Жена короля-дракона - Орланд Лилия - Страница 54

Король-дракон пока оставил Дарака управлять Кернуолом. Сообщив, что его сыновья лишаются прав на наследование. А следующим герцогом станет мой второй сын. Или, при его отсутствии, Аодхфайонн назначит правителя по своему усмотрению.

Отец поседел за дни, что мы с мужем провели в Кернуоле. Он смотрел на меня тоскливыми газами, без слов призывая повлиять на мужа. Но я понимала, что Йонн прав. Братья не пожалели бы меня. Да и отец, если это был его план.

Герцог Ванкаст погиб в сражении с драконом, как и его старший сын. Младший присягнул Аодхфайонну. Ему было всего восемь лет, и король-дракон надеялся, что «бунтовская зараза ещё не прилипла к пацану». Этой мыслью муж поделился со мной однажды вечером, когда совершенно вымотанный сидел в ванне, а я намыливала ему волосы.

Жизнь в центральных землях постепенно налаживалась. Зачинщики восстания были наказаны, рядовые бунтовщики заплатили виру золотом или службой. Причём к моему удивлению последних было немало. Людям не понравилось воевать, и все желали вернуться к мирной жизни под эгидой сильного правителя.

Герцогство Равен муж оставил напоследок. Мой живот уже становился заметен, и Йонн был против, чтобы я туда ехала.

— Оксианна, ну почему ты такая упрямая? — возмутился он однажды перед сном, когда мы в очередной раз принялись спорить из-за этого. — Аодх долетит туда за пару часов по прямой, а в карете придётся ехать несколько дней.

— Хорошо, — согласилась я, — вы с Аодхом можете лететь на своих крыльях. А я поеду берегом с охраной. Ничего страшного не случится.

Говоря это, я немного лукавила, потому что прекрасно осознавала — муж не отпустит меня от себя. И вообще, после нашей вынужденной разлуки, он не оставлял меня больше, чем на несколько часов. И мне это нравилось.

Но сейчас приходилось настоять на своём, потому что я обещала Розине.

— Я пришлю тебе эту девчонку и разыщу ту деревню, — бушевал Йонн.

— Ты не понимаешь, я обещала, а значит, должна это сделать.

— Какая же ты упрямая, — Йонн опустился на колени и прижался лицом к моему животу.

— Это твой сын на меня влияет, — улыбнулась я, ероша ладонью волосы мужа.

Через несколько дней мы отправились в дорогу. Большую часть пути Аодхфайонн провёл со мной в карете, иногда принимая обличье дракона и осматривая путь с высоты.

Наша охрана не без труда отыскала деревню. Она выглядела по-прежнему, но проходя сейчас между домами, я испытывала странное ощущение. Как будто всё произошедшее тогда было сном.

Увидев наш отряд, немая женщина всхлипнула и прижалась спиной к стене дома.

— Не пугайтесь, — я умоляюще посмотрела на мужа, и тот, помедлив, приказал охране отойти, а мне позволил приблизиться к крестьянке. — Я обещала, что вернусь, чтобы отблагодарить вас. И я вернулась.

Женщина молча смотрела на меня. И я нерешительно прикоснулась к её руке.

— Донар! — вдруг позвала она. Дверь сарая скрипнула, и оттуда показался чумазый мальчишка лет трёх-четырёх, одетый в обноски.

— Так вы не немая, — улыбнулась я. — Так будет намного проще.

Йонн заинтересованно смотрел, но не вмешивался. Позволяя мне самой вести диалог.

Мальчишка подбежал к женщине и ухватился за её руку.

— Идёмте в дом, — пригласила она и первой ступила на шаткое бревно, служившее им ступенькой.

Я оглянулась на Йонна, молча прося его пойти со мной. Но это было излишне, муж и без просьбы не оставил бы меня.

— Как вас зовут?

Мы втроём разместились за столом в тесной кухоньке. А Аодхфайонн подпирал стену, наблюдая за выходом. Для охраны здесь не было места, поэтому воины короля-дракона только убедились, что внутри безопасно, и оставили нас одних.

— Ирис Галей, — ответила женщина, глядя на то, как мальчик размазывает по тарелке серую комковатую кашу. Мы с Йонном от угощения отказались.

— Так вы и есть леди Ирис? — вдруг дошло до меня.

Я смотрела на ту, у которой когда-то были длинные блестящие волосы цвета воронова крыла, синие как озёра глаза и белая словно снег кожа. За годы испытаний она посерела и постарела. Сейчас в этой усталой женщине сложно было признать некогда блестящую красавицу.

— Вы обо мне слышали? — с удивлением поинтересовалась она.

— Розина рассказывала мне вашу историю. Она сказала, что вы хотели подсыпать Равену яд, но он заставил вас саму его принять.

— Не заставил, — грустно усмехнулась она, — Дамиан отпустил меня. Если это можно так назвать. Он вывез меня в лес и сказал, что если когда-нибудь снова увидит, то убьёт собственными руками. Я несколько дней провела одна в лесу, прежде чем набрела на эту деревню. Думала, отправлю весточку домой и попрошу забрать меня, но поняла, что беременна. Меня не примут с бастардом. Поэтому мы с Донаром остались здесь. Не беспокойтесь, госпожа, мы не голодаем.

Я снова бросила взгляд на кашу, гадкую даже с виду. Ну да, не голодаете.

— Вот если бы вы могли нам дать немного ткани, чтобы пошить Донару одежду… — просьбу женщина высказала еле слышно и тут же отвернулась в сторону. Гордая.

Но ответить она не успела.

— Донар — сын герцога Равена? — спросил вдруг Йонн, о котором мы почти забыли.

— Да, — леди Ирис вскинула голову, показывая, что стесняться она не намерена. И я понимала её. Эта женщина не виновата в том, что Дамиан удерживал её силой. У неё не было выбора. Но ради сына она пожертвовала сытой жизнью и положением в обществе. И этот поступок вызывал уважение.

— Тогда я знаю, как вам помочь, — вдруг огорошил Йонн. — Собирайтесь, вы и Донар поедете с нами.

Карета у нас была одна. Поэтому пришлось ютиться всем вместе. Правда, Аодхфайонн долго не выдержал, предпочёл лететь драконом. Ирис большую часть пути оставалась погружена в свои думы, наверняка не слишком радужные. Эта женщина так много испытала в жизни, что уже не ждала ничего хорошего.

А вот её сын, поначалу прятавшийся за материнским плечом, постепенно освоился. Но еду брал только с разрешения матери. Хотя и видно было, как разгорелись у малыша глаза, когда он увидел кусочки засахаренных фруктов.

Карета замедлила ход, и я выглянула в окошко. Леди Ирис последовала моему примеру.

— Приехали, — мрачно произнесла она. Вряд и ей снова хотелось вернуться в эти стены. Но Аодхфайонну не отказывают.

Замок Равен поражал своей тишиной и пустынностью. Но, когда наш отряд подъехал ближе, стены ощетинились вооружённой стражей.

— Открывайте королю-дракону! — выкрикнул начальник нашей охраны. В подтверждение его слов Аодх, наблюдавший с высоты, опустился недалеко от кареты и позволил защитникам Равена себя хорошенько рассмотреть.

В замке началось шевеление, и несколько минут спустя тяжёлые ворота распахнулись, открывая нам путь.

Внутри всё было не так плохо, как можно было ожидать после смерти герцога. Заместитель командира стражи оказался сметливым и решительным человеком. Он взял командование на себя после смерти начальника, приказал запереть ворота и отправлять восвояси всех желающих поживиться в оставшемся без хозяина замке. А таких было немало.

Поэтому и нам открыли не сразу.

— Собери всех во дворе. Прислугу, охрану, всех, — велел Аодхфайонн.

Новый командир стражи отдал честь и отправился выполнять приказ. А мы вчетвером остались в гостиной, где нам предложили чай и сладости. Впрочем, это заинтересовало только Донара. Его мать была по-прежнему напряжена и готова к любому повороту событий. А я, опираясь о подушки, пыталась расслабить ноющую после долгой дороги спину.

— Впустите меня, пожалуйста! Мне нужно видеть госпожу Оксианну! — за дверью послышался шум и голоса.

— Что происходит? — я взглянула на мужа, но через пару мгновений в дверь вошёл один из воинов нашей охраны и доложил:

— Ваше величество, к её величеству прорывается некая Розина. Впустить или гнать?

— Впустите, — разрешил Аодхфайонн и посмотрел на меня.

Я улыбнулась. Но, войдя, девушка обвела гостиную взглядом, вскрикнула и бросилась ко мне. Упала передо мной на колени, судорожно зашептав: