Химеры пустошей (СИ) - Караванова Наталья Михайловна - Страница 95

Витязь покачал головой, закрыл коробку и осторожно вернул, как было. И никто не стал возражать.

В коробках, ящиках и просто на полках, в защитных чехлах лежали книги, приборы, какие-то высокотехнологичные контейнеры, отзывающиеся на прикосновение тусклым зеленым свечением.

И только в одном ящичке Алиса с радостью обнаружила то, что точно можно растащить на сувениры, и этого никто не хватится, потому что зачем драконам доисторические стаканчики из сверхпрочного не бьющегося и почти не нагревающегося материала?

Эти стаканчики еще и цвет меняют в зависимости от температуры того, что в них налито.

Скорей всего, личное имущество кого-то из хозяев всех этих сокровищ. Но раз за десять лет хозяин не вернулся, значит, и не особо вспоминал. Такие стаканчики трапперы тащат из древних развалин десятками, даже сотнями. Секрет изготовления никто так и не открыл, но их с радостью всегда покупают. И задорого. Пары таких должно хватить Янке на новое платье… да и остальные в накладе не останутся.

Все равно Янке казалось, что она крадет у кого-то живого, и что хозяин расстроится, если не найдет свои «сокровища». Она даже сказала об этом вслух.

И решила, что остальные — как хотят, а она, пожалуй, и стаканчики вернет на место. И даже почти вернула, как вдруг прямо на полу около той коробки, из которой посуду и достали, увидела тетрадь. Обычную, общую, в синей картонной обложке, какие делают здесь, в Скальде по заказу Академии. У нее самой таких тетрадок уже было около десяти.

Вот именно таких — даже вензель с знаком Академии, Зайцем и Лисом, хорошо читался.

Значит, это все же Академический склад? Или чья-то контрабанда?

Если есть тайные ходы в циркусы, надежно защищенные только от химер, то и контрабандисты, наверное, могут по ним ходить…

Янка в задумчивости подняла тетрадь. Листки потемнели. От долгого лежания на земле и под действием перепадов температур снаружи, влажности и возможно, астерианской плесени, тетрадь деформировалась и разбухла, но текст на обложке еще можно было прочитать.

«Шторм Ференс, Водопадного ч., 6к., карта 332652. Лаборатория № 3, э2, д. Клаус Бриз Скальда»

Янка перевернула страничку, но… тут же захлопнула. Там красивым убористым почерком было что-то про продолжающийся эксперимент и положительную динамику. А внизу страничка была заверена словами: «повторный опыт разрешаю». И вензель, в котором легко можно было разобрать имя — Изер Шторм.

Нет-нет. Это не ее тайна! И вообще… лучше бы им отсюда всем побыстрей убраться.

— Не надо бы отсюда ничего брать, — сказала она Алисе, тем не менее, скручивая тетрадь в рулон. Но тетрадь-то валялась на полу. Она была не нужна хозяевам склада. Да, с этой кражей Янка была готова смириться. — Я, кажется, знаю, что это.

— Что? — удивился Вадим.

— Десять лет назад в Водопадном чертоге был сюзереном некто Изер Шторм. Я не знаю подробностей, но он платил большие деньги Академии за какие-то эксперименты. Драконьи эксперименты. Вероятно, потом из-за этого кое-кого из ученых выгнали и даже запретили преподавать. Потому что Изер Шторм участвовал в заговоре против Верховного Сюзерена всех драконов. Его самого казнили, а лаборатории, в которых он работал, были закрыты. Вот значит, куда они девались…

— А еще, — задумчиво добавил Даник, — Изер Шторм — это папаша нашего главного теоретика. Я всегда думал, что Шторма выгнали из чертогов из-за того заговора… не знала? — спросил он у Янки. — Эх ты.

— Почему «эх»? — Янка действительно некоторое время назад заинтересовалась историей, связанной с изгнанием из Академии некоторых ее молодых профессоров — намеки и рассказы наставника Арема в какой-то момент сложились в целостную картину и ей захотелось узнать об этом побольше. Особенно раз это связано с домом Шторма.

Но то, что Изер — это отец Мара, это почему-то не приходило в голову. А ведь это на поверхности… но ведь если он отец Вальдемара Шторма, то он же — отец и Ференса Шторма. Это что же, Изер давал добро на эксперименты с собственным сыном?

— Ну… — Даник даже растерялся. — Ты же со Штормом общаешься больше, чем все мы. Я думал, ты все о нем знаешь…

— А… нет. Нет, это все только по делу. Или вы все тоже поверили, что у нас со Штормом бурный роман?

— Не поверили, — вспомнил недавние разговоры Даник. — Ладно, проехали. Действительно… лучше тут не следить. И о том, что здесь были — никому ни слова!

Прогулявшись по древней дороге еще с полчаса, они нашли-таки немного трапперского счастья, откопав в камнях среди останков еще одного наземного транспорта несколько древних и крайне прочных, как все древние вещи, и легких коробок-холодильников. В таких продукты долго не портятся, главное, правильно выставить риску сбоку.

Жаль, эти оказались маленькими — как раз, чтоб обеденные бутерброды с собой таскать. Но в городе за такие тоже можно кое-что выручить. Не как за красивые стаканчики, но все равно.

Вернулись они уже в сумерках. Янка сразу упала спать, спрятав найденную тетрадку под подушкой. До экзаменов оставалось три дня, до бала — чуть больше недели…

***

Первый день первых испытаний первокурсников Академии — это всегда испытания команд на сплоченность, совместную работу и общую способность двигаться к успеху.

Команды «ям» в прошлые годы заваливали уже этот этап — и если бы не было индивидуального зачета по баллам, всем бы им, вероятно, светило в скорости бесславно завершить обучение в Академии.

В этот раз Алиса заранее узнала, что их ждет, и даже успокоила: для команд были подготовлены практические задания по химии и математике, а так же спортивный и боевой блоки. И оказалась права. С химией элегантно и быстро справился Даник, задание по математике заставило включиться Янку и Дика, но тоже серьезных трудностей не вызвало, а вот на боевую площадку пришлось идти всем.

Причина простая: работа некроманта чаще всего связана с обороной стены циркуса от диких шимс или химер. А это предполагает не только умение создавать некротических тварей, косточки и накопители. Это еще и обязательное умение хотя бы постоять за себя. Последнего кадавра однажды все равно могут упокоить. И тогда оборону будут держать простые воины. И некроманты — в том числе.

Так что в тот день вся команда отчетливо поняла, что очень не зря они все ходили на дополнительные тренировки…

День был в разгаре — ясный летний день, почти безветренный и жаркий. Зрителей у тренировочного полигона некромантов собралось много — почти все студенты старших курсов и преподаватели. Разве что гостей из города не позвали, хотя по зрелищности эти состязания должны были превзойти распределение по учебным группам.

Полигон волею преподавателей и старших студентов был превращен в просторный мрачноватый лабиринт, неярко, но эффектно подсвеченный синеватыми и желтыми лампами. Даже тумана магического кто-то напустил, не пожалел накопителя.

Команда «ямы» вместе с другими командами ждала у входа. И со стороны наверное, выглядела весьма потешно — уж больно разные по физическим данным собрались ребята. Особенно странно смотрелись Дик и Витязь — как великан с лилипутом.

Лора сильно стеснялась, хоть и пыталась сделать так, чтобы этого никто не заметил: форма ей оказалась в обтяжку, а в обычной жизни она предпочитает просторную одежду. Даник даже украдкой сунул ей дежурную «успокоительную сушку».

Второкурсники умчались в зал — участвовать в состязании сами они не имели права, а вот посмотреть — это святое!

Рядом ждали старта другие команды, но Янке казалось, что там все невероятно спокойны и уверены в успехе. Ник и вовсе улегся на искусственную травушку у самого входа в лабиринт, и хорошо, если не задремал.

— П’йду пер’м… — нахмурился вдруг Витязь.

— Что-то заметил? — насторожился Даник, но тот не смог выразить свою тревогу в словах — только бессильно покачал головой.

Пятикурсник в мантии некроманта движением руки дал сигнал к началу и над лабиринтом вспыхнули яркие прожектора.