Миссия в Китае (СИ) - Гаврилов Александр - Страница 27

— Ну ведь я же тебе говорила, что купол отрицания очень легко обойти... Эх, Миша, Миша... Ну надо же прислушиваться к тому, что тебе говорят более опытные маги, которые легко могут напрямую воздействовать на твоё тело, минуя всякую защиту. А человеческое сердце, оно же такое слабое... — как сквозь вату продолжал я слышать её печальный голос. Я чувствовал, что умираю. Тело уже не слушалось меня... Мысли ускользали прочь, сознание гасло, ничего сделать я уже не то что не мог, но уже и не хотел, и тут Зверь внутри меня бешено взвыл, прогоняя наступающее оцепенение. Я мысленно встряхнулся, и тут же как будто натянутая струна со звоном лопнула внутри меня. Боль стала отступать, а в моё измученное тело неистовым потоком хлынула полноводная река Силы...

Я медленно поднял голову и взглянул на противника, с торжествующим видом стоявшую рядом с куполом и смотревшую на меня. Увидев мой взгляд, она вздрогнула, и сделала шаг назад. Я встал.

— А ты крепче, чем я думала, — с досадой пробормотала она и хлопнула в ладоши. Неведомая сила попыталась сдавить меня со всех сторон, но я лишь повёл плечами, и она бессильно отхлынула, как волна, разбивающаяся о скалы.

— Не поняла? — нахмурила брови моя гостья.

— Сейчас поймёшь, — хрипло пообещал я ей, спуская с цепи своего зверя, и через секунду её смело в сторону воздушным копьём неимоверной мощи. Сила её удара об стену была такова, что я даже почувствовал небольшую вибрацию как при землетрясении, но и стена и гостья оказались целы. Пока эта странная женщина приходила в себя, стоя на коленях и ошеломлённо мотая головой, я спокойно подошёл к валяющейся на полу руке и приставил её к месту среза. Почему-то я был уверен в правильности своего поступка и ничуть не удивился, когда через несколько секунд она приросла на место, да так, что и следа не осталось.

— Как-то так... — развёл руками я, увидев, как гостья с каким-то ужасом смотрит не меня.

— Но, к сожалению, пора всё же заканчивать нашу встречу, — чуть виновато сказал я ей, медленно приближаясь. Я не видел необходимости куда-то торопиться, — Рассвело уже, а мне всё же хотелось бы хоть немного поспать, — объяснил я ей. Она в панике вскочила на ноги, и я мгновенно переместился к ней, напрочь забыв про то, что тут вроде как должно было работать какое-то антипортальное умение.

Увидев меня совсем рядом, она поспешно жахнула в меня сгустком какой-то магии чёрного цвета, я небрежно отмахнулся от него рукой, как от надоедливой мухи, и он отрикошетил в стену, проделав в ней огромную дыру.

— Эй! Я вообще-то здесь живу ещё! Хватит портить мою комнату! — возмущённо крикнул я ей. Был бы на её месте мужик, я бы сейчас с удовольствием его парой ударов приласкал, но она женщина... Я не мог через себя переступить, и поднять на неё руку. Придётся добить её магией, — решил я, что полностью успокоило мою совесть, и потянулся к силе, концентрируя её для удара.

— Так, на это я не подписывалась... — пробормотала она, продолжая с ужасом глядеть на меня, как будто что-то почувствовав, и вдруг... Исчезла.

— Э! Куда!? Так нечестно! — возмущённо завопил я, выпуская во все стороны силу чтобы найти её. Сначала я решил, что она просто включила невидимость, но через несколько секунд я понял, что её здесь больше нет. Ушла... Печально. Подобного противника нельзя оставлять в живых. Ну да ничего. Рано или поздно встретимся. И тогда... Но что «тогда» я не додумал, лёг на свою кровать, и безмятежно уснул...

Интерлюдия

Император Китая Цянь Лун готовился к своей ежедневной утренней чайной церемонии. У него не так много возможности было побыть одному, без многочисленной свиты, семьи, или родственников, и утреннее чаепитие было одной из них. Редко кто удостаивался приглашения на эту церемонию, это считалось величайшей милостью и наградой, но сегодня император никого не удостоил этой чести. Он хотел побыть один.

Достал глиняный чайный набор, выставил его на маленький столик. Аккуратно с помощью цзя цзы* (*щипчики — прим. автора) переложил листья чая из ча-хэ* (*чайная коробочка — прим. автора) в заварочный чайник, вдыхая их чудесный аромат, и замер в ожидании момента, когда закипит вода. Стадия закипания воды в китайской чайной церемонии была очень важным элементом. Считалось, что успевшая вскипеть жидкость уже отдала свою энергию стихии огня и использовать ее дальше просто бесполезно. Тот же, кто поспешит снять чайник с огня и не доведет воду до нужной температуры, просто не сможет заварить листья. Китайцы выделяли в общей сложности четыре стадии закипания воды: «Рыбий глаз», когда с тихим шумом наверх поднимаются крупные пузырьки воздуха. «Крабий глаз» — поднятие меньших по размеру пузырьков, которые издают средний шум. «Жемчужные нити». Для этой стадии характерно поднятие струек пузырьков с отчетливым шумом. И этап «Бурлящего источника», до которого жидкость доводить нельзя. Для него характерно бурное и сильное кипение воды.

Император предпочитал заваривать чай кипятком, дошедшего до этапа «Крабий глаз», и этот момент должен был вот-вот наступить, как вдруг в дверь его кабинета, расположенного на самой солнечной стороне дворца, постучали.

— Раз решили потревожить в такой момент, значит что-то по настоящему важное, — с тяжелым вздохом решил император и погасил пламя под чайником, — Войдите! — раздраженно разрешил он, и в кабинет заглянул секретарь, низко поклонившись.

— Ваше императорское величество! К вам на приём просится министр внутренних дел. Говорит, что у него важные новости.

— Зови! — коротко ответил император, и секретарь тут же исчез. Через минуту в кабинет зашёл министр, явно собираясь выполнить полную церемонию обращения к императору, которая включала в себя трёхкратное вставание на колени и девять земных поклонов. Министр встал на колени, отвесил поклон, медленно двинулся к императору...

— Давай быстрее! — раздражённо рявкнул тот, — Не надо сейчас этих церемоний, у меня кипяток остывает! Иди сюда и рассказывай, что там у тебя случилось!

Министр поспешил вскочить на ноги и резво подошёл к императору.

— Прошу прощения ваше императорское величество за беспокойство, но вы приказали держать под личным контролем ситуацию с нападением на этого русского наследника, а сегодня ночью случилось очередное нападение на него прямо в больнице!

— Так... Рассказывай... — позабыв про всякий чай, приказал император.

— ... и она исчезла, — через пять минут уже заканчивал свой рассказ министр, весь вспотев от напряжения. Слишком уж угрюмый взгляд был у императора, — Наши датчики в больнице зафиксировали, что она применила телепортацию, но куда — неизвестно. Также они зафиксировали, что наш гость стал виртуозом.

— Ты уверен? — вскинулся вдруг император.

— Абсолютно! — без тени сомнения подтвердил министр, — Да и не справился бы он с ней иначе... Уж очень сильный мастер напал на него...

— А вот это уже интересно, и меняет всю ситуацию... — задумчиво пробормотал император, — Надо обязательно что-то придумать для того, чтобы этот Морозов как можно крепче привязался к Китаю, слышишь? — требовательно глянул он на министра.

— Слушаюсь! Но... позвольте узнать, зачем? — нерешительно спросил тот, — У нас же довольно много опытных виртуозов на службе. А он молодой ещё совсем. Не обученный.

— Вот именно, что молодой! — многозначительно поднял вверх большой палец император, — Стать виртуозом в шестнадцать лет, это увеличивает вероятность того, что лет через десять в мире появится ещё один архимаг! И нам надо сделать всё для того, чтобы этот архимаг работал на нас. Потому что ситуация, при которой и у нас, и у Российской империи будет по архимагу — это одно, а ситуация, при которой у нас их будет два, а у них — ни одного, это уже совершенно другое и меняет весь расклад сил. Мы, конечно, с ними сейчас в хороших отношениях, но что будет через десять лет — никто не предскажет. Политические союзы — это очень непостоянная вещь. Сегодня дружим с одними, а завтра уже вместе с их врагами плетём интриги против бывших друзей. Хотя зачем я тебе вообще это объясняю? Нам нужен этот парень!