Новые горизонты (СИ) - Лео Андрей Васильевич - Страница 89

— С превеликим удовольствием мы принимаем приглашение Его Императорского Высочества!

Нико́ла удовлетворённо кивнул (думаю, он и не ожидал ничего другого услышать) и продолжил:

— Очень рад Вашему решению! А теперь, когда мы закончили с данным мне поручением, давайте оставим официальное общение. С этого момента, прошу вас, воспринимайте меня, пожалуйста, как обычного гостя.

Во парень даёт! Ему бы после таких сногсшибательных известий свалить отсюда по-быстрому, так нет же, остаться собирается. Он что, за нашей реакцией решил проследить? Как мы станем себя вести? Етишкина жизнь, а не папочка ли ему такое задание выдал? Присмотрись, сынуля, что там за люди в графья пробираются и можно ли Ростовцеву разрешить с ними породниться. О-ля-ля, Сашок, встаёт вопрос: а на балу у княгини Разумовой Нико́ла к тебе случайно подошёл или как?

На этот раз первой отреагировала Софа:

— Надеюсь, вы и отобедаете с нами?

— С большой радостью!

— Тогда присаживайтесь и рассказывайте нам, как...

Ха, Софья Марковна за каких-то тридцать минут целый допрос Нико́ле устроила. Обстоятельный такой, со вкусом и изяществом. Ну а что, надо же было ей выяснить, как им с Машулей одеваться, к каким блюдам на обеде быть готовыми, кто из гостей и хозяев присутствовать будет и ещё тысячу разных мелочей. Ростовцев поначалу напрягался, сидел с железобетонной мордой лица, но потом расслабился и пустил дело на самотёк. Вероятно, он уже начинает понимать: если Софа поддерживает разговор редкими фразами — это одно, он может чувствовать себя хозяином в доме, а если она берёт разговор в свои руки — это... Ну, в общем, лучше ей не мешать. Поддакивай — и будешь паинькой, а нет — сам себя вини.

Нико́ла, впервые столкнувшись с напором нашей старшей, как-то малость растерялся. Похоже, не привык, что женщины с ним могут ТАК разговаривать. Да-а, вот такая она, наша Софочка! Вроде и голос не повышает, а поди ж ты, всем присутствующим становится ясно, кто здесь королева. И кто здесь главный. Некоторым графьям у неё ещё поучиться надо. Видал я на последнем балу... всяких.

В результате князя быстро "выпотрошили", затем обласкали и вкусно накормили, а после с пожеланиями всех благ выставили. Мы с Машкой приняли посильное участие во всех этапах этого процесса — и расспрашивали, и шутили. Я в конце даже револьвер собственного производства Нико́ле подарил. И, судя по его слегка растерянной улыбке при расставании, он остался доволен встречей.

47по закону восемнадцать лет — первый срок гражданского взросления, человек получает определённые права, но не все. Второй срок взросления наступает в двадцать один год, человек становится полностью самостоятельным (прим. автора).

48в советское время их убрали (прим. автора).

49В те времена всё добытое в Сибири золото сдавалось в золотосплавочную лабораторию Екатеринбурга на оценку и переплавку. Золотопромышленники доставляли его туда сами. Оценка проходила долго, поэтому деньги за золото они получали как минимум через полгода после сдачи (прим. автора).

Глава 23

После прощаний мы ещё более часа обсуждали приглашение великого князя и как нам к нему стоит относиться. По ходу дела Софа высказала своё мнение о том, что же во время прошедшего "светского допроса" Нико́ла рассказал правдиво и о чём мог умолчать, граф же поведал, как у Романовых обычно принято общаться с подданными, а также что для нас могут означать столь близкие контакты с семьёй второго человека в государстве и какие изменения в нашей судьбе они за собой повлекут.

Максимум, на что рассчитывал Ростовцев ранее, — это вызов на беседу. Именно вызов, а не мягкое приглашение. То есть привели бы нас под светлые очи Константина Николаевича (встреча прошла бы в каком-нибудь зале его дворца, мимоходом и стоя), задал бы он нам пару-тройку вопросов, и лишь потом, уже через какое-то время, нас уведомили бы о принятом им решении. А вот к его жене, Александре Иосифовне, позвали бы только меня и Софью Марковну. Мою персону, естественно, в качестве певца, а нашу старшую — как "замечательного косметолога". Княгиня Наретова такие хвалебные оды напела великой княгине о красноярском косметсалоне, что ей теперь не терпится испытать на себе наши методы омоложения.

В общем, всё должно было пройти не так значимо, как в результате получилось. Обед в кругу семьи великого князя — это совершенно другой уровень взаимоотношений с сильными мира сего, это знак наивысшего благоволения. Причём не только для нас с Машкой, но и для графа Ростовцева. Про Софу речь вообще не идёт, для неё приглашение на обед к таким людям — это уже что-то из области фантастики. Ну не пересекается сейчас жизнь высокопоставленных персон с жизнью простых людей за одним столом, слишком большая разница в социальном положении, да ещё время диктует своё. Это вам не начало двадцать первого века, где принцы на простолюдинках женятся, а президенты на улицах за ручку с прохожими здороваются; на дворе середина девятнадцатого, нынче всё иначе.

Как же Константин Николаевич решился пригласить Софу? Ведь если для неё это огромная честь (в глазах всех слоёв российского общества), то для него как раз наоборот — в некотором роде умаление его достоинства. В ходе осмысления ответов Нико́лы, в том числе и некоторых его нечаянных оговорок, мы смогли составить примерный ход событий. Да, великий князь собирался лишь взглянуть на нас, да, великая княгиня собиралась пообщаться с заинтересовавшими её персонами, и... ВСЁ. НО... положение усугубил Нико́ла, рассказав папуле с мамулей о встрече со мной на балу.

Осталось не совсем понятным, что он там про меня наплёл, но княгиня, послушав его, почему-то решила расспросить мужа о судьбе сватовства графа Ростовцева, а заодно и о перспективах моего усыновления. В процессе объяснений она даже слово попыталась за нас замолвить, но разговор с мужем у неё как-то не заладился — он крайне негативно воспринял вторжение жены в дела своей "епархии". Нико́ла, конечно, в шутливой форме коснулся прошедших дебатов, но мы поняли, что общение у великих выдалось не из лёгких. Дело дошло до внутрисемейных отношений: Александра Иосифовна заявила, что Константин Николаевич не уделяет должного внимания своей семье и воспитанию детей. О как! Между прочим, для данного времени это довольно крутой наезд на мужа.

Как я понимаю, тут княгиня высказала завуалированный намёк на шашни супруга на стороне, мол, нефиг тебе, муженёк, по чужим бабам шляться, детей и жену тоже развлекать надо. Константин Николаевич в свою очередь попытался возражать и стал отбрыкиваться. Вот так постепенно, слово за слово, они и пришли к тому, что княгиня в ультимативной форме потребовала от князя организации общей с нами встречи (а фигли, развлечение и полезное общение в одном флаконе для всего великокняжеского семейства). Нико́ла, кстати, мамулю с удовольствием поддержал, и папуля под их общим давлением, можно сказать, вынужден был согласиться.

Что это значит для нас? Во-первых, стоит ожидать, что великий князь будет нами очень недоволен — мы, как-никак, причина семейных разборок. И скажется ли это недовольство на его решении в отношении просьбы Ростовцева, одному богу ведомо. То есть, чтобы добиться своего, нашей компании предстоит долго и упорно приплясывать на званом обеде перед всеми. А уж мне так в особенности, поскольку получается, что по большей части я всему виной. Во-вторых, заранее ясно, что Александра Иосифовна и Нико́ла теперь на нашей стороне и постараются нас поддержать. А это немаловажно! Но окончательный вердикт вынесет всё-таки Константин Николаевич.

Что касается положения в обществе, то вне зависимости от того, как сложится наша дальнейшая семейная жизнь, статус каждого после званого обеда с великими подрастёт неимоверно. Ну, во всяком случае, на какое-то время уж точно. Нам откроются двери многих доселе закрытых для нас домов высшей аристократии, а также двери салонов самого высокого ранга. Хорошо ли это? Наверно, хорошо, но, честно говоря, у меня сложившаяся ситуация вызывает досаду. Преждевременна она. Случись эта свистопляска лет через пять, было бы замечательно. Я успел бы решить большинство производственных задач, наладил бы работу заводов и фабрик. Постепенно подрос бы в годах, освоился с местной светской жизнью и, особо не напрягаясь, смог бы уделять ей внимание в полной мере. А сейчас постоянные приглашения на чашку чая и разминку голоса будут только отвлекать меня от намеченных дел.