Стань моей единственной - Джексон Лайза - Страница 23

— Конечно, я смогу это подтвердить.

— Но это будет не так уж и легко. Он будет сидеть напротив тебя и слышать каждое слово.

— Я знаю, как происходят такие допросы, перебила она его. — Но правда есть правда, и неважно, кто будет слушать. Поверь мне, уж я чудесно представлю Сэма Донахью. Я непременно возьму с собой все материалы, которые собрала против него по родео. — Она откинулась на спинку сиденья. А машина все неслась по дороге, неслышно отсчитывая мили. — Об этом я не волнуюсь. Когда-то мне была интересна эта новая встреча с отцом Джошуа. Но теперь все кончено.

Теперь я уверена, что даже не моргну, увидев его. Теперь я рассматриваю его только как донора, и все. Он просто помог мне зачать моего сына. А это еще не значит стать настоящим отцом.

Вдруг ребенок на заднем сиденье закашлял, и Рэнди повернулась к нему. Курт тоже посмотрел назад. Лицо малыша покраснело, глаза слезились.

— Сколько нам еще ехать до Гранд-Хоуп?

— Восемь-девять часов.

— Я волнуюсь за здоровье ребенка.

— Я тоже, — уверил ее Курт и снова посмотрел перед собой на дорогу.

Джошуа тихонько засопел, как будто мог догадываться, что говорят о нем.

— Дай-ка мне телефон, — попросила Рэнди.

Она больше не могла терпеть ни минуты. Джошуа не становилось лучше, это точно.

— Привет. Ранчо «Летящая М», — раздался голос с легким испанским акцентом.

Рэнди чуть было не расплылась в улыбке, услышав этот родной с детства голос.

— Хуанита, это я, Рэнди.

— А, мисс Рэнди. Диос! Где вы? А как чувствует себя ребеночек?

— Именно поэтому я и звоню. Мы сейчас едем назад на ранчо, но Джошуа лихорадит, и я боюсь. Есть ли поблизости Николь?

— О нет, к сожалению. Она с твоим братом, в их новом доме, разговаривают со строителями.

— У тебя есть номер ее пейджера?

— О да! — Хуанита назвала не только номер ее пейджера, но и заодно номер мобильного телефона Торна. — Позвони им сейчас же, а пока непременно заверни малыша в теплое. — Хуанита проговорила что-то на испанском, и Рэнди поняла, что это была молитва. Рэнди набрала номер Торна и, как только он ответил, попросила передать трубку жене. В свое время Николь помогла Рэнди в больнице, она с помощью доктора Арнолда, детского врача из больницы Сент-Джеймс, ухаживала за младенцем в первые часы его жизни.

Теперь же она говорила:

— Держи его в тепле, следи за температурой, а я позвоню доктору Арнолду. Когда вы доберетесь сюда?

— Курт говорит, через восемь-девять часов. Я еще позвоню, когда мы подъедем.

— Я буду тут, — уверила ее Николь. — А теперь расскажи о себе. Как ты?

— Отлично, — сказала Рэнди. — Очень хочу побыстрее добраться до дому.

— Надо думать! Что?.. — Тут голос Николь стало слышно хуже, будто она отвернулась от телефонной трубки, а потом Рэнди услышала далекий разговор двух человек. Николь сказала: Слушай, с тобой хочет поговорить твой брат.

Передать трубку?

— Конечно.

— Рэнди! — Голос Торна загремел на другом конце провода, и сестра отшатнулась, как будто он разговаривал рядом. — Что там происходит, черт возьми? — вопрошал Торн. — Келли думает, что за всем этим стоит Пэтси Донахью.

— Так оно и есть.

— Но ведь Пэтси нет дома, она пропала. Почему Страйкер до сих пор не нашел ее?

— Да потому что он все это время возился со мной, — ответила Рэнди, неожиданно обнаружив, что защищает Курта. — Он кого-то отрядил для этого дела.

— Да уж… так же поступил и Боб Эспиноза, но, кажется, никто не может ее найти. Настало время привлечь ФБР и ЦРУ и к тому же всю полицию штата вкупе с федеральными маршалами.

— Не горячись, ее непременно отыщут, — уверила его Рэнди, хотя сама сомневалась в своих словах. — Это всего лишь дело времени.

— Ну, все эти уверения меня совершенно не успокаивают. — Тут он помолчал и сказал:

— Ладно, лучше расскажи мне о ребенке. Как он?

— У Джошуа температура, он подхватил простуду. Мы едем в больницу Сент-Джеймс, там меня встретит Николь.

— Я тоже там буду.

— Ты? А тебе-то зачем? У тебя нет других, более важных дел? — шутливо упрекнула она его, и он рассмеялся.

— Да, прямо сейчас я обсуждаю тип сливного бачка, который установят в нашем новом доме.

Это очень важное дело, поверь мне. Николь хочет прикупить новую ультрасовременную модель, я же предпочитаю классику.

— Думаю, я уже тебя поняла, — сказала Рэнди, усмехнувшись. Наконец-то она хоть немного отвлеклась.

— Ага, значит, ты за меня. Мы еще даже не начали обустраивать ванную. Я склоняюсь к белому цвету.

— Да, очень оригинально.

Он рассмеялся.

— Но сейчас слишком темно и холодно принимать какие-либо важные решения. Целый день парюсь. Вот что происходит, когда женишься на враче, который работает шестьдесят или даже семьдесят часов в неделю, а потом еще дежурит в больнице.

— Бедный ребенок, — пошутила Рэнди.

— 0-хо, — сказал он, но его голос стал тише, и связь начала прерываться. — Я думаю… надо пойти проверить… раковины и… увидимся чуть позже.

— Торн? Ты еще здесь?

Но она услышала только треск.

— Я тебя не слышу.

— Рэнди. — Голос Торна стал сильнее.

— Да?

— Я рад, что ты едешь домой.

— Я тоже, — сказала она, и в ее горле запершило, как только она представила своего старшего брата. Его черные волосы и яркие серые глаза.

Она выключила телефон.

— Он хочет знать, почему я до сих пор не нашел Пэтси, — резюмировал Страйкер, надув губы.

— Он хотел знать, почему никто до сих пор не нашел Пэтси. Надо знать Торна. Он дает распоряжения и ждет немедленного их исполнения.

Немедленных результатов. А это, конечно, совершенно невозможно.

— В любом случае я с ним согласен, — сказал Курт. — Чем быстрее мы изловим Пэтси Донахью, тем лучше.

Рэнди очень хотела согласиться с ним. Но как только Пэтси запрут в тюрьму, Курт исчезнет из ее жизни навсегда. Ее сердце колыхнулось. И как же она сможет жить без него? Это ужасно глупо. Она знает его только месяц, а близко всего одну неделю.

И все же она будет скучать без него.

Даже больше, чем она думала.

Рэнди вздрогнула от дурного предчувствия.

— Тебе холодно? — спросил Курт и включил печку.

— Нет, со мной все хорошо. — Но это была не правда. Каждый раз, когда мимо них проезжала очередная машина, Рэнди вздрагивала, словно ожидая, что водитель врежется в них или столкнет грузовик Страйкера на обочину. Она молча молилась, чтобы они добрались до ранчо без всяких приключений, чтобы ее ребенок быстрее поправился и чтобы Курт Страйкер навсегда остался с ней. Было очень сложно признавать это, но и отрицать больше нельзя: Рэнди Маккаферти влюбилась в Курта Страйкера.

Пэтси барабанила пальцами по рулю грузовика, который она угнала со стоянки около бара в Айдахо. Она бросила свой фургон на пустынной дороге где-то около Далласа, в Орегоне, села в автобус и поехала в восточном направлении, где и украла новое средство передвижения.

К тому времени, когда хоть кто-то догадается, в чем дело и что она замешана в этом, она уже будет далеко. Она преследовала грузовик Страйкера около часа или даже больше, но решила, что можно и чуть-чуть отстать. Конечно, потом догонять будет сложно, но все равно она была уверена, что догонит эту дрянь.

А потом настанет час расплаты.

Спидометр показывал около семидесяти километров в час. Она переключила акселератор и сделала радио громче. Мотив старой песни «Роллинг Стоунс» загрохотал из динамиков.

Мик Джаггер пел о том, что нет ему покоя в этой жизни. Обычно Пэтси всегда идентифицировала себя с героем песни. Но не сегодня. Сегодня она желала только одного: она получит удовлетворение, которого была лишена все последние годы.

Машина свободно летела по дороге. Пэтси выполнит, что задумала. Всю жизнь она ездила по скользкой дороге и не чувствовала никакого страха.

К рассвету ее миссия будет выполнена.

Рэнди Маккаферти будет мертва, так же, как и тот болван, что за ней увязался.