Красавица - Джексон Мелани - Страница 43

— Меня ослепил гнев, — признался Стивен. И разочарованно пожал плечами. — К тому же ты могла иметь в виду совсем другое. К примеру, что ты хочешь избавить меня от брака, в котором нет и намека на любовь, да еще с женщиной, которая не питает ко мне ни малейшего уважения, — глядя в сторону, добавил он.

Глаза у Белль стали как блюдца.

— Такое мне и в голову не приходило! Я всегда уважала тебя, Стивен! Такое впечатление, что ты путаешь меня с кем-то. С какой-то другой женщиной, забыть которую ты не в силах до сих пор. — Вызывающе вскинув голову, Белль отвернулась.

— Скорее всего я просто не понимал, что заставило тебя решиться на такой шаг, — нехотя признался он. — Но пусть я ошибался в тебе, Белль… поверь, мое сердце свободно. Нет никакой другой женщины…

Несмотря на это заявление, Белль продолжала молча смотреть куда-то вперед невидящим взглядом.

— Мы ведь, кажется, оба согласились, что только остатки этого проклятого зелья могли заставить нас обоих до такой степени потерять голову, что мы вели себя как сумасшедшие, разве нет? — спросил Стивен, украдкой бросив быстрый взгляд в сторону очаровательного девичьего личика.

Несмотря на досаду, он не мог не признать, что благодаря теплому воздуху и плотному завтраку Белль снова свежа как роза.

Подумав немного, Белль смилостивилась и царственно кивнула.

— Ничем другим это безумие объяснить просто невозможно, — признала она. — В жизни своей никогда так себя не вела! Вспомнить страшно! Словно сцена из какой-то дурной пьесы!

— Да уж, просто театр «Друри-Лейн»! Где еще героиня может обвинить любовника в том, что он подсыпал ей снотворное зелье ради того, чтобы надругаться над ней? — хмыкнул Стивен. И вдруг предложил: — Послушай, может, забудем об этом, а? Клянусь, это больше не повторится.

— Я постараюсь, — откликнулась Белль и нервным движением разгладила перчатки, завидев приближающийся экипаж.

Теперь, когда они отъехали от города, проезжающих стало заметно меньше. Правда, Стивену приходилось внимательно следить за дорогой, особенно когда они, как сейчас, съезжали на обочину, чтобы пропустить приближающуюся карету.

— Знаю, что вел себя, мягко говоря, не так, как положено джентльмену, — начал Стивен, уже готовый к тому, чтобы должным образом загладить свою ошибку и извиниться.

Но Белль не дала ему закончить. С очаровательным румянцем на щеках она перебила его прежде, чем Стивен успел приступить к покаянию:

— Перестань обвинять себя. Если честно, то мне тоже было далеко до леди! А уж если вспомнить, как я швыряла тебе в голову тарелки, то вообще непонятно, кому из нас следует извиняться.

— Оскорбленная женщина — страшное дело! — с понимающим видом кивнул Стивен.

— Мне так стыдно, — упавшим голосом призналась она. — Я чувствую себя совершенно больной!

— Понимаю. — Стивен даже отважился улыбнуться. — Знаешь, Белль, то, что я наговорил… это все как дурной сон, ей-богу! Как будто это не ты, а другая женщина… она бросила мне в лицо, что не станет моей женой, и тут я потерял голову. Словно валяться со мной на поляне — это одно, а нот выйти за меня… за какого-то незаконнорожденного ублюдка — совсем другое.

— Ублюдка?! — осевшим голосом пролепетала Белль, отводя глаза в сторону. — Неужели я так сказала? Не может быть!

— Именно так, Белль. Конечно, может, ты и не это имела в виду, но понял-то я так. Ладно, давай забудем все это как страшный сон. Помни только одно, Белль, — сколько бы мне ни суждено было прожить на этом свете, я всегда буду помнить о том, как ты принесла мне в дар свое бесценное сокровище, свою девственность. Первый раз в жизни мне довелось испытать такое счастье, как в тот день, когда ты отдала мне себя. — Он немного помолчал, словно ожидая ответа, потом продолжал: — Может быть, потом, со временем, ты тоже сможешь простить мне мои неразумные слова… Клянусь, что никогда больше, даже в самом страшном гневе…

Внутри у нее все перевернулось. «Да, поистине это утро великих открытий», — подумала смущенная и тронутая Белль. Теперь она могла не сомневаться, что в гневе Стивен может быть поистине безжалостным. Но она знала, что в этом нет его вины. Позор его рождения и мучительный стыд человека, отвергнутого обществом, — вот те страшные призраки, которые преследуют его всю жизнь! Вот отчего он порой и думает, и поступает не так, как другие люди на его месте.

Близился вечер. Недалеко от постоялого двора, где Стивен рассчитывал переночевать, они вдруг неожиданно стали свидетелями небольшой битвы, разыгравшейся прямо тут, на дороге. Им поначалу было невдомек, что тут происходит: огромное стадо, придя в неистовство, кружило на одном месте, а кругом раздавались нестройные вопли, сыпались приказы, которые никто и не думал исполнять, и воздух то и дело сотрясали ужасные проклятия, притом произнесенные с таким жутким акцентом, что Белль со Стивеном поначалу не могли разобрать ни слова.

— Проклятие! Идиоты несчастные! — прорычал Стивен, едва успев натянуть поводья на крутом повороте дороги, когда прямо под носом у лошадей внезапно прогрохотал выстрел, заставив несчастных животных пронзительно заржать от ужаса.

— Стивен!

— Держись, Белль! — Стивен буквально повис на поводьях, стараясь удержать взбесившихся от ужаса лошадей.

Но те, дробя копытами воздух, взвились на дыбы, угрожая в любую минуту опрокинуть коляску. Кое-как Стивену все-таки удалось утихомирить их, однако правое колесо угрожающе накренилось и вдруг оглушительно треснуло, угодив в какую-то яму. И прежде чем Белль успела вскрикнуть, легкий экипаж перевернулся. Мощным толчком Белль выбросило на обочину дороги. К счастью, она угодила не на камни, а прямехонько, в заросли пушицы и приземлилась, словно на мягкую перину. Слегка оглушенная, но нисколько не пострадавшая, она кое-как встала на колени, машинально поправила съехавшую на кончик носа шляпку и окликнула Стивена. Ответа не последовало, и Белль принялась шарить по земле. Поиски оказались напрасными — Стивен будто сквозь землю провалился, к тому же темнота вдруг наполнилась топотом сотен ног.

Столб пыли поднялся в воздух, в лицо Белль полетели ошметки грязи, и вдобавок чьи-то острые копыта пригвоздили к земле грязный подол ее юбки. Ошеломленная и испуганная, она, однако, хорошо понимала грозившую ей опасность, когда копыта лошадей и коров сотрясали землю буквально в нескольких сантиметрах от ее головы. Времени терять было нельзя, поэтому Белль, собравшись с духом, ужом отползла туда, где посреди дороги валялась опрокинутая коляска, и притаилась там, стараясь не привлекать к себе внимания.

Где-то рядом прогрохотали копыта и вновь послышались выстрелы. Крик боли разорвал воздух. У Белль перехватило дыхание, когда тело какого-то старика в темном костюме тяжело осело на землю возле опрокинувшейся коляски. Даже несмотря на сумерки и темную ткань одежды, можно было легко заметить, что куртка у него на груди пропиталась кровью.

— Стивен! — прошептала Белль, схватившись за сердце.

— Какого дьявола?! — оглушительно прогремел у нее над головой чей-то грубый голос, заглушить который не мог даже топот бесчисленных копыт и испуганный рев обезумевших животных. — Что там с этим щеголем?

— Оставь, пусть его валяется вместе с остальными. Коли не сломал себе шею, значит, скоро очухается. Не похоже, чтобы сломал. Не бесись, лошадка! Эх, перережу-ка я им постромки, пока несчастные животинки не обезумели со страху.

— А куда ж запропастилась его девчонка? Во дела! Должно быть, валяется где-то на дороге. А и хорошенькая же штучка, лопнуть мне на этом месте! Может, прихватим ее с собой да малость позабавимся?

— Отыщи ее, слышишь? А найдешь, тащи сюда! Да поторапливайся! Нам давным-давно пора уносить ноги вместе со всем скотом! Надо перейти границу под покровом ночи, пока коров не хватились! А замешкаемся — мигом пошлют погоню, и нам конец! Не хотел бы я, чтобы их собаки вцепились мне в пятки, когда я буду удирать!

Сообразив, что речь идет о ней, Белль мгновенно распласталась на земле и неслышно поползла вдоль канавы, стремясь убраться подальше от этого опасного места. Сердце ее колотилось так, что едва не разорвало ребра. Ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы не кинуться бежать. «Нельзя поддаваться страху!» — твердила она про себя. У нее нет ни оружия, ни какой-либо возможности отыскать его среди разбросанных вещей — ее тут же заметят.