Инга (СИ) - Кленов Виталий - Страница 54

И вдруг, преодолевая очередную такую преграду, девушки случайно обнаружили, что речка в этом месте раздваивается и одним рукавом утекает за устроенную бобрами плотину. Из-за поваленных деревьев этого ответвления практически не было видно, и они, недолго думая, решили свернуть с основного русла и перетащили лодку в начинавшийся за плотиной рукав.

Сил грести не осталось, и беглянки поплыли, доверившись течению. Речка здесь текла куда спокойнее, завалов практически не было, и они наконец-то могли отдохнуть.

— Инга!

— Да, Марго?

— Что мы будем делать? Мне кажется, нам надо составить какой-нибудь план и следовать ему.

— Ты совершенно права! Нужно что-то придумать…

— Я знаю, ребята нас ищут. Но из-за того, что мы все время убегаем, они могут нас не найти.

— Марго, а ведь ты чертовски права! — воскликнула Инга. — Нам необходимо выработать тактику.

— Есть идеи?

— Помнишь, Андрис сказал нам: «Встречаемся на горе!»? Значит, нам необходимо вернуться к Воттовааре.

— Если двинемся назад, то можем столкнуться с бандитами, — предположила Марго.

— Идти вдоль реки нам нельзя, да и не получится. Тут сплошные болота, — задумчиво произнесла Инга. — В обход придется.

— Смотри! — вдруг вскрикнула Марго.

Инга обернулась, но ничего не увидела.

— Мне кажется, я видела там огромного медведя, — указала на берег Марго.

Инга снова обернулась и внимательно осмотрелась: в зарослях никого не было, а вскоре то место и вовсе скрылось из поля зрения.

— Показалось, наверное, — сказала Инга.

— Может, и показалось, — согласилась Марго. — Только как-то странно это выглядело!

— В смысле?

— Понимаешь, когда я его увидела, он стоял и смотрел на нас, прислонившись к березе, как человек. А потом ты перекрыла мне обзор, и он исчез.

Инга внимательно смотрела на Марго. Та почувствовала себя неуютно, словно несла какой-то бред.

— Может, это от усталости? — предположила она.

— Может, — кивнула Инга.

Девушки молча продолжали плыть дальше, изредка поглядывая на берег, но вскоре впереди, среди макушек деревьев, завиднелся просвет, и они переключили внимание на него. Что это? Почему там не растут деревья? Получится ли выбраться на сушу?

И чем ближе становился просвет, тем больший интерес он вызывал: что-то менялось, и хотелось, чтобы эти перемены происходили к лучшему. В конце концов деревья впереди расступились, и взгляду девушек открылись огромные водные просторы. Перед ними лежало озеро.

Они тут же пристали к берегу и выбрались из лодки. Земля под ногами была сухой и твердой, и уже одно это доставляло несравненное удовольствие. Почти целый день им пришлось плыть в шаткой лодке, перетаскивая ее через коряги: по воде, по камням, по болоту, — и вот наконец-то под ногами нормальная твердая земля! Так и хотелось попрыгать по ней, постучать, почувствовать ее твердь!

Девушки привязали лодку к ближайшей березе и пошли взглянуть на озеро. К сожалению, ничего интересного рассмотреть им не удалось: уже начинало смеркаться, и весь берег казался размытой темно-синей полоской. Ни огоньков, ни каких бы то ни было признаков жизни.

Девушки решили уже никуда не ходить и остались ночевать прямо там. Наломали, как обычно, еловых веток и легли, прижавшись друг к другу.

Вдруг Инга спросила:

— Марго, Максим же не перестанет тебя искать?

— Ну и вопросы у тебя! Словно ты в Артеме сомневаешься.

— Откуда же тогда берутся такие подонки, как Андрис? — вздохнула Инга.

— Андрис не показался мне подонком, — не согласилась Марго. — Он нам помог.

— Помог, — с издевкой повторила Инга. — А зачем он здесь оказался? Почему ехал за нами?

— Я не знаю. Думаешь, он хотел сделать что-то плохое?

— Андрис был моим первым и единственным мужчиной. Я любила его. Строила планы и представляла, как мы будем вместе жить… А закончилось все наркотиками! Он перечеркнул мои лучшие годы, мою молодость, мои светлые воспоминания о первой любви. А потом Андриса посадили за распространение наркотиков и воровство. Ты бы хотела, чтобы отец твоих детей был вором? Думаю, нет! А этот не успел появиться, как наделал нам гадостей: окно в доме разбил, Артему тормоза испортил. Потом и сам объявился! О чем он думал? Что я брошусь к нему на шею: «Любимый, ты вернулся? Надолго? Когда обратно в тюрьму?»? И главное, набрался наглости просить прощения! Разве за такое прощают?..

— И что ты ему сказала?

— Чтобы он начал свою жизнь сначала и не портил чужую.

— Мне кажется, у каждой девушки есть свой подонок, — немного помолчав, согласилась Марго. — Но Максим с Артемом не такие. Я уверена! А если все-таки ошибаюсь, то весь этот мир — дерьмо! Даже не хочется думать об этом.

— Прости, Марго. Я тоже верю, что наши не такие! Наши — хорошие! Просто я не так давно знаю Артема, как ты — Максима, поэтому порой сомневаюсь… — вздохнула Инга и прижалась к подруге.

У нее был сильный характер, благодаря которому она справлялась со многими трудностями, но сейчас она остро нуждалась в поддержке. Марго, которая была старше всего на год, почувствовала это и обняла ее. Так и уснули.

***

Утро разбудило девушек ярким солнечным светом, пробивавшимся сквозь кроны деревьев. Из-за тревог и волнений последних дней им ни разу не удалось долго поспать; сегодня же у Инги и Марго впервые появилось ощущение спокойствия. Трудно было представить, что бандиты теперь смогут их отыскать, особенно после того, как они свернули с основного русла реки.

Подруги умылись прохладной озерной водой и отправились на поиски грибов или ягод: вначале следовало хоть немного утолить ставший уже постоянным голод, после чего можно будет осмотреться и решить, как поступить дальше. Они углубились в лес и, чтобы не заблудиться, все время старались держать просвет в поле зрения, особо не удаляясь от берега. Вскоре им посчастливилось набрести на черничник, в котором было полно ягод. Наевшись (насколько это было возможно), девушки повернули в сторону берега, откуда лучше всего просматривалась вся округа.

— Марго, смотри! Что это? — указала Инга на стоявшие близко друг к другу обветшалые деревянные столбики с прибитыми сверху дощечками в виде крыши.

— Похоже на заброшенный погост, — предположила Марго.

— Странный какой-то!

— Старообрядческий. Я такие под Питером видела.

Девушки не спеша шли между покосившимися могильными столбами и вглядывались в них, пытаясь отыскать фамилии, имена или хотя бы год захоронения. Но никаких надписей не было, лишь изредка встречались постаревшие, еле различимые образа. От всей этой картины веяло серой унылостью и давно ушедшими временами, когда староверы, скрываясь от преследования, уходили в глухие места, где им никто не мешал жить согласно древним обрядам и отцовским заветам.

Где теперь их потомки? Умерли, переселились? Никто уже не ответит, а могильник остался. Стоит себе сиротливо в лесу, растут на нем деревья, ягоды, бегают звери. Ушел род, канул в лету, ничего не оставив после себя, кроме этих столбов. Грустное место! Забытое.

— Они же должны были где-то рядом жить, — задумчиво произнесла Инга.

— Давай поищем! — предложила Марго. — Может, что и осталось. Хотя, конечно, с тех пор все могло пропасть…

— Пойдем, поищем, — согласилась Инга и весело подмигнула: — Вдруг какой старичок сохранился! Помнишь, по телевизору показывали, как в тайге целую семью староверов нашли? Без электричества, без новостей жили. Совершенно одни!

Девушки вышли к озеру. Сколько они ни вглядывались, изучая береговую полосу в пределах видимости, так ничего и не обнаружили. Им было ясно, что если здесь и есть какое-то жилье, то искать его необходимо именно на берегу, поэтому они двинулись вдоль озера.

Искать пришлось недолго. Не прошло и десяти минут, как за деревьями показалась деревенька домов в пятнадцать. Находилась она сразу за погостом, а не видно ее было потому, что стояла она в заливе. Видимо, староверы нарочно выбрали такое место, чтобы их трудно было найти.