Передозировка - Джонс Рада - Страница 41

Потом остановилось сердце.

Кровотечение тоже.

— Дефибриллятор! — распорядился Курт, сжав кулаки в карманах и прикусив губу, чтобы не разрыдаться.

— Дефибриллятор готов.

— Не надо, — сквозь слезы попросил Джордж. — Она заслужила покой.

— У нее подписан отказ от реанимации?

— Мы говорили с ней об этом. Она знала, что конец близко, и ее это устраивало. Меня не устраивало. Детям мы ничего не говорили. У них еще будет время для страданий.

— Доверенность у тебя есть?

— Да.

— Мне очень жаль, Джордж. Дай знать, если понадобится помощь.

— Спасибо.

Джордж сидел, держа Мэри за руку. Ее тело начало остывать и коченеть. Он вспоминал хорошие деньки вместе. И плохие тоже. Жаль, что я не смог быть лучшим мужем. Как я скажу детям? Что мне делать?

Когда вернулась Бренда, он принял решение. Для Мэри он сделал все, что мог. Пора уладить остальное.

— Доктор Стил сегодня на месте?

Бренда как-то странно посмотрела на него.

— Нет.

— А завтра?

— Нет. Ты разве не слышал?

— О чем?

Бренда огляделась, проверяя, не слышит ли кто.

— Ее вчера арестовали.

— Арестовали? Доктора Стил? За что?

— Похоже, она съехала с катушек и напала на Амбера. Говорят, она его сильно порезала. И убила бы, если бы не вмешалась полиция. Ей вкололи успокоительное и заковали в наручники.

— Это точно про доктора Стил?

— Да. Даже не верится! За десять лет ни разу не видела, чтобы она срывалась.

— Из-за чего?

— Что-то по поводу ее дочери. Точно не знаю. Меня вчера не было, поэтому говорю с чужих слов.

— Спасибо, Бренда.

— Не за что. Думаю, чушь все это.

— Ага.

Пора повидаться с Загаряном.

ГЛАВА 56

Эмма налила себе бокал вина. Она ничего не ела со вчерашнего дня. Сделала глоток тяжелого сухого красного с сильным ароматом черной смородины и ванили, смягчающим танины. Это был пойяк 2011 года.

Сегодня она решила отпраздновать и открыла самое дорогое вино. Можно поднять тост за себя… но это глупо. Вместо этого она чокнулась с бутылкой, коснувшись бокалом серой башенки на этикетке, и откинулась на спинку дивана, чтобы дать отдых шее.

Она смотрела повтор любимого кулинарного шоу. Первая часть, посвященная закускам, закончилась. Мясистая блондинка с вываливающимися из декольте сиськами исчезла с экрана. Вот и хорошо. Если уж и показывать грудку в этом шоу, то только куриную. Ну или утиную.

Она пыталась дозвониться до Загаряна, но безуспешно. После ночи в больнице Эмма провела все утро в полицейском управлении.

— Почему вы напали на доктора Амбера? — допытывался незнакомый следователь.

— Я не нападала. Это он напал на меня.

— Зачем ему нападать на вас?

— У нас была серия передозировок. Он торгует наркотиками.

— Доктор Амбер?

— Да. Я нашла два пузырька с таблетками у него в сумке и…

— Зачем вы рылись у него в сумке?

— Искала доказательства, что он продает наркотики…

— Нашли?

— Нашла пузырьки и…

— Вы их касались?

— Да.

— Ну и как нам теперь использовать их в качестве доказательства?

Эмма молча пожала плечами.

— Амбер утверждает, будто вы напали на него и едва не убили, узнав, что он встречается с вашей дочерью.

— Да, но…

— Доктор Стил, настоятельно рекомендую вам вызвать своего адвоката, — сказал детектив.

Адвоката она вызывать не стала. Да и некого было.

Она спросила о Загаряне. Его не оказалось на месте. Она сдалась и позвонила Виктору. Тот нашел для нее адвоката, который из-за острых зубов и растрепанных седых волос напоминал акулу в парике.

Акула добилась ее освобождения под залог, но паспорт пришлось отдать. Ей запретили приближаться к Амберу меньше чем на полмили. Появляться в отделении тоже запретили. Она глотнула еще вина.

Работе конец. Карьере конец. Что делать дальше? Я умею готовить. Может, найду место повара.

Она долила остатки вина из бутылки. Плечи расслабились. Боль утихла. Факты не изменились, а вот настроение — да. Все не так и плохо.

Как же здорово, когда все по барабану!

Раздался звонок в дверь. Эмма не шелохнулась: она была не в настроении принимать гостей. Звонок раздался снова. Она сдалась и открыла дверь.

Это был Загарян.

— Как вы?

— Уже лучше, — сказала она, приподняв бокал. — А вы?

— Мне жаль, что утром меня там не было.

— А мне жаль, что я там оказалась.

— Что произошло?

И Эмма рассказала ему. О Тейлор. О том, что Амбер готов снять дочь с крючка, если Эмма забудет о наркотиках. Умолчала только о том, что Тейлор готова утопить ее, лишь бы помочь любовнику, и что прежней жизни пришел конец.

— Зачем вы напали на него?

— Я не нападала. Это он напал.

— Говорят, вы его чуть не убили.

— Увы, не получилось.

— Вот сейчас вы глупость сказали. После этого пути назад уже не было бы. Вашей карьере пришел бы конец.

— Ей и так конец.

Загарян покачал головой.

— Зря вы вмешались. Особенно жаль, что вы полезли в сумку Амбера и оставили свои отпечатки. Теперь у нас нет доказательств. Нет даже оснований для обыска у него дома. Ни один судья не выдаст ордер с теми уликами, которые у нас есть. Мне нужно поговорить с вашей дочерью. Вы придете?

— Нет. Попросите ее отца. При нем она ведет себя лучше.

Загарян кивнул.

— Но у меня есть и хорошие новости. Мы нашли бывшую жену Паука.

Бывшую жену Паука?

— Джесси. Вы ее знаете.

Разве?

— Вы недавно спасли ей жизнь. Та женщина, которую сбил грузовик.

Пациентка с татуировкой паука!

— Она рассказала что-нибудь интересное?

— Возможно. Не знаю, откуда у вас информация о дубе. И знать не хочу. Но внутри мы нашли нож со следами крови. Сейчас ведем анализ ДНК. Еще мы нашли дневник Паука. Он знал, что ввязался в опасную игру, поэтому оставил след.

После ухода Загаряна Эмма провела остаток вечера в размышлениях, выбирая между кулинарной школой и карьерой представителя фармацевтической компании.

Не зря же я провела столько лет в медицине, пожертвовав ради нее молодостью и браком?!

Вот уж спасибо Амберу: теперь и я стану торговать таблетками!

ГЛАВА 57

Тейлор сходила с ума от головной боли. Жаль, парацетамола нет. Скорее бы все кончилось. Мы тут уже несколько часов.

Она следовала указаниям Дика:

— Признайся, что мы встречаемся. Они и так уже знают. Отрицай все, что связано с наркотиками. У тебя болела голова. Я дал тебе парацетамол, и тебе стало лучше. Вот и все. Больше ничего не говори.

— Конечно.

Он ласкал ее. Она прижалась плотнее, чтобы коснуться губами его груди.

— Не сломаешься под давлением? Не утопишь меня, пожалев мать?

— Я ее ненавижу. — Тейлор поцеловала его в плечо, потом ниже. — И утоплю просто ради собственного удовольствия.

— Я люблю тебя.

— И я тебя люблю.

Тейлор улыбнулась, вспомнив остаток той ночи. Потрясающе. Кто-то кашлянул, вернув ее к реальности.

Детектив со странной фамилией на букву «зет», симпатичный и с коротко стриженными седыми волосами, брезгливо смотрел на нее.

Не такой уж он симпатичный. Да и старый.

— Что вы сделали с таблетками?

— Приняла. Это был парацетамол.

— А те, которые вы давали друзьям?

— Я им тоже давала парацетамол, когда у кого-нибудь болела голова. Им становилось лучше.

Они знают, что я лгу, но не могут доказать. Я начинаю уставать. Мне нужен адвокат.

Она обернулась к отцу:

— Папа, ты найдешь мне адвоката?

— Попробую, — пожал плечами Виктор. — У меня их уже не осталось. Последнего я отдал твоей матери.

Он пытался уговорить ее помочь Эмме.

Тейлор держалась изо всех сил, как просил Амбер, но с нее было довольно.