Инга (СИ) - Кленов Виталий - Страница 20

На одном из снимков был сфотографирован смятый листок:

Григорий Семенович Воронцов

Нижн. Новгород

Ворвз

«Так-так, становится интересно, — подумала она, никогда не верившая в совпадения. — Тем более надо ехать!»

***

Представители компании «Трикорт» прибыли в Нижний Новгород в воскресенье, за день до начала выставки.

Гостиница находилась в самом центре, недалеко от главной пешеходной улицы города. Оставшись довольной номером, Инга разложила вещи и отправилась на прогулку. Спросив у первого встречного дорогу к Нижегородскому кремлю, она пошла в указанном направлении. Центральная пешеходная улица с красивым названием — Большая Покровская — чем-то напомнила ей Арбат. Театры, кафе, старинные здания, чугунные фонари — все то же самое. Инга прогулялась по территории кремля, полюбовалась со смотровой площадки на Волгу и вновь вернулась на Покровку.

На улице уже начало смеркаться, зажглись фонари, пешеходов почти не осталось, поэтому Инге сразу бросилась в глаза несколько странная картина. Посреди улицы мужчина лет пятидесяти разглядывал руку молоденькой девушки и что-то тихо рассказывал. В стороне стояла небольшая группа людей, образуя к нему живую очередь. Ингу разобрало любопытство: такого она еще не видела. Прямо на улице — хиромант!

Она не стала долго раздумывать: в Москве, конечно, она бы на такое не повелась, но в командировке — другое дело. Здесь торопиться было некуда, смотреть телевизор в гостиничном номере не вызывало желания, поэтому Инга решила присоединиться к группе ожидающих. К моменту, когда подошла ее очередь, стемнело окончательно, и на улице уже никого не осталось.

Хиромант взял руку Инги и повернул к свету фонаря. Разглядывая линии, он несколько раз переводил взгляд на ее лицо, затем снова тщательно изучал все бугорки и извилины — сначала на одной, а затем и на второй ладони. Это продолжалось довольно-таки долго, но наконец мужчина отпустил ее руку и сказал:

— Вы знаете, я, наверное, сегодня сильно устал. Ничего не понимаю, куролесица какая-то.

— Все с вами ясно! — ухмыльнулась Инга.

— Вы думаете, я аферист? Прохиндей?

— А я должна думать что-то другое?

— Хорошо. Давайте!

Она полезла в сумочку и достала тысячу рублей.

— Да не деньги, руку давайте! — сердито произнес хиромант.

Он взял ее ладонь и сказал:

— В недавнем прошлом вы пережили тяжелую потерю.

— О-о! Начинается! — Инга потянула руку назад. — Теперь вы предложите мне почистить карму. Но это стоит уже других денег. Правильно?

— Я не возьму с вас денег. Я вообще здесь не ради денег, — произнес мужчина. — Мной движет интерес, практика, многообразие.

— Вы серьезно? — удивилась Инга, и ее уверенность поколебалась. — Если так, то прошу прощения.

— У вас есть увлечения?

— Я люблю читать! Фантастику, например.

— Отлично. Тогда вы меня поймете. А деньги мне люди дают, кто сколько хочет. По возможности.

— Ну хорошо. Если разрыв отношений с молодым человеком — это потеря, то она действительно была.

— Я знаю, но только эта история не закончена. Она к вам еще вернется.

Инга промолчала. В голове понеслись тревожные мысли. Мужчина взял ее под локоть.

— Вам в какую сторону? — спросил он. — Поговорим по дороге. Я вас немного провожу.

— Да, конечно, — согласилась Инга, и они неспешно пошли по мостовой.

— Дайте еще раз вашу руку. Вот смотрите, какая странность: линия жизни прерывается, будто попадает туда, откуда нет обратной дороги, а потом вновь продолжается. Что это значит? Как объяснить, я не знаю. И вообще, у вас слишком много знаков, которым я не могу дать определения.

Инга не понимала, как все это воспринимать, и была уже не рада, что хиромант согласился рассказать ей будущее. Лучше бы сразу ушел.

— Видите ли, руки у всех людей индивидуальны и никогда не повторяются, — продолжал мужчина. — У каждого своя судьба. Но что странно: линии на вашей руке показывают, будто у вас две судьбы. Брак один, а мужчин, которые вам предназначены, двое, но все решится само собой. Запомните это! Потому что все, что бы вы ни предприняли, только усугубит ситуацию. Как в сказке: «Направо пойдешь — коня потеряешь; налево пойдешь — сам пропадешь; прямо пойдешь — и себя и коня потеряешь». Вам порой лучше отпустить вожжи и довериться случаю — куда кривая вывезет. А она вас обязательно куда-нибудь вывезет. В любом случае ваша жизнь будет весьма интересной. Не бойтесь!

— Получается, от меня самой ничего не зависит? Это как-то неправильно, я так поступать не умею.

— Ну, это уж вы сами решайте. Кто предупрежден — тот вооружен!

— Это все? — спросила Инга.

— Есть на вашей руке еще один знак, который говорит о том, что у вас в жизни будет сильный покровитель. Я бы даже сказал, ангел-хранитель, но это выражение не совсем верное. В общем, он будет защищать вас в любой ситуации, что бы ни случилось.

Инга сжала губы: мозг лихорадочно перескакивал с одной мысли на другую. Первый мужчина, конечно, Артем — это ясно! Кто второй? Андрис? Он сейчас в тюрьме. Никакого второго просто нет, это на сто процентов ошибка! Еще какой-то покровитель — тоже не очень понятно. Дядя Саша, Артем, Максим? Может быть, папа? В принципе, любой из них может. И еще этот рассказ о месте, откуда никто не возвращается… Это что — о клинической смерти? Тоннель, свет и все такое? Полный бред. Хиромант явно что-то напутал.

Инга оглянулась: рядом никого не было. Она сидела одна на холодной лавочке под тусклым уличным фонарем…

Утром следующего дня, встав пораньше, она отправилась на выставку. Андрей Чернышов с водителем были уже на месте. Они разбирали коробки, раскладывали буклеты, и Инга сразу включилась в работу, позабыв о странном вчерашнем приключении.

Она любила участвовать в выставках. Особенно в первые дни! К стенду подходило огромное количество людей, которые впервые сталкивались с их компанией; были и такие, кто о них уже слышал и целенаправленно шел на выставку, чтобы пообщаться вживую. Это было увлекательно, и Инга с удовольствием со всеми разговаривала, рассказывала и объясняла. Чернышов тоже молодец: понимал, что одной ей не справиться, и даже не предпринимал попыток отпрашиваться, но, как только выставочный день заканчивался, бесследно исчезал. Зато и не надоедал.

Инга твердо решила при первой же возможности найти что-то вроде адресного бюро. Вечером она подошла к охраннику, дежурившему на выходе, и спросила у него совета, как можно найти человека, если о нем ничего не известно, кроме фамилии и места рождения. Немолодой охранник взглянул на протянутую Ингой фотографию на телефоне и отправил ее на Рождественскую улицу. Там находился отдел адресно-справочной работы по Нижегородской области. Правда, когда Инга его нашла, ее ждало разочарование: оказалось, что отдел работает с восьми утра до семнадцати ноль-ноль.

«Что ж, придется завтра проснуться пораньше!» — решила она, не намереваясь отступать, тем более что дело касалось Артема.

Во вторник ей все-таки удалось заказать справку, а вот получить заветный список, где числилось аж семнадцать Григориев Семеновичей Воронцовых, более-менее подходящих по возрасту, Инга смогла только в среду.

Семнадцать Григориев Семеновичей Воронцовых! Откуда столько в одном городе?! После работы Инга взяла такси и успела объехать за вечер трех предполагаемых отцов, ни один из которых не сознался ей в грехе молодости. Еще четверых она посетила на следующий день, и опять результат оказался нулевым. Поразмыслив, Инга поняла, что сознаваться в том, что у него, возможно, есть ребенок от другой женщины, вряд ли кто станет. Да и самой Инге выслушивать негатив и подозрения вторых половинок «несчастных Воронцовых» было неприятно.

«Пожалуй, это не самая лучшая моя идея, — наконец решила она. — Но не попытаться я не могла». В любом случае оставался всего один вечер, и объехать всех предполагаемых отцов у нее не получилось бы чисто физически… Поэтому она приняла непростое для себя решение — прекратить поиски.