Бык из моря - Джеллис Роберта - Страница 63

— Сейчас он успокоился, — говорила она, встряхивая Федру. — Просто отвлекай его, пока Исидор не выскользнет. Он не тронет тебя. Ты его кормишь.

— Нет! — верещала Федра. — Нет, не пойду! Его надо морить голодом, пока он не ослабеет, а потом убить! Говорю вам, он убил Исидора! Он изменился. Он больше не боится огня!

— Яростный мстительный бог, — произнесла Пасифая. Глаза ее были широко раскрыты, но она вряд ли видела дочерей. — Его надо смирить.

— Ему только восемь лет, — сказала Ариадна. — Его бьют — и он бьет в ответ, как любой ребенок. Надеюсь, Исидор жив, но если даже он мертв — мне не верится, что Минотавр тронет меня. И все же... — Она перевела взгляд с Пасифаи и сестры на стражников и обратилась прямо к ним: — Не закладывайте засовов, когда я войду, и будьте готовы по первому моему крику открыть дверь. Если вы по двое навалитесь на каждую створку, он не сможет распахнуть их.

Позвали еще стражников. У дверей царило молчание. Подошли двое — помочь держать створки, и еще двое встали перед дверьми с пиками наготове, чтобы удержать Минотавра, если он попробует вырваться. Один из тех, что держал дверь, показался Ариадне знакомым.

— Госпожа, — сказал он, — ты не слышала, как кричал Исидор. Похоже было...

— Тихо! — велела Пасифая. — Отвори дверь и впусти жрицу Диониса. Ее бог защищает ее. — Улыбка, в которой не было ни веселья, ни доброты, искривила губы царицы, но глаза по-прежнему слепо смотрели в никуда. — Вот и увидим, чей бог сильней, так?

Ариадна смотрела на царицу, удивляясь, как может она после столь очевидного провала так глупо продолжать держаться за мысль возвысить Минотавра над Дионисом. Однако после ее слов ужас, овладевший было Ариадной при мысли, что придется идти к Минотавру, пропал. Дионис не станет — а более вероятно, не сможет — биться с Минотавром, но он сможет подхватить ее и куда-нибудь унести.

Стражники у дверей вслушивались в звуки, доносившиеся изнутри; тот же стражник негромко сказал:

— Он сейчас вдали от дверей, госпожа. Ариадна кивнула:

— Тогда приоткройте — немного, только чтобы я протиснулась.

Очень осторожно, чтобы не расслышал Минотавр, девушка скользнула внутрь. Потом огляделась, нашла его — и, пораженная ужасом, застыла на месте, так и не отойдя от дверей. Пол вокруг ее сводного брата и неподвижного тела помощника был залит кровью, и Минотавр, казалось, принюхивается к трупу.

— Минотавр! — вскрикнула она.

Он вскинул голову — и Ариадна в поисках опоры схватилась за косяк. На миг к ее горлу подступила тошнота. Вся морда Минотавра была в крови, а из пасти свешивался длинный лоскут кожи с мясом.

— Прекрати! — закричала Ариадна. — Люди не убивают и не едят людей! Прекрати! Сейчас же!..

Он резко выпрямился и уставился на нее.

— Бог! — проревел он. — Бог-Бык!

Поставив ногу на мертвое тело, он ухватился за руку убитого и без малейшего усилия оторвал ее. Ариадна вскрикнула. Минотавр засмеялся.

— Жертва! — сообщил он. — Боги едят людей.

Кричать на него бесполезно. Ариадна облизнула пересохшие губы и тяжело сглотнула.

— Нет, — возразила она, стараясь говорить спокойно и ровно. — Нет. Боги добры. Они помогают людям.

Она заставила себя пойти вперед. От ужаса ее трясло, но она твердила себе, что, как бы он ни был огромен — а за последние десять дней он вырос еще примерно на фут, — Минотавру всего-навсего восемь лет. Дети дерутся друг с другом и колотят друг друга — когда злы. Можно не сомневаться: Пасифая разозлила Минотавра, а служитель вмешался, спасая царицу. Ариадна попыталась ухватить его за руку и увести от мрачных останков, но он оттолкнул ее с такой силой, что она отлетела, не удержалась на ногах и упала. Минотавр отшвырнул оторванную от трупа руку и двинулся к Ариадне. Она задохнулась от ужаса и попыталась отползти. Потом попробовала крикнуть, чтобы стражи открыли дверь, но от страха у нее перехватило горло.

— Не трогать, — проговорил Минотавр своим рокочущим басом. — Прости. Люблю Ридну. Не трогать. — Он остановился, глянул через плечо на разодранный труп, потом снова повернулся к Ариадне. Его красивые бычьи глаза сверкали. — Не нравится? Уходи. Минотавру нравится. Мясо людей — вкусно.

Он наклонился и поднял ее — не грубо, но пальцы его замарали Ариаднино платье и тело кровью. Она фыркнула и закашлялась. Минотавр почти печально покачал головой и понес ее к дверям. Несмотря на двух повисших на створке стражников, он легко приоткрыл ее — Ариадна слышала их команды, но Минотавр не обратил на них ровно никакого внимания. И вырваться он не пытался. Просто швырнул Ариадну в проем и спокойно позволил дверям захлопнуться за своей спиной.

Глава 16

Ариадну окружали вздохи и приглушенные вскрики. Она смутно сознавала, что стоит, привалившись к стене, в коридоре Дворца, что вокруг нее хлопочет Федра... Она даже попыталась что-то сказать, чтобы убедить сестру — та все твердила: «На тебе кровь!» — что невредима... но голоса не было. Все силы Ариадны уходили на то, чтобы не потерять сознания.

Потом, предупреждая об угрозе, раздались куда более громкие вопли и крики: Минотавр решил последовать за ней. Она хотела повернуться и попросить его вернуться в комнату, но тут могучие руки схватили ее. Это было уж слишком. Ужас наконец одолел ее и, закружив, унес во тьму бесчувствия...

...но памяти ужас ее не лишил. Еще не открыв глаз, Ариадна вспомнила кровь, разодранный труп — и с криком «Отпусти меня!» попыталась вырваться из держащих ее рук.

— Ты упадешь.

Ее глаза тотчас распахнулись — и встретили синеву Дионисова взора.

— Господин, — выдохнула она. — Я думала, это Минотавр. — И приникла к его груди, задыхаясь и захлебываясь слезами.

Какое-то время Дионис обнимал ее молча, гладил по голове и согревал теплом своего тела — так же, как бессчетное число раз согревала его она, когда он приходил, сотрясаясь от холода и ужаса Видений. Наконец ее всхлипы утихли и он осторожно подвел ее — нет, не к обычному их месту, а к двойной скамье, чтобы сидеть с ней рядом.

— Мне так жаль, любимая... — пробормотал он. — Посейдон никогда не думает, кого бьет. Он зол на твоего отца — вот и поразил бы его.

Ариадна вскинула голову.

— И получил бы в Кноссе царя далеко не столь преданного и щедрого в жертвах? Минос обманул Посейдона лишь раз — да и то отдал трех быков за того, что присвоил. — Голос ее оборвался, она опять начала всхлипывать. Дионис притянул ее к себе и крепко обнял.

— Что я могу поделать, любимая? Нет такой силы, что превратит Минотавра в человека. Ни у меня, ни у Гекаты — а ей доступна магия, во многом превышающая Дары олимпийцев. Но даже и она не может исправить сделанного Посейдоном. Я спрашивал. Спрашивал даже у Зевса. — Дионис помолчал, приподнял ее личико и поцеловал полные слез глаза. — Лучше бы ты послушалась меня восемь лет назад, — грустно проговорил он. — Это спасло бы от горя многих — и самого беднягу быкоглавого тоже.

Ариадна вздохнула.

— Возможно. Но он был так мал, беспомощен, так ужасно уродлив... Убить его? Нет, я бы не смогла.

— У тебя слишком мягкое сердце. Он уже давно не маленький и беспомощный. А сейчас вот убил ни в чем не повинного слугу. И как же теперь быть?

— Что есть, то есть — говорить ты горазд. — Ариадна оттолкнула его. — Ты говоришь так, будто никогда не убивал сам, будто сам ты — не жестокий бог, который не дает себе труда хотя бы попробовать помочь тем, кто почитает его. Я прощала тебе все ужасы. Я говорила себе, что причиной им — непонимание. Теперь я вижу, что обманулась. Тебе попросту все равно. Наверное, тебе весело было смотреть, как мать и служанки Пентея рвут его в клочья. Ты...

— Нет! — побледнев, вскрикнул Дионис. — Я не хотел этого! Я убивал и позволял убивать, чтобы напитать лозы, но только злодеев и тех, кто сам хотел стать жертвой — а Пентей притеснял женщин, ходивших в мои святилища. Я хотел только освободить их, хотя бы на время, от запретов, которыми он связал их. Я думал — они побьют его, напугают, и он поймет, что должен разрешить женщинам поклоняться мне. Я просто не знал, как сильна их ненависть... — Голос его оборвался, и он в упор взглянул на Ариадну. — Ты ненавидишь меня? — тихо спросил он.