Алиса в Стране Чудесных Клёнов (СИ) - Арчер Наталия - Страница 15

— Вы назвали свою собаку Герцогиней? — фыркаю от смеха. — Как на это смотрит монаршая семья[21]?

— Ты забыла, что лабрадор-то золотистый, поэтому я надеюсь, что мы не впадём в немилость.

Мы пьём кофе и снова меняемся стаканчиками. Излишняя сладость нового напитка и изысканная острота нашего любимого идеально подходят друг к дружке. Мононуклеоз? Нет, не слышала. Окей, просто никогда раньше настолько мне было не наплевать на использование одного стакана с кем-либо из посторонних.

"Я просто хочу поцеловать Дэна, поэтому заткнись, мой скучный внутренний голос!" — напоминаю себе.

Мы заходим в абсолютно непроглядный мрак-парк, где нет ни одной лампочки освещения, разговаривая о собаках и о том, почему я не могу завести себе животное. Если вкратце, то у мамы “аллергия”, как мне сказали ещё более десяти лет назад. Но, по странному случаю, у неё она может появляться только на животных, что живут внутри нашего дома. Чьи-то чужие собаки и кошки не вызывают никаких реакций, даже если это дедушкин пёс, который может гостить у нас несколько дней. Чушь, знаю. Но уже неловко ловить родителей на лжи во спасение.

Мы гуляем, взявшись за руки, рассказывая забавные истории, делясь сладко-пряным кофе и просто идеально проводя вместе время. Вокруг кромешная темнота, но мне кажется, что свет исходит от нас самих — из наших улыбающихся глаз, смеющихся ртов и быстро бьющихся сердец.

7. "По дороге"

Наша прогулка в кромешной тьме, к сожалению, быстро подходит к концу. Вскоре мы выходим на широкую пешеходную дорогу, подсвеченную яркими уличными фонарями. Центральный парк имеет форму почти идеального прямоугольника, если смотреть по карте. Мы идём, как будто срезая один прямой угол, но по-прежнему находимся на территории парка. И насколько мне позволяет зрение увидеть вдаль, я предвкушаю отличный променад.

— Дэннис, вот тебе восемнадцать, а где ты учишься? — спрашиваю осторожно.

Каким-то образом, мы так и не касались обсуждения этого вопроса в наших разговорах. Лишь слегка, не вдаваясь в подробности. Просто признавая факт, что мы оба посещали школы. Типа: “Когда я учился в седьмом классе…” и так далее.

С одной стороны, я хочу, чтобы мы оказались в одной и той же школе, поэтому не зная наверняка, создаётся приятное ощущение теплящийся в груди надежды. Но с другой стороны, я боюсь узнать, что мы можем быть в одной школе… с Лорен и её армией блондинок. Я думаю, что у неё может быть несколько предубежденное мнение на мой счёт. А её популярность, в которой я не сомневаюсь, способна сделать мои последние месяцы перед выпуском невыносимыми.

Но не задать этот вопрос всё равно нельзя. Рано или поздно мы должны об этом поговорить.

— Я в школе Уиндермир, — отвечает Дэн с выжидающей улыбкой. — А ты?

Мой желудок делает пируэт.

— В название только Уиндермир или есть продолжение? Я хотела бы сказать, что меня зачислили в ту же, но я знаю её как школу Килларни-Уиндермир. Это ведь одно и то же, так?

— Килларни — одна, Уиндермир — совсем другая. Ты адрес знаешь? Или хотя бы улицу? Район? Может, ты заметила какого-нибудь чудика или цветок в окне дома напротив?

Дэн смотрит на меня с улыбкой, думая, что я, должно быть, шучу. Но нет. Я тупо растеряна.

— Дело в том, что мы подались в три близлежащие к нашему дому школы, потому что та, что приписана к нашему району, была переполнена. Сказали, что им надо проверить возможность зачисления ещё одного учащегося. Мы и подались в две другие, на всякий случай, пока ту проверяют. Не в каждую школу готовы принять старшеклассника, которому выпускаться всего через несколько месяцев. Мне и выбирать было не из чего, да и не хотелось особо. Поэтому я сказала, что мне всё равно в какую школу идти, пусть это будет Килларни-Уиндермир. Вот почему я её и запомнила в таком виде, — у меня вырывается стон отчаяния.

Я чувствую себя идиоткой.

Как можно не знать название школы, в которой я собираюсь учиться? Теперь Дэн решит, что я полная дура или на пути к этому почётному званию.

— Почему тебе было всё равно? — спрашивает он аккуратно, нежно сжав мою ладонь в знак поддержки.

— Лёгкая депрессия из-за переезда тому виной. Я была на финишной прямой, чтобы выпуститься из школы, в которую я ходила и горячо любила. Все мои друзья остались в моём маленьком городке. Мне надо начинать всё с нуля и праздновать выпускной с людьми, которых я едва знаю, — отвечаю, чувствуя жалость к самой себе.

Но я больше злюсь на себя за то, что не помню имя своего учебного заведения и даже никакого любопытства не проявила. Могла хотя бы почитать отзывы в Гугле. Вдруг там всего одна звезда? Я честно отложила эти интересные занятия чуть на потом, на после Нового года, так как каникулы всё равно до четвёртого января. Мне казалось, что впереди ещё уйма времени. Сейчас-то я понимаю, что это не так.

Дэннис останавливает меня и разворачивает к себе, мягко взяв за плечи своими тёплыми руками. Одной рукой, точнее, и полупустым стаканчиком с кофе в другой. Пусть будет наполовину полным, я всё же оптимист. Но это прикосновение также приятно. Почти как одна четвертая объятия. Ммм…

— Элис, не переживай. Я абсолютно тебя понимаю. Имя школы не входило в список важных вещей, которые надо было запомнить, особенно, когда тебе и без того требовалось столько всего сделать. Мы узнаем имя твоей школы позже. Мы можем позвонить твоим родителям, когда кино закончиться. К тому же, — Дэна посещает идея, — может, так даже и лучше. По крайней мере, интересней. На вечеринке будут люди из обеих школ. Ты будешь непредвзято к ним относиться, — в его ухмылке читается дразнящий вызов.

Но его слова работают. Мне становится лучше.

“Ладно, пусть будет так. И я всё ещё могу надеяться, что у меня будут общие занятия с Дэннисом, а не с ужасной Лорен и её клонированными миньонами”, — успокаиваю себя.

Я улыбаюсь в ответ, и мы продолжаем наш путь за приятным разговором.

— Расскажи мне о своих друзьях, пожалуйста. Я тебе уже рассказала всё о своих, теперь твоя очередь, — говорю. — Кто будет на вечеринке?

— Извини, я перебью, чтобы убедиться, что мы с тобой синхронизированы. Ты мне рассказала “всё”, — Дэн показывает “воздушные кавычки” пальцами руки, держащей стакан, чтобы не отпускать мою ладонь, — только о Саре, а не “всех друзьях”, — смотрит на меня с несерьёзным укором. — Я всё ещё хочу услышать щекотливые истории о временах твоей бурной молодости за границей.

Я начинаю хохотать.

— Да, ты права, точнее будет сказать “ещё больше щекотливых историй”, — поправляет себя Дэн, смеясь заодно со мной.

Я ему рассказала про прошлогодний Хэллоуин, когда меня вынудили пойти на выклянчивание конфет вместе с моими малолетними племянниками. Угораздило их приехать в гости именно на ту самую злополучную неделю. Я, конечно же, была против. Никто на трезвую голову не ходит в шестнадцать лет в глупых костюмах по соседям. Такое веселье не по мне. Но дети отказывались идти, если я тоже не буду в костюме. Поэтому я попросила Сару составить мне компанию. Вдвоём унижаться — в два раза легче.

Мы потратили три дня на поиски нарядов, чтобы никто и никогда не смог бы нас вычислить. И мы нашли их: Дарт Вейдер и Чубакка[22]для меня и Сары.

А для детей ещё круче: Люк Скайуокер (им был мой старший племянник в своем кимоно для карате), Принцесса Лея (девчонку было просто собрать, а вместо прически обошлись моими полноразмерными беспроводными наушниками) и Хан Соло (самый младший, самый душка)*.У нас получилось идеально вжиться в роли с Сарой, так как из-за масок было всё равно не разобрать, что мы говорили. Поэтому из нас получились скорее два отличных Чубакки, по большому счёту, а дети все переговоры взяли на себя, что у них прекрасно получилось. Это был самый смешной Хэллоуин, из тех, что у меня когда-либо были. А такого количества конфет, я и не представляла не в промышленных масштабах.