Подлунный квест (СИ) - Кащеев Денис - Страница 62

Затем наклонился, поцеловал девушку в лоб — горячий и гладкий, без малейших следов клейма — и, повернувшись, вышел из спальни.

Эпилог

в котором анонсируются перемены

— Ну что, дорогой Юрий Константинович, можно вас поздравить с повышением? — бодро начал есаул Семенов прямо с порога кабинета.

— Как я понимаю, покамест сие только слухи, — рассеянно буркнул с хозяйского места Корнилов.

— Уже нет, — покачал головой гость. — Вот, извольте ознакомиться: копия приказа о вашем переводе, — на стол перед заместителем начальника Федоровского кадетского корпуса легла официального вида бумага. — Подполковничьи эполеты, полагаю, не замедлят за оным переводом последовать… Смотрю, вы не рады? — прищурился Семенов.

— Только-только здесь разобрался, что к чему, — не то развел руками, не то обвел жестом служебное помещение Юрий Константинович. — Разгреб завалы… К личному составу присмотрелся… Ну и потом, Федоровка — заведение с именем, а сия спецшкола, несмотря на высочайший патронаж — ну, такое… — пренебрежительно кивнул Корнилов на предъявленный ему документ. — Откуда она вообще взялась на мою голову?

— А тут скажите спасибо вашим юным сорвиголовам! — хмыкнул гость.

— Кадетам?

— Им самым. Похоже, кое у кого на их счет таки истощился запас терпения. Шутка ли, разгромить гробницу Первого Императора Поднебесной!

— Ну, допустим, не саму гробницу, а лишь музей при ней… И китайцы же, вроде, заявили, что никаких претензий к моим орлятам не имеют?

— Китайцы, может, и не имеют, а вот Собственная Его Императорского Величества канцелярия, в лице III оной канцелярии Отделения…

— Так сие Александр Русланович воду мутит? — нахмурился хозяин кабинета. — Вот уж от кого не ждал…

— Молод еще ротмистр, чтобы самостоятельно что-то подобное мутить, — скривился Семенов. — Посерьезнее его нашлись люди. Сама-то идея, что к не в меру талантливым ребятам нужен особый подход — и, соответственно, особый контроль — давно витала в астрале… А тут в очередной раз ваши лихие первокурснички отличились. Вот и сошлось одно к одному…

— И кого из кадетов туда забирают? — спросил Корнилов.

— Полагаю, вы мне и сами без труда назовете подходящие кандидатуры. Но вот полный список первого набора курсантов, — к столу подплыла еще одна бумага. — Кстати, из двенадцати человек — шесть федоровцев. Сие, я вам скажу, подлинный триумф Первопрестольной! Даже из Борисовской Академии берут всего троих!

— Шесть федоровцев, говорите? — не без любопытства взяв в руки документ, Юрий Константинович углубился в чтение. — Ну, Огинский-Зотов и Муравьева с их полулегальными фамильярами и прочими… особенностями — понятно, — пробормотал он. — Не можешь запретить — возьми под контроль, так? — поднял Корнилов глаза на гостя.

— Очевидно, так, — кивнул тот.

— По Змаевич, как выявленному Мастеру големов, тоже никаких вопросов, — вернулся к списку заместитель начальника корпуса. — А вот как сюда попала Воронцова? Просто за счет громкой фамилии? — снова посмотрел он на собеседника.

— Полагаю, за счет фамильного перстня, — предположил Семенов. — Сие же не просто украшение — кому попало такой артефакт служить не станет. Только наследнику рода. По мне, так он вполне стоит духа-фамильяра.

— Ну, положим, — помедлив, согласился Юрий Константинович. — А Ясухару и… хм… Иванова? Они же у нас иностранные подданные. А спецшкола, насколько я понимаю — проект отнюдь не публичный?

— Как мне нашептали, Его Высочество Младший Царевич Дмитрий собственноручно внес в список сии имена, — поведал Семенов.

— В самом деле? — приподнял брови Корнилов. — Ну что ж… А раз уж зашел разговор: случайно не в курсе, мою персону на пост начальника сего интерната для молодых гениев кто сподобился предложить?

— Вот чего не знаю, того не знаю, — последовал ответ.

— Ладно, посмотрим, кто тут у нас еще… — вернулся к списку Корнилов. — Так, борисовцы… Молодой граф Бестужев-Рюмин, молодой князь Гагарин — оба ожидаемо… А госпожа Перовская кто такая?

— Как говорят, весьма одаренная девица. И при том — незаконнорожденная дочь графа Алексея Разумовского. Последние — уже отнюдь не слухи.

— Ясно. Идем далее. Диана Цой из Хабаровска. Та самая?

— Совершенно верно, — подтвердил Семенов. — Необычайно талантливая юная целительница. Как утверждают знающие люди, прям вот будущая новая Анна Глинская.

— Даже так? Что ж, добро… Новосибирец Мартынов — краем уха слышал о сем молодом человеке. Мастер артефактов с аллергией на магию — сие же про него?

— Абсолютно точно.

— Бедный юноша… А Заикин Станислав, последний в списке — кто таков? В первый раз вижу сию фамилию.

— Должно быть, потому, что он такой же Заикин, как царевна Златослава — Иванова? — с ухмылкой заметил Семенов.

— Еще один иностранец?

— Не угадали.

— Кто же тогда?

— А вот примете под свое начало спецшколу — и узнаете, — осклабился гость.

— Михал Андреич, давайте только без этих ваших штучек, — поморщился Корнилов. — Я же в любом случае сие выясню — и всяко до вступления в должность! Просто служебное время придется потратить.

— Добро, — легко уступил Семенов. — Помните, как и когда мы в Конвое получили сведения о Южном Шаолине?

— Конечно.

— А от кого — помните?

— От паренька-перебежчика, тот еще заикался все время… Что, сие он и есть? — догадался Юрий Константинович.

— В точку! — подтвердил Семенов.

— Могли бы псевдоним и пооригинальнее дать, — покачал головой Корнилов.

— Насколько мне известно, он сам себе его выбрал. К тому же, заикание мы ему вылечили.

— Ясно… — бросил Юрий Константинович. — Что ж, команда подбирается… незаурядная, — заключил он. — А что по преподавательскому составу?

— Оный покамест не укомплектован. Но решено, что вместе с вами переходит поручик Чубаров…

— Елисей Елисеич? — удивился Корнилов. — Вот уж с кем простился бы без сожаления!

— Снова воля Его Высочества, — развел руками Семенов. — В качестве своего рода компенсации вам дано право взять с собой из Федоровки еще одного офицера. Любого, кроме Артемьева — он займет ваше место в корпусе — и Шэня.

— Беру Поклонскую, — тут же заявил Юрий Константинович.

— Почти не сомневался в вашем выборе, — улыбнулся гость. — Еще есть какие-нибудь вопросы? — осведомился он, посерьезнев.

— Пожалуй, нет — разберемся по ходу дела, — пожал плечами заместитель начальника корпуса — без пяти минут начальник Специальной школы под личным Его Высочества Младшего Царевича Дмитрия патронажем.

Новым своим назначением, кажется, все же не то чтобы довольный.

— Как вы себя чувствуете, князь? — учтиво поинтересовался Всеволод Романов, заглянув в покои Огинского.

— Благодарю, Ваша Светлость, — едва заметно кивнул Сергей Казимирович с кровати. Голос его был слаб, веки слегка подрагивали — словно мечтали захлопнуться и вовек более не раскрываться, но все никак не решались на подобную дерзость. — Уже гораздо лучше. Хотя еще, конечно, есть к чему стремиться…

— Простите, что беспокою, но пришло известие от нашего друга из… ну, вы знаете откуда. Решение, которого мы так ждали, наконец принято. Он просит от нас инструкций, хотя бы на первое время — и незамедлительно.

— Я их ему составлю, — пробормотал Огинский. — Нынче же сим займусь… А есть какие-нибудь новости из Африки? — собравшись с силами, спросил вдруг он.

— Ничего срочного, — будто бы удивившись прозвучавшему вопросу, развел руками Романов. — Шахту копают. Неспешно, чтобы не привлекать лишнего внимания, но и без особых задержек. Все идет по графику — скоро наша жюльвернова пушка должна быть готова.

— И вы твердо намерены ее использовать?

— А что мне остается? — в тоне Светлейшего князя промелькнула нотка раздражения. — Очередная ваша затея насчет мира-донора с треском провалилась! Приходится задействовать вариант с нигилистами!