Убить во имя Сатаны! (ЛП) - Смит Брайан - Страница 13

Так что ты собираешься делать, а? - спросил он себя. - Просто ляжешь и погибнешь?

Так оно и оказалось. Он посмотрел налево и увидел Кейтлин. Как и он, она стояла, прижавшись спиной к стене. Она была всего в нескольких футах от него. Ему хотелось протянуть руку и сжать ее, чтобы успокоить. Но даже сейчас, столкнувшись лицом к лицу с почти неминуемой смертью от рук этих психов, она, вероятно, отдернула бы руку, избегая физического контакта с жалким выродком.

Обладатели мачете вошли в глубь комнаты. По указанию девушки они рассредоточились, чтобы уменьшить вероятность того, что кто-то из членов группы обежит их и доберется до двери. Одна из участниц группы споткнулась о собственные ноги при попытке отступить, и упала на пол спиной. Она пыталась отползти назад, когда нападавшие приближались, но лишь скользила в большой луже крови. Нападавшая девушка догнала ее и остановилась над ней на мгновение, прежде чем воткнуть лезвие мачете глубоко ей в живот. Это вызвало еще больший крик, смешанный с рыданиями выживших членов группы, которые тоже скоро умрут.

Затем сумасшедшая девушка заметила Кейтлин, съежившуюся в углу, и сделала то, что Сет нашел странным даже в этом, и без того странном и крайне испорченном, контексте. Она улыбнулась. Затем она начала смеяться. Кейтлин покачала головой и начала бормотать слово "нет" снова и снова.

Улыбка сумасшедшей девушки померкла и сменилась насмешливым выражением взрывной ярости. Секунду спустя она подняла мачете и бросилась прямо на Кейтлин. Сет, словно парализованный, наблюдал, как она бросается вперед. Затем он в панике огляделся и заметил закрытую дверь кладовой в дюжине футов справа от него.

Лучше бы ты была не заперта, сучка.

Он схватил Кейтлин за руку и изо всех сил потащил в том направлении.

10.

Третьим фильмом дневного марафона ужасов 39-го канала был "Адский мотель". С добавлением рекламы и удалением нескольких небольших фрагментов потенциально оскорбительного контента. Время показа на телевидении составило два часа, как и у всех других фильмов марафона. Независимо от первоначальной продолжительности театральных версий, будь то восемьдесят минут или два с половиной часа, все они были либо сокращены, либо расширены за счет комбинации дополнительных рекламных роликов и более длинных хост-сегментов, чтобы уместиться в двухчасовом интервале.

Следующим фильмом в расписании марафона стал "Видеодром", один из самых любимых фильмов Уэсли Кэмпбелла. Было бы интересно посмотреть, насколько серьезно канал 39 уничтожил шедевр Дэвида Кроненберга начала 80-х. Он подозревал, что он будет едва узнаваемым, со стертыми всеми фантастическими трансгрессивными элементами. Возникает вопрос - зачем даже пытаться урезать такой фильм, как "Видеодром", до такой степени, чтобы он был приемлем для телезрителей, если тем самым вы лишили его истинной сущности?

Учитывая все обстоятельства, Уэсли считал фильм явно странным выбором для показа преимущественно основной аудитории, наблюдающей за марафоном. У большинства из них, в лучшем случае, был бы лишь случайный интерес к ужасам. Из тех людей, которые стали интересоваться жуткими фильмами - только тогда, когда календарь переместился на октябрь. Даже тогда казуальные игроки в основном хотели видеть ограниченный набор предложений стандартных жанров. Различные части франшиз "Хэллоуин" и "Пятница 13-е" или экранизации Стивена Кинга. Что-то в этом роде. Уэсли не был жанровым снобом. Он любил эти фильмы так же сильно, как и фильмы более смелые и экспериментальные. Это было чистое развлечение. В этом нет ничего плохого.

Примерно в середине "Адского мотеля" канал 39 перешел от фильма к ведущему сегменту графа Грэйвмора. Веселая органная музыка нарастала, когда граф фальшиво безумно хохотал. Камера приблизилась к покрытому косметикой лицу графа, когда он начал описывать свою неудачную попытку возделывать человеческий сад. Далее он объяснил, как это не сработало из-за "гниения" трансильванской земли. Многие сегменты графа были такими, черпая вдохновение из фильмов, которые он вел. Он вплетал множество банальных шуток и жутких каламбуров, большинство из которых были настолько плохими, что заставили бы Форри Акермана[6] съежиться. Актер, играющий графа, был самым веселым исполнителем, которого Уэсли когда-либо видел. Он поставил свои реплики таким образом, что показался ему дисконтным Винсентом Прайсом.

Уэсли подумал, что этот парень совершенно потрясающий. Он надеялся, что этот человек будет жить вечно и будет вести фильмы на 39-м канале до скончания веков. Конечно, это было маловероятно, но перспектива мира без графа и его дрянного шоу была ошеломляюще мрачной.

Когда сегмент закончился и началась реклама, Уэсли встал, чтобы пойти в ванную. Он выпил больше пяти бутылок пива, и походы в ванную комнату, чтобы опорожнить мочевой пузырь, становились все более частыми, и ситуация будет только ухудшаться, поскольку пивные бутылки продолжали накапливаться на кофейном столике. В любой другой день он не стал бы так рано пить алкоголь, но сегодня Хэллоуин, его любимый день в году. Для Уэсли это всегда был день празднования, даже если ему приходилось праздновать в основном в одиночку. Это был единственный день в году, когда остальная часть общества всем сердцем принимала жанр, который увлекал его большую часть жизни. Тот день, когда мир обрел смысл, и он не чувствовал себя плохо подходящим кусочком головоломки. Завтра случится эмоциональный крах, но сейчас он не думал об этом.

Выйдя из ванной, он пошел на кухню, чтобы взять еще пива из холодильника. Он как раз приоткрывал дверь, когда услышал грохот с заднего двора. Нахмурившись, он вошел в соседнюю столовую и через большое окно выглянул во двор. Он отдернул прозрачную занавеску и огляделся. Он нахмурился еще больше. Там никого не было, если только они не прятались в старом сарае, в глубине двора. Также там была небольшая деревянная терраса, на которую можно было попасть через дверь на кухне. Красный гриль для барбекю во дворе перевернулся набок. Он полагал, что это было причиной звука, который он слышал, но он не был уверен, что могло вызвать это. Решетка была прочной. Чтобы его опрокинуть, потребовалось бы нечто значительно более резкое, чем сильный ветер.

Он вернулся на кухню, чтобы посмотреть на дверь, которая выходила на террасу. Его пульс снова участился, когда он заметил положение некоторых шезлонгов, которые, казалось, были отодвинуты в сторону. Кто-то - или что-то - определенно был во дворе в течение последних нескольких минут. Переворачивание гриля - это одно. Если бы он достаточно сильно постарался, он мог бы придумать этому не зловещее объяснение. В контексте изменения положения шезлонгов это было невозможно.

Могло ли это сделать животное?

Он не был уверен.

Густые деревья стояли за огороженными задними двориками по эту сторону улицы. Там была довольно активная дикая природа. Однако, как он ни старался, он не мог представить себе, как какое-то большое животное выйдет из леса, перепрыгнет через решетчатый забор и выйдет на террасу. Это был дом его родителей. Он присматривал за ним, пока они были в отпуске в Коста-Рике. Когда он жил здесь ребенком, он ни разу не видел во дворе лесного существа значительного размера. Иногда он видел опоссумов и белок, но не более того.

Нет.

Ни одно животное этого не могло сделать. Не было смысла пытаться объяснить беспорядок во дворе. Это сделал человек. Вероятно, с каким-то недобрым намерением. Их соседи и друзья знали, что Боба и Памелы Кэмпбелл не было в городе долгое время. Какой-нибудь кусок говна преступного типа легко мог бы узнать об их отсутствии. То, что он слышал, вполне могло быть тем, что в дом пытался проникнуть потенциальный грабитель, который испугался и убежал, обнаружив внутри неожиданные звуки человеческой деятельности.