Я есть Ва Рор (СИ) - Коваль Максим Сергеевич - Страница 22

— Эх, опять до горы не добрался, да и ещё отдалился от неё. — Недовольство ситуацией, незаметно лилось из меня, через край. Однако, каждый раз, как мой взгляд падал на моего питомца, улыбка сама наползала на меня. — Мой питомец!

Эта фраза — мой питомец, так ожидаема, но так неожиданно приятно звучит, почти как признание в любви…

Дальше я сделал то, чего совсем не ожидал от себя. Абсолютно не задумываясь над тем, что делаю — завалил вход камнями, чтоб ни одна мразь не пробралась и не убила моего питомца, пока меня нет. И ещё сел на пол, подпирая завал спиной. После чего выложил один кусок мяса, и с улыбкою дебила, нажал на выход.

Глава 9

Никогда! Слышите меня? Никогда не делайте так, как сделал я! Всё тело затекло и болело, будто его пинали всё время, пока я был в игре. А после того, началось продолжение — онемевшие участки начали оживать, в основном это были руки, но мне и этого хватило. Как я выжил — не понятно. Но клятвенно заверяю — я больше так не буду, и в этот раз без всяких там, скрещённых пальцев за спиной. Приходил в себя с полчаса, после ещё столько же разминался. И только будучи полностью уверенным, что руки выдержат и я не навернусь, пока буду перебираться на свою коляску — рискнул выбраться из капсулы.

Был уже вечер, и вопросов, что делать дальше — не возникло. В первую очередь, необходимо было привести себя в порядок. Душ, там, принять и всё такое. После капсулу почистить, и только после этого, можно и пожрать. Жрать хотелось неимоверно, но при этом ещё и в сон клонило неумолимо. А чтобы не уснуть, до приведения себя и капсулы в порядок — еду оставил на последнем месте.

Ужинал я, картошкой, что вчера жарил перед погружением, и всё размышлял. Пробудка после вирта оказалась жёсткой, можно даже сказать — дикой. Но зато она хорошо так мозги прочистила. А то как взял этого медвежонка на руки, так и всю свою адекватность растерял — только что слюни не пускал на мелкого. Что-то не помню за собой, большой любви к животным, тем более, с такой психованой реакцией. Чем больше размышлял на эту тему — тем больше приходил к мнению, что игра воздействует на мозг, подстегивая эмоции. И это неприятно, если мягко выражаясь. Ведь если они могут влиять на эмоции, то тогда и заставить человека делать то, чего он не хочет, не составит большого труда — например, отдать все деньги, или даже убить кого-нибудь. Да они вообще так могут управлять людьми. Это же масштабный заговор получается — начнут с нас, молодых, и геймеров всех возрастов. После переключатся на тех, кто играет изредка, в конце вообще всеми начнут управлять. А вдруг, это ещё и вредно — нарушат работу мозга, и останусь дебилом, или умру вообще. На что же я подписался? Может отказаться? Но чёрт, я уже подписался на эти три месяца, теперь придётся рисковать, и играть — как договорились. Только завтра надо будет позвонить Егору, и аккуратно поспрашивать по этому вопросу.

Проснулся довольно рано, всё-таки вырубило меня вчера, даже не помню, как до кровати добрался. Завтракал, уже позавчерашней картошкой.

— Что же я вчера хотел сделать? — О чём вчера думал, никак не получалось вспомнить. Такое ощущение, будто память почистили. — Точно, Егору позвонить хотел.

На часах было всего лишь шесть утра, звонить кому бы то ни было, слишком рано. Значит надо себя чем-то занять, хотя бы часов до восьми, или лучше девяти. Огляделся вокруг, выискивая идеи, как провести время, зацепился глазами за шмотки, разбросанные по квартире.

— Нда, порядком у меня и не пахнет. Прибраться, наверное, надо немного.

Подумал — может ну нафиг этот порядок… Но посмотрел на комп, и увидел стакан с недопитым чаем, тарелку из под бутеров и валяющиеся конфетные обёртки. Чтоб не видеть всё это, поехал в комнату с капсулой, а там тоже — в углу несколько шмоток сброшены; остатки геля ещё с того раза остались. И на этом фоне, отмытая до блеска капсула, выглядит как новенький бензиновый спорткар на утилизационной автосвалке.

Просто сейчас полно всяких: электрокаров, гибридных, водородных, на биотопливе и прочее. Даже с термоядерным движком пробуют спроектировать. Но все самые-самые эксклюзивные модели, только бензиновые — бензиновый двигатель, это статус. Это как, ну не знаю… Как-то в школе, учитель рассказывал: что раньше, очень давно, у всех были лошади и использовали их как транспорт; после, сильно после, появились автомобили, и лошади стали предметом роскоши. И только совсем недавно, наверное лет двадцать как, лошадей стали разводить на мясо или держать как домашнее животное. Так и с тачками — сначала все они были бензиновые, после стали появляться более экологичные и безопасные; а бензин, точнее нефть, из которой делают бензин, стала ну очень дорогая, из-за того, что её мало осталось. Потому, бензиновые автомобили стали показателями статуса их владельца, главное — чтоб и их на мясо, потом, не пустили.

— Сюр какой-то, космический корабль в свинарнике… — Огляделся ещё разок и решил, что так дело не пойдёт, надо убраться. При чём, во всей квартире.

Уборку начал со шмоток, собрал всё, что валялось по квартире, и часть сразу закинул в стирку. Следующим в моём внезапном списке дел — стала нормальная уборка в комнате с капсулой. Там просто меньше всего убираться, только пол от геля хорошо очистить и всё. Сначала пылесосом всё пропылесосил; после — тем же пылесосом, только влажную уборку. Влажную пришлось делать несколько раз. Точнее, что после влажной уборки, надо было промыть сам пылесос от геля, после чего повторить уборку. Я этот процесс повторил трижды, на всякий случай. И только после этого взялся за остальную квартиру, при чём кухня, внезапно, оказалась самой чистой частью квартиры, по сравнению с комнатой и ванной. Провозился я несколько дольше ожидаемого, было уже одиннадцать, начало двенадцатого часа, когда закончил. Зато меня обуяла такая гордость собой — как же, такое большое дело сделать. И пять часов, не так и много, для такого бардака, что был. Теперь можно и Егору позвонить.

— Ало.

— Егор, доброе утро!

— Доброе утро, Сергей. — Голос Егора был бодр и весел, в принципе, как и всегда. — Как дела у нас?

— Хорошо дела. Вот работаю. В смысле играю, потихоньку.

— Работаю? — На том конце раздался смешок. — Дело твоё, конечно, как относиться к этому… Но я, лучше, считал бы это развлечением, чем работой.

— Да я так и считаю, оговорился просто. — Как у него так получается, ничего такого не сказал, а я уже чувствую себя виноватым во всех смертных грехах.

— Оговорился, значит оговорился. Что случилось то, ты просто так, обычно не звонишь.

— Да так, хотел один вопрос уточнить. Я тут вчера задание на питомца получил… — Ну да, это не то, что хотел спросить. Просто же не хотел сильно на том вопросе акцентировать внимание.

— Да, Сергей, знаю. — Голос Егора, внезапно, стал официально торжественным. — И поздравляю тебя с этим, ты первый, кто смог получить себе питомца!

— Правда?! Крутотень! — Я надеялся, но надеяться и знать, резные вещи. — Значит я единственный, у кого есть питомец!

— В каком-то смысле да. — Егор снова сменил тон, на снисходительный, мягкий. Интересно, он со всеми так разговаривает, или только со мной? — У одного орка тоже есть питомец, ящер. Но там несколько другая ситуация, ящер взял на себя долг крови.

— Долг крови? Это как?

— Орк, случайно, спас этого ящера и его гнездо. Из-за чего, ящер решил, что обязан жизнью орку.

— Значит у орка сразу прокаченный пет появился? — Обидно, опять у других всё самое лучшее. — Хорошо ему, можно не боятся потерять его…

— Слышу в твоём голосе обиду. Не понравился питомец, что достался тебе?

— Нет, нет, очень понравился. Только его защищать надо, пока он первый уровень не получит, а какой из меня защитник? — Как ни старался, а убрать обиду из голоса не получилось. Даже больше, под конец моего спича, прорезались слёзы от душившей меня обиды. — Его же разберут, раньше, чем я двинуться успею, с моей-то скоростью.