический прогресс на месте не стоит, а работа у нас будет всегда.

Перешли к другим ящикам и стеллажам, где хранилось обмундирование и прочая экипировка.

– Ты глянь! – удивился Терко. – Даже бронежилеты! Слушайте, братцы! А может, всем нам облачиться в эти штуковины? Хоть какая-то защита…

– И будешь ты в этой броне как средневековый рыцарь, – не согласился Павленко. – Ни тебе встать, ни лечь, ни совершить маневр. Не говоря уже о рукопашной схватке.

– Да еще неизвестно, защитят ли они тебя от пули, – добавил снайпер Геннадий Рябов. – Ручаюсь, что я продырявлю эту штуковину с первого же выстрела! В любом месте!

– Слыхал? – Павленко с усмешкой глянул на Терко. – Так что оставь напрасные и бесполезные мечты. А бери то, что в самом деле может пригодиться. Целее будешь.

– Матушки родимые! – не мог никак успокоиться Терко. – Вот – даже сигареты! И все сплошь – американские. Ты когда-нибудь курил американские сигареты? – спросил Терко Еремина. – Интересуюсь, как человек некурящий.

– Приходилось, – скривился Еремин.

– Ну и как?

– А, – махнул рукой Еремин. – На мой вкус наша махорка куда как лучше. Крепче, да и привычнее.

– Ну, это потому, что ты – человек некультурный, – не согласился Терко. – А вот если бы ты набрался культуры…

– Значит, так, уважаемые товарищи югославские сталевары, земледельцы и прочие скотоводы! – вмешался Богданов. – Прекращаем споры! Переодеваемся, экипируемся. И поскорее! Время не ждет.

Все засуетились, стали снимать с себя югославское одеяние и переодеваться в универсальную, защитного цвета экипировку без знаков различия.

– Ну, вот, – сказал Богданов, окидывая переодевшихся бойцов критическим взглядом. – И кто теперь разберет – кто мы такие, откуда и зачем. То ли американцы, то ли немцы, то ли еще кто… Что нам и нужно. А теперь – вооружаемся и экипируемся. Но – исключительно американским оружием. Любое другое оружие нас демаскирует. Здесь, в Западной Германии, все ходят с американским оружием.

Загремело железо, защелкали затворы. Каждый выбирал для себя оружие и снаряжение по собственному разумению. Здесь в ход вступил простой, но вместе с тем важнейший принцип бойца-спецназовца – оружие и экипировка должны быть надежными и удобными. Экипировка должна защищать, а оружие – безотказно стрелять. От этого зависела жизнь бойца. А от того, будет ли он жив, зависел успех порученного дела.

Скоро группа была полностью экипирована. В помещение вошел отлучавшийся на время Иоганн и молча уставился на переодевшихся спецназовцев.

– Ну и как впечатление? – веселым и ехидным тоном поинтересовался неугомонный Терко.

– Вполне, – кивнул Иоганн и глянул на Богданова: – Прошу наверх. Мы приготовили для вас скромный обед. Думаю, это вам не помешает.