Флирт на поражение - Сойфер Дарья - Страница 12

Женя опустила голову и поморщилась. Украдкой, чтобы Ирина Леонидовна не заметила.

Если остановить на улице случайного прохожего и попросить, чтобы он описал типичного библиотекаря, человек с вероятностью в девяносто девять процентов обрисует эдакую интеллигентную старушку с высоким пучком и тихим шелестящим голосом. Так вот, портрет этот был бы полной противоположностью Ирины Леонидовны. Жесткая феминистка слегка за сорок, казалось, просто перепутала однажды магистратуру библиотечного и архивного дела с Международной бизнес-академией. В каждом ее движении сквозила властность, а голос рассекал умиротворенную тишину ударами кожаного хлыста. И бог с ним даже, с голосом: Цейлер вечно требовала от подчиненных какой-то бессмысленной активности, не имеющей никакого отношения к книгам. То круглый стол организовать, то флешмоб, то ролики для соцсетей… Будто это и не библиотека вовсе, а маркетинговая корпорация. Спасибо, до тимбилдинга пока не дошло.

– Я просто проверить состояние книги хотела… – сымпровизировала Женя, но не тут-то было.

– Плевать мне на книгу! – кощунственно отрезала Цейлер. – Где, я тебя спрашиваю, афиши Веригиной?!

«Кого?» – чуть не ляпнула Женя, но вовремя прикусила язык. Все ее планы на день – свидание сначала с Расине, потом с Кириллом – разлетелись в ошметки, как арбуз, расстрелянный в упор из двустволки. Илона, черт бы ее подрал, Веригина.

Женя еще месяц назад обещала провести встречу с читателями для этой третьесортной поэтессы. Цейлер изо дня в день наворачивала круги у Жени над головой, как сова над мышиной норкой, и требовала устроить какое-то публичное мероприятие, а Веригина как раз принесла в дар свой очередной сборник о тленности бытия. «Прах и крылья» или «Пепел и перья»… Словом, несусветная дребедень. И Женя тогда возьми да и скажи начальнице, что нет ничего лучше для престижа библиотеки, чем авторский поэтический вечер. Ирина Леонидовна дала добро и отстала, а Женя, назначив дату, благополучно забыла и про Веригину, и про ее дурацкие стихи. Вплоть до сегодняшнего дня.

– Ах, эти афиши… – нерешительно протянула Женя, словно перед ней валялись горы самых разнообразных плакатов, оставалось лишь выбрать нужные. – Так все готово… Я вот и думала, куда бы лучше повесить…

– И не нашла ничего лучше, чем хранилище?! – Ирина Леонидовна поджала губы и вскинула бровь, напомнив Жене сердитый эмодзи с моноклем. – Чтобы уж наверняка про нас никто не узнал, да?

– Ну, во-первых, я делала пост в соцсетях…

– Ну, во-первых, у него семь просмотров! – вскипела Цейлер. – Что хочешь делай, но чтоб вышло людно и резонансно! – И она удалилась, клацая металлическими браслетами.

Женя бросила на томик Расине долгий тоскливый взгляд. Кто-нибудь другой на ее месте ухватился бы за любой шанс, только бы не сгнить заживо под кипами французско-русских словарей, но Агафонова сникла. У нее был шанс на победу, а что теперь? Она чувствовала себя, как король Артур, который достал из камня свой легендарный Эскалибур, но не успел заколоть и первого врага, потому что на горизонте нарисовалась сомнительная тетка и отправила его с поля брани на чертов поэтический вечер. История умалчивает, умел ли предводитель бриттов плакать, но Женя ни секунды не сомневалась: случись с ним эдакая досада, он бы точно пустил скупую мужскую слезу.

Агафонова провела не одну сотню битв в «Камне драконов», и всегда войска лорда Эбергорда были разгромлены подчистую. А вот сейчас Женя понятия не имела, что делать дальше. С мероприятия Цейлер не отпустит ее ни под каким предлогом: как и всякая уважающая себя садистка, на этот позор она заставит Женю смотреть до конца. Во сколько, бишь, старуха должна читать свои экзерсисы? В шесть часов вечера? Отлично! Агафонова перевидала уйму поэтов и знала: декламировать стихи они могут до трупного окоченения окружающих. Стало быть, до самого закрытия библиотеки Женя будет в плену рифм, дактиля и прочего амфибрахия. И за это время Ярослава преспокойно накормит Кирилла под самую завязку, окрутит чарами, зафлиртует до полусмерти… И все. Шах и мат, госпожа Агафонова, ваша гильотина готова.

Нет, можно, конечно, задушить в себе последние ростки гордости, позвонить Ясе и попросить о таймауте. Но какой дурак согласится на это? Женя с трудом представляла себе рыцаря, который в разгар сражения вдруг снял бы с себя шлем и вежливо обратился к противнику: «Простите, сударь! Я тут отлучусь на минутку, а вы замрите и без меня ничего не трогайте!» Скорее всего, он не смог бы даже договорить эту фразу, потому что говорить со стрелой в глазнице довольно затруднительно.

Будь Женя сейчас в «Камне драконов», она бы зажала в кулаке игровые кубики, потрясла их хорошенько, пошептала на удачу и помолилась, чтобы ей выпала грань с магией. Тогда бы Женя достала карточку с големом и создала себе на один ход двойника. И пусть магическая тварь слушает Веригину: то, что мертво, умереть не может. Но в жизни создавать клонов Агафонова не умела. Хотя… На одну идею «Камень драконов» Женю все же сподвиг.

– Алло, Влад? Мне нужна твоя помощь! – затараторила она в трубку, едва набрав номер дрожащими от возбуждения пальцами. – Хочешь в следующий четверг быть мастером игры?

Как и всегда, Женя методично следовала советам Сунь-Цзы. Да, пословицу «один в поле не воин» придумал не он. Зато он написал следующее: «Распоряжаясь армией, говори о выгоде, а не о вреде». Поэтому суть своей просьбы Женя излагала членам клуба довольно туманно. Мол, от вас всего-то и требуется, что прийти, привести друзей, родственников и соседей, чтобы дружно послушать несколько малюсеньких стихотворений. А взамен… Тут уж Агафонова включила изобретательность на максимум. Кому посулила дополнительные очки к силе или выносливости на самом старте игры. Кому – возможность взять себе персонажа из новейшего дополнения к «Камню драконов», которое неделю назад только вышло на английском и уже едет в библиотеку. Бог с ней, с ценой, ради такого случая Женя готова была распрощаться с премией. Труднее всего пришлось с Митрофанцевым: всем известно, что вытащить из дома примерного семьянина без веской причины сложнее, чем очистить яблоко без помощи рук. Но после долгих уговоров и клятвенного обещания выдать магу Р’оодергарду карту неисчерпаемой магии сдался и он. Теперь Женя не сомневалась: такого аншлага Веригина перед собой не увидит больше никогда. Не Олимпийский, конечно, но ведь и она – не Стас Михайлов.

Собрав внушительную армию, Женя приступила к следующему этапу – к знаменам. Ну или, на языке простых смертных, к афишам. Тут Агафонову выручили труженики тыла. И если раньше она злилась, что Цейлер учредила на базе библиотеки бесплатные курсы компьютерной грамотности для тех, кто родился до изобретения ЭВМ, то теперь Женя усмотрела в этом не тяжкое бремя, а блестящий шанс.

– Тема нашего сегодняшнего занятия, – радостно объявила она не совсем юным программистам, – графический редактор. Вы можете сделать самую настоящую афишу! Лучшую мы повесим в главном зале. Но не волнуйтесь, без награды не останется никто, – и Женя выдержала эффектную паузу. – Вы все сможете совершенно бесплатно посетить концерт знаменитой поэтессы Илоны Веригиной!

Не то чтобы Жене нравилось обманывать пенсионеров – иначе она подалась бы не в библиотеку, а в Думу. Но уколы совести отчасти смягчались тем, что большинство ее подопечных страдали от тугоухости, а потому потенциальный урон от плохих стихов для них сводился к минимуму.

Пока киберсолдаты выдумывали, каким цветом и каким шрифтом написать фамилию Веригиной, Женя отправилась в читальный зал. Там, в картотеке, хранилось еще одно ее преимущество перед Ясей – анкета Кирилла. Паспортные данные Жене не требовались, – по крайней мере, пока, – а вот номер телефона пришелся как раз кстати. Это простым обывателям нужно выкручиваться, выдумывать правила съема, изощренные подкаты и прочие танцы с бубнами, лишь бы заполучить заветную комбинацию цифр. Библиотекарю достаточно ткнуть пальцем в анкету: «Заполните вот здесь». Работает безотказно.