Чёрный господарь (СИ) - "Мархуз" - Страница 36

— В крайнем случае он поможет или Постойне, или Готшее.

Ещё один приказ последовал о мобилизации, крестьян вполне хватает для создания тридцатитысячного отряда. Когда кадровые войска прибудут в Вену, то можно будет ими заменить местных резервистов, а тех отправить дальше по назначению. Бсё рассчитано, остаётся только исполнять.

И всё бы хорошо, но пока все чесались не особо торопясь, Флаум был взят. Уже 7 октября передовые отряды отправились в сторону Постойны. Австриякам бы объединить своих защитников в единое целое, но этого не произошло. Каждый стоял за своё, а приказов из Вены о смене дислокации не поступило. Впрочем в тылу у резервистов уже действовали мои РДГ, создавая проблемы.

9 октября мой сорокатысячный корпус уже разместился возле Постойны, а оба полка "добровольцев" перекрыли дорогу из Готшее. Во Флаум вошёл романский полк с целью поддержания порядка. В это же время к Вене уже подходил 16-тысячный корпус кадровой армии, а в Нижней Австрии на скорую руку сформировали отряд из 15 тысяч ополченцев. Народ просто прятался от мобилизации, не желая бороться за интересы Габсбурга. Другое дело, дворяне, создавшие 4-тысячный отряд и даже самостоятельно вооружившиеся. Они гордо разъезжали по Вене на своих ценных конягах и гордо мерялись будущими пиписьками.

12 октября колонна из 20 тысяч резервистов, 15 тысяч ополченцев и 4 тысяч дворяской конницы со слугами двинулась к Лайбаху. Мы взяли Постойну, разгромив резервистов, сдуру решивших встретиться в открытом бою, в поле. Героизм героизмом, но чего переть на пушки, которых у меня до фига? Так что сам Лайбах остался голым с небольшим гарнизоном в семь сотен солдат. И что он мог нам противопоставить?

По дороге наши раздавали попадавшимся словенцам трофейное оружие. Нам в спину они стрелять не рискнут, да и не будут, а вот соседским немцам не преминут навалять за прошлые обиды. Стихийно начавшаяся война столь же стихийно развивалась. Колоссальное преимущество в качестве вооружений и солдатской подготовке обеспечивало пока минимум потерь. Другое дело, что количество ударной группировки невелико, иначе и до Берлина дошли бы.

Попутно выяснилась причина "баварского трюка", ха-ха. Их войска начали концентрацию возле провинции Форарльберг, самой западной части Австрии. Могут под шумок захватить её и заняться отторжением в свою пользу Тироля. Впрочем, пока никто на это болезненно не реагирует, а мне по барабану чужие проблемы.

К 20 числу уставшие австрийцы добрались наконец-то до нас, остановившись километрах в четырёх от Лайбаха. И это передовая часть корпуса, остальные ещё в пути. Сразу подъехали переговорщики, предложившие провести битву через три дня, когда отставшие подгребут. Я не против, хочется кое-что проверить в бою, то, что лишь на учениях опробовано.

За два дня солдаты понарыли окопов в несколько рядов. В принципе, столько не нужно, но почему не порезвиться, а потом целый день отдыхать? Враги дошли не все, к сожалению их командиров. Кого-то пощипали мои диверсанты (для тренировки в полевых условиях), а некоторые из ополченцов просто сбежали по дороге.

— Ваше величество, докладываю. В битве под Лайбахом армия короля Сербии, Славонии, Хорватии и Далмации разгромила наголову австрийский сорокатысячный корпус. Более семнадцати тысяч убито и ранено, ещё почти десять тысяч взято в плен.

— Хорошо, Александр Михайлович, очень хорошо. Наш генерал от инфантерии одержал очередную славную победу.

— Баварцы вот-вот объявят войну, по крайней мере, мне так сообщили.

— Любопытно, когда Франц-Иосиф решится признать поражение? Или это ему не к лицу?

Царь был доволен очередным испытанием новых вооружений и стрелковой тактики, явно сменившей линейную. Всё-таки бесценный опыт набирают наблюдатели военного ведомства, отправленные в подразделения Васнецова.

— А как другие страны реагируют? Что известно?

— Венгры рады и даже предвкушают общую победу Владимира Михайловича над императором. Хотя никто даже не мог представить такой разворот событий.

— Знаю, знаю, все ждали, что войну начнёт Германская империя, а Сербия лишь поддержит на юге. Сам удивлён, хотя и предполагал нечто подобное. Представляю, как ликует всё население стран "васнецовской линии".

— Ведущие державы уже отправили своих представителей для замирения в Вену и непосредственно к Васнецову.

Горчаков был прав, так как шустрые лисы уже начинали шептать на ухо о том, чтобы прекратить экспансию. Мол, замиритесь без контрибуций и репараций, верните земли и вас все будут уважать за благородство и неуёмную щедрость души.

— Барон Педигрю, я готов уступить, но за 60 тонн золота, иначе дороже будет.

— Но у императора нет столько свободных средств.

— Тогда и у меня нет желания примириться.

Глава 28

Глава двадцать восьмая

Державы с трудом осознавали новые реалии в отношениях, упорно цепляясь за старые подходы. Тот же Педигрю видимо считал меня обнаглевшим везунчиком, случайно оказавшимся в нужном месте в нужное время и набивающим себе цену. А то, что гегемония Габсбургов подошла к концу, ему и в голову не приходило.

Впрочем Франц-Иосиф Первый думал точно так же, угрожая мне, что вот-вот соберёт стотысячную армию. Он никак не осознавал, что пушечным мясом в предыдущие века были венгры, которые сейчас уже вовсю насмехались над бывшим гроссповелителем. Сейчас для мобилизации в Австрии нужны войска, чтобы контролировать другие войска, только-только собранные с миру по сосенке. И где же этих "войск" на всё напастись?

Пока я завоёвывал Лайбах хорваты учудили, причём совсем стихийно, так сказать без монаршьего дозволения. Они собрали отряды общим числом в несколько тысяч и отправились воевать Готшее. Во как! Силы сторон оказались равны и началось нечто вроде длительного противостояния.

Ну, а я нацеливался на Клагенфурт, хотя там уже набрали порядка восьми тысяч ополченцев под руководством местных дворян. Даже полтора десятка пушек нашлось. Вот-вот баварцы объявят войну и начнутся массовые мирные переговоры, а у меня ещё и южная половина Штирии не взята. Ни один мой конь там не валялся.

Битва за столицу герцогства Каринтия свелась к осаде и отдельным обстрелам. Местное воинство не рискнуло выйти наружу, а я старался щадить мирное население. Впрочем их командиры быстро осознали какова мощь моей артиллерии и на третий день сдались. Они правы, чего бодаться, если их император не прислал ни одного воина на помощь.

Франца-Иосифа тоже можно понять. Он уже вывел 14-тысячный корпус из Моравии, который только-только добрался до Вены. Вместе с теми, кто охранял столицу, получилось тридцать тысяч кадровых войск. Из Верхней Австрии прислали десять тысяч ополченцев, да столько же удалось ещё насобирать по местным сусекам. Итого 50 тысяч всякоразных бойцов, как раз для охраны его бесценного императорского величества. На большее, как ни обидно, тупо не хватало ни денег, ни мобресурса.

По видимому Европа не в том состоянии, чтобы помогать "сбитому лётчику". Как бы странно это не выглядело, но мир столкнулся с фактом — Габсбурги за несколько последних лет растеряли всё своё былое могущество. Какие-то прежде неведомые Васнецовы в две войны (да, с помощью России) раздербанили империю на составляющие. И теперь к Вене двигался всего лишь 40-тысячный корпус, но, по прихоти судьбы, практически не встречающий сопротивление.

— Ваше величество, к вам посетитель!

— Пригласите, пожалуйста.

Вошёл высокий и крупный молодой человек и я тут же встал, причём от неожиданности.

— Ваше императорское высочество…

— Здравствуйте, ваше величество, я здесь инкогнито, поэтому предпочту, если вы будете меня называть по-простому и кратко, Александр…

2 ноября, когда в горах уже выпал первый снег и появились проблемы с передвижением войск, временно независимая Бавария объявила Австрии войну и заняла Брегенц. Я оставил два полка в качестве гарнизона в Клагенфурте и уже вторгся в южную Штирию, подбираюсь к Грацу. До Вены оставалось километров сто пятьдесят, когда прибыли представители императора.