Собственность бандита (СИ) - Оксюзова Александра - Страница 26

- Я в России проездом, приехал три недели назад, скоро опять уезжаю, вот решил тебя найти. Честно говоря, не знаю почему, просто порыв какой-то был. Надеюсь, ты не против? - он вальяжно устроился на диване, закинув руку на спинку и скрестив ноги. Аня тоже решила сесть, но не на диван, а на кресло напротив. Почему-то ее до сих пор не оставляло ощущение нереальности происходящего. Вот они просто сидят, спокойно, им нечего боятся, и это было так странно. В прошлом всегда, когда она была рядом с Антоном, их сопровождала какая-то опасность, вот и сейчас ее казалось, что все не так уж просто, не просто так он приехал сюда. Почему? Откуда в ней эта подозрительность?

- Откуда ты узнал о Василисе? И вообще как меня нашел? - Антон ждал этого вопроса, поэтому понимающе ухмыльнулся.

- Альбина. Достаточно было связаться с ней, чтобы она в подробностях рассказала, как ты прожила эти 4 года. Я так понимаю вы общаетесь?

- Да, мы часто переписываемся, она была у меня несколько раз в гостях. Она хорошая женщина и я рада, что она тебе все рассказала. Если бы ты не знал, мне было бы тяжелее все это объяснить. - на самом деле Аня немного злилась на Альбину, не за то, что та рассказала Антону про Василису, а за то, что не предупредила ее, хотя та ей написала дня три назад. Уж не сводничеством ли промышляла ее старая боевая подруга? Но вслух она этого не сказала.

- А ты как? Что ты делал после..., ну после того случая?

- Ты имеешь ввиду, легко ли отпустил меня Торецкий? Удивительно, но легко, меня посадили в машину и отвезли в аэропорт, в тот же день я улетел в Израиль. - видно, что эти воспоминания давили на мужчину, лицо его нахмурилось, губы сжались в одну линию, - Самое интересное было потом, когда я прилетел, оказалось, что у меня ничего нет, люди Торецкого обчистили все мои счета. Даже мое дело, которое я от всех скрывал, неожиданно оказалось не мое. Грустно, очень грустно. У меня было только немного наличных, даже телефона не дали. Тебе интересно?

- Да, да, продолжай, я должна это услышать.... - ее голос почти дрожал от волнения. Антон вздохнул и продолжил:

- В Израиле у меня не было знакомых, кое как удалось дозвониться до старых друзей в Турции, но те отказались мне помогать. Догадываешься почему? - Аня судорожно кивнула, - И что мне оставалось делать? Денег не было ни на еду, ни на комнату. Первую неделю спал на улице и в парках, благо это не Россия, не замерз, - Антон замолчал и опустил голову.

- Как же ты выкрутился? Как выжил? - мужчина поднял голову и немного подался вперед.

- Как выжил? Как смог, благо в Тель-Авиве много русских, устроился сначала подсобным рабочим, потом официантом, охранником, ох, кем я только не был!

Аня опешила. Вот как значит обернулось для Антона попытка ее спасения? Она представила, как же это было унизительно для взрослого, состоявшегося человека работать на низких должностях. Живот скрутило от стыда и боли, ей было до ужаса неприятно, что из-за нее так пострадал человек. Она вскочила с кресла, села рядом с Антоном и положила свою ладонь на его руку. Тот оценил ее жест и немного придвинулся.

- Поверь, я тебе рассказываю это не из жалости, просто мне надо выговориться, понимаешь?

- Прости меня, - на ее глазах стояли слезы, - это все из-за меня.

- Нет, - он ухмыльнулся, - Ты только повод, он просто хотел меня унизить, втоптать в грязь, может довести до предела. И все потому, что я пошел против него. Ты не причем, поверь..

Антон нежно дотронулся пальцами до Аниной щеки, стирая предательски скатившуюся слезу. Неожиданно его рука скользнула под волосы девушки и легла на затылок, еще поглаживая большим пальцем ее подбородок, мужчина притянул девушку к себе и поцеловал. Аня не сопротивлялась, она должна ему этот поцелуй. Хотя бы так она могла поддержать его в эту минуту.

Поцелуй длился недолго, Антон первый разомкнул губы, отпустил девушку и встал с дивана.

- Извини, я не должен был.

- Ничего, я тоже этого хотела, правда. - Мужчина ухмыльнулся.

- Пожалела.

- О чем ты? - Аня вскочила и подошла к нему ближе, - причем тут жалость, я просто захотела тебя поцеловать и все.

- Ясно, нет, Аня не обманывай себя, мужчина чувствует, когда его хотят, а когда просто жалеют. Ладно, забыли. У тебя есть кофе? Угостишь?

Аня вздохнула, да, как-то скомкано все получилось, но поцелуй ей понравился. В душе она улыбнулась, все же приятно осознавать, что она кому-то еще нравится. Оказывается даже она не была лишена женского самолюбия. Эта мысль почему-то развеселила Аню, она выкинула прочь свои переживания и отправилась заваривать кофе.

Глава 4

Удивительно, но после этого всплеска в их общении наступила разрядка, они расслабились и продолжили болтать уже более легко и свободно. Вспоминали обитателей дома Торецкого, Альбину, собак, свою неудавшуюся попытку бежать, смену квартир и забавные случаи из той, уже далекой и чужой жизни. Почему-то сейчас эти события не казались такими страшными и угнетающими, Аня искренне смеялась, вспоминая, как боялась жить в доме рядом с кладбищем, как однажды забыла суп на плите и получила клубы едкого дыма по всей квартире.

Они пили кофе с сырниками и бутербродами, улыбались, смеялись, Ане было легко и просто с Антоном, у них нашлось довольно много тем соприкосновения. Иногда из комнаты выбегала Василиса, взбиралась маме на колени и с интересом слушала взрослых, а когда становилось скучно опять убегала в свою комнату. За ней неизменно следовал верный Сэм, пес все еще с подозрением посматривал на гостя, периодически порыкивая, чтобы показать, кто тут на самом деле хозяин.

Полтора часа прошли почти незаметно. Аня уже почти окончательно расслабилась, но тут разговор пошел в совершенно не ту сторону. Девушка только отошла от холодильника, держа в руке сыр и ветчину для новых бутербродов, когда Антон неожиданно спросил:

- Почему вы живете здесь? Когда узнал, что у тебя есть Василиса, удивился, что вы в России. Был уверен, что Торецкий заберет вас в Испанию. Или он сюда приезжает?

Аня на секунду оторопела. Они так умело обходили этот вопрос стороной, но видимо пришла пора объясниться. Молча Аня положила еду на стол и села напротив мужчины. Почему-то она боялась смотреть ему в глаза, поэтому решила занять руки и стала резать ветчину.

- Не понимаю, с чего бы мне жить в Европе? Мне и здесь нравится.

- Ну, Игорь всегда был собственником, трудно представить, что он вот так просто оставил свою дочь. Не смотри на меня так, только слепой не заметит сходства Василисы с Торецким. Да и по срокам совпадает.

Аня упорно смотрела в столешницу. Ее глаза заволокло туманкой, ей было то ли стыдно, то ли страшно, и вообще неприятно говорить на эту тему. Но молчать уже было неудобно.

- Да, ее отец Игорь? И что? С какой стати мы должны жить рядом с ним? Нас здесь все устраивает, отличная инфраструктура, море опять же недалеко. И давай не будем на эту тему, хорошо?

Она упорно продолжала резать бутерброды, не поднимая головы. В воздухе повисло напряжение.

- Он не знает?? Ты не сказала Игорю о ребенке?? Аня, о чем ты думала? - девушка с удивлением посмотрела на Антона.

- А почему тебя это так волнует?

- Да потому что это не нормально, в смысле, как так получилось то, что Торецкий не знает о ребенке?

- Успокойся, не кричи так. Игорь меня отпустил, после того, как нашел нас в Абхазии, совсем отпустил. Я уехала и начала новую жизнь, в которой нет места Торецкому, так понятно?

- И ты ничего о нем не знаешь? Не общаешься никак?

- Нет, зачем? Чтобы снова попасть в клетку.

- Да, да, это понятно... Просто я думаю, что он должен знать о дочери. Ты не думала об этом?

- Нет! Не хочу и не собираюсь! Откуда такой интерес? Зачем тебе это?

- Извини, если бы у меня был ребенок, я бы хотел участвовать в его воспитании.

- Здесь совершенно другая ситуация и ты это знаешь не хуже меня. Антон, давай закончим эту тему? Хорошо?