Второй встречный (СИ) - Зиентек Оксана - Страница 70

Мужчины сегодня засиделись допоздна. Сначала Арвид с купцом разговаривали сами. Арвид при том что-то писал на маленьком листе бумаги, что, как я уже знала, означало отправку письма с помощью магии. Потом муж вышел на улицу и, попросил первого же прохожего позвать остальных. Наша комната наполнилась толпой народа: двое вендских купцов, Вит, Тилль с Хойгером, Ян. Даже Айко не прогнали, позволив сидеть рядом с остальными, завороженно вслушиваясь в разговор, похожий на страшные сказки из детства.

На дворе уже почти стемнело, поэтому я отправила Хедвиг домой. Интересно. Барбара еще не успела пожалеть, что так «удачно» пристроила девочку к нам? С одной стороны, никто из нас не нагружал маленькую помощницу непосильной работой, не морил голодом, наоборот, стараясь подсунуть единственному ребенку в доме лучший кусочек. Но теперь на плечи пожилой женщины легли не только заботы о хозяйстве и урожае, но и присмотр за двумя маленькими детьми. Конечно, Хедвиг была вольна уйти в любой момент, но мне казалось, что девочка не против работать у нас.

Закончив основные дела в кухне, я задумалась, чем заняться дальше. Спать было рановато, да и неловко как-то отправляться в постель, когда в доме гости. Заниматься рукоделием на кухне было не очень удобно, а в маленькой комнатушке за печкой еще не было мебели. Решив, что если уж Айко нашлось место при мужском разговоре, то и я не сильно помешаю (если так подумать, обо всей этой истории я знаю намного больше племянника, хотя и не мужчина), взяла шерсть и веретено. Для кружев — темновато, а попрясть немного — самое время.

Для удобства принесла из спальни еще одну лампу, которую поставила на со своей стороны комнаты. Я решила, что раз уж все так хорошо складывается, немного расточительства мы можем себе позволить. Как обычно, когда голова была занята другими вещами, лучше всего получалась привычная с детства работа. А мужчины, похоже, взялись за шкодливого мага всерьез. На его месте я бы уже постаралась сбежать как можно подальше отсюда. Ведь понятно же, что выходки с рекой ему не простят.

Поздно вечером, когда мужчины наконец разошлись по местам ночлега, а мой измученный муж добрался-таки до спальни, я поделилась с ним своими тревогами.

— Ты у меня, как всегда, умница. — Похвалил Арвид, поудобнее устраиваясь на постели. — Мм-м-м! Как же, все-таки, хорошо, когда можно в конце дня вот так вытянуть ноги! Так о чем я? А! О нашем добром купце. — Тут он усмехнулся. — Как ты уже догадалась, купец из Вилька тот еще.

— Так он соврал? — Я даже огорчилась. Не то, чтобы мне так хотелось заполучить князя в родню, но обидно оказаться обманутой. А что помешает этому «купцу» однажды соврав, повторить?

— Да нет. В том, что он не соврал, я уверен как в себе самом. — Вопреки тому, что он рассказывал, Арвид пребывал в прекрасном настроении. — Однако, я больше чем уверен, что вендский воевода (или даже сам князь) прислал к нам своего доверенного человека.

Тут муж прервался и, отобрав гребешок, дурашливо взъерошил мне волосы.

— Не смотри на меня так удивленно, словно впервые слышишь о людях, без которых не может существовать ни одно королевство. А кому в любой город, в любое селение вход открыт? Правильно, купцу!

— Между прочим, я о таком действительно впервые слышу. — Сделала вид, что обиделась, я. — Я. знаешь ли, в королевских войсках не служила. А из-за тебя я теперь спать не могу. Надо волосы расчесать и убрать, иначе завтра я с ними до обеда не справлюсь.

— Потом расчешешь, — отмахнулся Арвид, — чтобы дважды время не тратить.

Я заинтересованно посмотрела на мужа. Это он так дает мне понять, что не так уж сильно устал?

— А чему ты так радуешься? — Я подозрительно принюхалась. Подпоили его венды, что ли?

— Тому, что мы с тобой теперь не одни против непонятно кого. — Теперь Арвид объяснял серьезно, но его довольный вид говорил сам за себя. — Князь ясно дает понять, что готов помогать нашему королю в этом деле. Ведь о том, что я — рыцарь Его величества, в округе не знает только глухой. А они мне недостающий кусочек картины сами принесли, на серебряном подносе.

— А ты не думаешь, что он мог соврать, чтобы навести тебя на ложный след? — Настороженность во мне еще оставалась. — А сами тот случай с дамбой и подстроили?

— Думал. — Арвид кивнул. — Но решил, что больше похоже на правду. Да и сама посуди, если бы хлынула вода, венды бы действительно потеряли бы много людей. Это на пограничье, где города и так не сильно густо натыканы.

— Ну, если ты так считаешь… — Я не стала спорить, решив в этом деле довериться мужу. Дальше мы говорили уже не о купцах.

Утром я поднялась в отличном настроении. Хотелось петь и кружиться в танце. Остановившись в дверях кухни, я окинула придирчивым взглядом свое хозяйство. Дом уже не выглядел брошенным: на стенных крюках висела новая посуда, под потолком сушились пучки трав, а в дымоходе коптились окорок и несколько колбас. Сияли свежим деревом выскобленные до бела разделочные доски, радовал вышитыми занавесочками хлебный шкаф… Ну что ж, пусть не так просторно и добротно, как у Агнесс, но тоже грех жаловаться.

В этот момент я поняла, что мне совсем не хочется перебираться в господский дом на продуваемый всеми ветрами остров. У меня уже есть свой дом и мне здесь хорошо.

Хлопнула дверь. Это припозднившаяся сегодня Хедвиг вбежала в кухню с охапкой хвороста.

— Ой, госпожа Трауте! Доброго утра! Вы простите, я немного проспала…

— И тебе доброго! — С улыбкой ответила я. — Ничего, это просто я сегодня встала до рассвета. Но ты бы, и правда, осталась дома в какой-то из дней, выспалась бы. Уж котелок-то воды на чай я нагреть в состоянии.

— Что вы, госпожа… — Девочка смутилась. — Мне совсем не тяжело у Вас. Да и дома все равно не выспишься с мелкими.

— Ну, ладно. Тогда разводи огонь, а я принесу из кладовой корзину с яйцами. Чувствую, день сегодня будет долгий, надо бы хорошо покормить мужчин.

— А Вы потом на ярмарку пойдете? — Спросила меня девочка, когда я вернулась, нагруженная продуктами. Собственно, ждала она меня только из вежливости, сквозь тонкую стену, отделяющую кухню от кладовой, слышно было все.

— А сегодня будет ярмарка? — Удивилась я. Мне казалось, что до нее еще ждать и ждать. И зачем же мы тогда спешно в город ездили, спрашивается?

— Ну, так купцы же приехали. — Хедвиг смотрела на меня удивленными глазами. Мол, как же хозяйка могла не знать такой новости. — Целых три подводы с товаром! Дово-ольные. Говорят, господин торговать позволил, и даже пошлины не просил. К бабке вчера приятельница прибегала, новостями поделиться они у ее соседа остановились. Все надеются, что раз торгуют беспошлинно, наверное, цены задирать не станут?

Последнюю фразу девочка произнесла вопросительно, из чего я поняла, что от меня ждут ответа. Вот только какого? Я-то помню, что Арвид купцов совсем не торговать приглашал, а торговля — скорее для отвода глаз. С другой стороны, если венды привезли хороший товар, почему бы селянам и не запастись кое-чем заранее?

— Понимаешь, Хедвиг, — осторожно начала я, — я в ваших краях совсем недавно, поэтому не всегда знаю, высокую ли цену просят за товар. Ведь у нас то же самое может стоить и дороже, и дешевле… Но я попрошу старосту Вита, чтобы проследил. Он недавно ездил торговать с нами в город, наверное, он точно знает, что тут и почем.

Девочка довольно кивнула, а я задумалась. Я и раньше замечала, что рассуждает Хедвиг слишком зрело для своих лет. Но это как раз понятно, жизнь повзрослеть заставила. Но как узнать, когда девочка говорит своим умом, а когда (подозреваю, что сегодня был именно такой случай) просто пересказывает мне то, что ее попросили пересказать? Ничего плохого в ее вопросах не было, но мне не понравилась мысль, что через мою симпатию к девочке кто-то может захотеть урвать кусок побольше.

Впрочем, я тут же одумалась. Совсем у меня с этими мужскими делами голова работать перестала! Ну кому станет плохо от того, что селяне заранее узнают о ценах на неожиданной ярмарке?! Да и так, ничего лишнего девочка обычно не спрашивала. Многое я бы и сама охотно рассказала, если бы знала, что кто-то за это переживает. Пообещав себе, что не стану подозревать всех своих людей из-за одного какого-то пакостника, все же попросила девочку.