Большая игра (ЛП) - Слейд Стюарт - Страница 43

Форман повёл сектора газа до упора вперёд. Кресло ощутимо пнуло под зад. «Крылан-1» вместе с ведомым «Вторым» вошли в затяжное пике.

— Какие же они огромные!

Размер японских линкоров внушал Лэдоуну страх даже на расстоянии. В своё время «Худ» был самым крупным в классе, но эти два значительно его превосходили.

— Каналѝ, когда мы откроем огонь, начинай торпедную атаку. Пусть твои механики выжмут каждый фунт давления из машин. У вас хорошие торпеды и проверенные магнитные взрыватели. Если сумеете попасть, повреждения будут неслабыми. Стреножь линкоры.

— Так точно. Будет исполнено. Удачи, «Худ».

— Связист, передача японцам. «Вы входите в зону военной операции. Согласно морским правилам, район закрыт для плавания. Просим изменить курс и обеспечить достаточно места для учений». И да смилуется над нами бог.

Сорива был разъярен. Как эти грязные индийцы смеют указывать ему, куда направлять корабли?

— Радио на «Худ». «Приказываю вам убраться с дороги. Сохранение текущего курса будет считаться враждебным действием с соответствующим итогом». Приказ орудийным расчётам: приготовиться к отражению атаки с поверхности. Индийцы попытаются провести торпедную атаку с эсминцев, когда начнётся обстрел. «Тонэ» взять «Акидзуки», «Терудзуки», «Хадзуки» и «Оодзуки» выйти на перехват и уничтожить эсминцы.

— Господин адмирал, по левому борту приближается высотная группа неопознанных самолётов. Шестнадцать единиц, приблизительная высота двадцать километров. Два только что отделились от строя и пикируют на чрезвычайно большой скорости.

Дурное настроение Соривы усугубилось. Что, черт возьми, происходит?

Первый помощник опознал их раньше всех. Радар воздушного обзора засёк неопознанные самолёты почти за двести километров, но расстояние стремительно сокращалось. А потом от них отделилась пара и вошла в пике.

— Тёмно-синий окрас, дельтовидные крылья, сэр. Да у них скорость почти три тысячи километров в час! Американцы. Больше ни у кого подобных самолётов нет.

PB5Y «Хастлер», подумал Лэдоун. Он никогда не видел их, но был наслышан. Новейший морской ударный бомбардировщик дальнего действия ВМС США, несёт дальнобойные ПКР с ядерными боеголовками. Похоже, кавалерия, как обычно, явилась в последнюю минуту. Теперь его заботило только одно — успеют ли они убраться из зоны поражения.

Самолёты заходили по вытянутой дуге, до них оставалось менее пятнадцати километров, и приближались они невероятно быстро. Два тёмно-синих бомбардировщика неслись над морем на высоте около пятидесяти метров, разрезая пространство между двумя группами судов. Позади них ударная волна сотрясала воду, вытягивая за самолётами гигантскую стену брызг. Они уже миновали «Худ», и только тогда навалились подавляющий грохот и вой двигателей. Когда капитан очнулся и проводил их взглядом, самолёты уже мчались вверх, в безопасность стратосферы. Стена брызг оседала, оставляя длинную, широкую белую линию на поверхности моря.

— Проклятые янки, не могли не выпендриться, — с благодарностью сказал Лэдоун.

На мгновение Сорива решил, что загрохотали его собственные орудий, но это был звуковой удар от пролёта пары американских бомбардировщиков. Они промчались так стремительно, что их даже рассмотреть не получилось. Зато услышал лучше некуда. И видел стену брызг, оседающую в радужных сполохах от солнца. Она рассеивалась и исчезала, но её значение было очевидным. А если у кого-то оставались сомнения, их рассеяли радиометристы.

— Господин адмирал, на нас смотрят несколько ракетных радаров самонаведения, и постоянно отслеживают. Пусков нет, но сигналы такие мощные, что будь там креветки, из них уже получилась бы темпура.

— Предупредите адмирала Идзумо. Пусть немедленно поднимает воздушное прикрытие и отгонит бомбардировщики. Рулевой, курс 010, параллельно белой черте.

Это было театрально и очень по-американски. Провели линию по морю и дали понять: «Пересеки её и огребёшь!».

— Пусть направит истребители к нам.

— Ну что, народ, устроим цирк? Дайте по ближайшему эсминцу радаром, на полной мощности, пока не задёргается.

Ранкен посмотрел на карту. Если бы у кого-то ещё имелась такая же картина обстановки, стало бы понятно: вектор радарного импульса накрывает прямиком группу японских транспортов.

— Господин адмирал, излучение вражеского радара! Пеленг 270. Видимого источника нет, это подводная атака.

— «Яхаги» и «Сакава» — поднять вертолёты, обнаружить лодку. Атаковать, если это противник. «Агано» и «Ноширо» выйти из строя, преследовать и давить, пока мы не отойдём на безопасное расстояние.

— Ход самый полный, реактор на максимум, рули направления влево до упора. Рули глубины на погружение до упора.

Поворот и нырок на пределе возможностей оставят в толще воды долгоживущее и громкое завихрение, чтобы привлечь акустические буи вертолётов. Когда они доберутся до него, «Скипджек» уже окажется в трёх с половиной километрах в стороне, под слоем жидкого дна, прямо под килями у эсминцев перпендикулярно их курсу. Надо тщательно рассчитать время… Ранкен прикрыл глаза, представляя тактическую схему. Вертолёты уже должны клюнуть на оставленную приманку. А вот и разрывы первой пары глубинных бомб. Они не пытаются его потопить, иначе использовали бы торпеды. Он уже должен быть по другую сторону от эсминцев. Вот, сейчас… Точно. Начинаем второй акт.

— Всплываем под перископ.

Подводная лодка на полной скорости вытеснила столько воды, что видно было за сотни метров. Японцы обязаны это заметить. Пусть они не очень хорошо обучены, но точно не тупицы.

— Погружаемся на сто двадцать метров, делаем поворот точно на 000. Надо довести их до истерики.

- Господин адмирал, «Ноширо» передаёт: «Обнаружен перископ. Точно по левому борту». Идзумо посмотрел на карту. Чёрт побери, ещё одна подводная лодка? Наверняка. Больше четырёх километров от первой отметки, и вертолёты её всё ещё глушат… — Что там ещё? «Ноширо» — повернуть и атаковать новую цель.

Он зашагал по палубе и будто шестерёнки защёлкали в голове. Адмирал нервно глянул на карту.

— «Ноширо» — отмена приказа!

Но было слишком поздно.

Капитан предполагал, что «Агано» получил такой же приказ и повернул следом, чтобы засечь и атаковать нового противника. Когда он осознал ошибку, его корабль уже шёл точно в борт «Агано». У второго эсминца не было никакой возможность уклониться, он едва заложил поворот, когда «Ноширо» врезался в район кормового машинного отделения. Борт прогнулся, застонал металл, вылетело облако чёрного дыма. Теперь двум сцепившимся эсминцам хватало других забот, кроме неопознанной подводной цели.

Центральный пост разразилась аплодисментами. Звуки столкновения были отчётливо слышны на гидролокаторе. «Скипджек» снова стал разгоняться, преодолевая расстояние между эскортом и авианосцами. Теперь следовало заставить понервничать самого командующего вражеского соединения.

— Молодцы, ребята. Подготовиться к всплытию под перископ.

Южно-Китайское море, авианосец «Шокаку», флагманский мостик

Адмирал Идзумо в ужасе смотрел на море. Его прикрытие было полностью выведено из боя. Два эсминца по левому борту потеряли ход и медленно дрейфовали в сцепке. Замыкающий и один из эсминцев по правому борту готовились к приёму вертолётов.