Синдзи-кун и парадокс Абилина (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 90

— Массаракш. — говорю я: — буквальный перевод имени! Надо будет перебрать варианты… Pink Cherry? Ммм… Пинко Черри? Ее зовут Черри?

— Нет, это имя на японском, а ты английский приплетаешь… Pinkucherī — вот. — говорит Акира. Юки пробует новое имя. Ничего. Юки пишет имя на салфетке — ピンクチェリー. Пробует снова. Безрезультатно.

— Остается гипотеза, что у нас временные потоки разные и в любую минуту она появится. — говорит Акира: — и видимо нам придется идти в столицу.

— Хорошо. — Юки поворачивается к Пэне, с сожалением откладывая конфету в сторону: — так почему драконы Срединных равнин склонились перед Империей?

— Мы не склонялись. — отвечает Старшая Мать: — это Гиладриэль со своим выводком. После того, как старый Хьергарн скончался у тебя на руках и мы с тобой… заключили соглашение — она и ее две дочери решили что пришли новые времена и что наше с тобой соглашение их не касается, потому что мы не собрали весь крылатый народ. Мы, драконы — по большей части анархисты и не сильно то верим в государственное управление. Исполнение соглашений и соблюдение обычаев среди нас — это скорее выбор каждого, а не закон, обеспеченный силами государства. Да и как заставить ее соблюдать соглашение? Она и ее дочери сменили пол и поменяли имена, взяв какие-то позорные людские и поступили на службу к твоей подружке, той с длинными волосами и медоточивым языком… вот охота им заморачиваться.

— Адияна…

— И я тебе говорила, что она себе на уме. — замечает драконица, уплетая круассан. Так как она владеет мыслеречью, то совершенно спокойно может говорить с набитым ртом. Очень удобно.

— Уж больно у нее мордочка лисья была, когда она к тебе в постель пробралась…

— Не говорила ты такого! Она тебе нравилась! Это ты мне и присоветовала! «Юки, тебе надо найти кого-то среди подобных тебе», «Это запретная любовь, Юки», «Люди и драконы не могут летать вместе»! Кто мне это пел несколько лет подряд?

— Да? — удивляется драконица: — наверное забыла. В любом случае, с Гиладриэль и ее дочерьми-сыновьями — она стала непобедимой. И это в то время, как остальные остались на Срединных равнинах! Всемудрая предложила не только еду и уважение, но и немалое денежное довольствие и легальное положение. Ты же знаешь, что некоторые из молодых обожают куролесить среди людей… так что к ним присоединилось еще несколько наших. Временно. Я была вынуждена вмешаться и объяснить им что такое истинное драконье поведение. Если сама Гила и ее дочки — это отдельная семья с момента их отделения, то другие рода такие решения не принимали… так что пришлось надрать парочку задниц — как ты говоришь. В конце концов все осталось как есть — мы не вмешиваемся в дела людей, а люди в наши, но Гила и ее двое отпрысков — служат Империи. Все.

— Три дракона… — задумчиво говорит Юки: — вы всегда ценили свободу, как так?

— Семья не без урода. — пожимает плечами Пэна: — но следует иметь в виду, что сейчас — действительно наступили иные времена. С того момента, как мы с тобой открыли коммуникацию между людьми и драконами — мир изменился. Молодняку всегда было интересно спустится вниз, в людские города и провести день-другой в кабаках и публичных домах, в драках и запоях. Но одно дело провести несколько дней в человеческом муравейнике без гроша в кармане и со статусом бродяги, попросту грабя торговцев или устраивая побоища, и совсем другое — когда у тебя есть статус, дворянский титул, свои слуги, деньги, связи и влияние. И молодняк купился на это. Путь Дракона не подразумевает длинных педагогических речей и лекций — молодняк должен сам набить свои шишки и выжить… и зная твой народ, я уверена, что в самом скором времени Гила и ее дочки приползут в пещеры Срединной на пузе, вымаливая прощение. Власть и интриги среди людей — это интересно только первые сто лет, а потом… потом жить среди вас становится очень тяжело. Люди врут, обманывают, наносят удары в спину, ни на кого нельзя положиться… и это тот урок, который Гила должна понять самостоятельно. Пока мы спим в своих уютных пещерах.

— Мы идем в столицу. — говорит Юки: — и возможно… возможно у нас будет столкновение с Имперскими силами. В случае, если Гила и ее дочери встанут у меня на пути…

— Никто не скажет тебе ни слова. — кивает драконица: — но помни, что в отличие от нас, прозябающих на Срединных, Гила все это время не знала недостатка ни в чем. Мы, драконы — можем не есть годами, но можем есть каждый день — эволюция в нашем отношении вывернулась именно так. Мы как золотые рыбки — если есть большая пещера и много еды — растем, пока не заполним весь доступный объем … и не съедим всю еду. Говорят, что Гила сейчас в три раза больше меня. Ее дворец уже два раза перестраивали, чтобы вместить ее тушу, когда она в истинном облике.

— То есть у на пути может встать один очень большой дракон. — говорит Юки и чешет подбородок: — черт.

— Так в чем дело-то… — пожимает плечами Майко: — ты же Драконоубийца, вот и …

— Тут не все так просто, Майко… — начинает было Юки, но драконица хватается за живот и покатывается со смеху.

— А-ха-ха-ха! — смеется она, вытирая слезы: — они верят до сих пор!

— Старый Хьергарн был при смерти. — объясняет Юки: — я ничего не могла ему сделать, драконы — слишком живучие. Их сложно убить. Невероятно сложно. За всю историю этого мира никто и никогда не убивал дракона. Они умирают сами.

— А как же легенда, что ты и наша Пинкочерри — были атакованы драконом и ты убила его? — спрашиваю я, с утра я успел услышать эту легенду уже несколько раз.

— … на Пэну произвело впечатление как я пыталась отстоять свою подругу. — поясняет Юки: — она решила со мной поболтать. Она всегда играется с едой. Она … жестокая.

— И ты не можешь ставить это мне в вину — до тех пор, пока я с вами не поговорила — вы были всего лишь еда. — указывает драконица: — и я помогла тебе… потом.

— Да. Она помогла. — Юки сверкает взглядом на Пэну: — после того, как чуть не убила ее! Если бы я могла оторвать тебе голову…

— Но ты не можешь. — пожимает плечами драконица: — и я уже попросила прощения за твою подругу. И пошла тебе навстречу! И даже подстроила так, чтобы все думали, что ты убила старого Хьергарна!

— В общем в этой вот извращенной драконьей голове родился план. — говорит Юки: — она и в самом деле испытывала… как это у вас называется? Чувство сожаления, что не сожрала нас?

— Не надо тут меня выставлять кровожадным зверем. — машет рукой драконица: — я уж и забыла когда в последний раз человечину ела, а все из-за твоих дурацких принципов. Вы — сладенькие… — она облизывается и смотрит на Майко в упор. Майко немного вздрагивает и отодвигается.

— Ай! За что?! — драконица потирает свой лоб, а Юки — потирает ребро ладони.

— Прекрати моих друзей пугать! Это я к тебе привыкла за все эти годы, а они еще не знают, что ты — дура.

— Это неправда. — драконица поворачивается к нам, все еще потирая лоб: — у меня докторская степень есть. В области социальной психологии. Еще на экономическом училась, но бросила… декана кто-то съел, факультет распался. Какая жалость. В любом случае, мелкая идиотка права — мы подстроили так, что весь мир подумал, что Юки — Драконоубийца! С этого и началось ее восхождение… и наше затворничество… — она вздыхает.

— Не слушайте ее! — Юки поворачивается к нам: — эти тупые ящерицы на самом деле жутко ленивые! Соглашение выглядит так, будто я их там заперла, а на самом деле — им просто лень летать и люди стали платить им дань! А эти — просто лежали на боку и ждали, пока им еду принесут! А сейчас она ее смеет жаловаться, что еды мало! Видите ли у Гилы еды больше! Да вас прокормить — провинции не хватит. Прозябают они…

— Поэтому мы и не вылетаем в свет. — рассудительно говорит Пэна: — мы спокойно лежим и дремлем, просыпаясь для еды и омовения. Это соглашение выгодно и для вас и для нас. Что и является основой работающих и долгосрочных соглашений. — изящно делает вывод она и поясняет: — так нас на экономическом факультете учили. Пока декана кто-то не съел.